Спецназовцы сыграли роли реальных преступников

Захватив заложников, они требовали выдать коньяк и жену

Во вторник в ангарской исправительной колонии № 15 репетировали захват и освобождение заложников. В роли взбунтовавшихся осужденных были спецназовцы ГУФСИН, все остальное было по-настоящему: захват сотрудников колонии, переговоры с осужденными, взрыв и операция по освобождению. Все эти нужные и полезные навыки отрабатывались в режиме реального времени.

Сценарий учения готовился больше месяца. Согласно легенде, один из осужденных ангарской исправительной колонии № 15 при досмотре около пяти часов утра напал на сотрудника колонии, избил его, надел наручники и закрыл в камере. Дверь зафиксировал веревкой из простыни, которую изготовил заранее. Вместе с сокамерником пытался покинуть помещение. По пути взбунтовавшиеся осужденные захватили еще одного заложника — сотрудника режимного учреждения — и закрыли его в камере с коллегой. Все было как в кино.

По тревоге подняли руководство колонии, на подмогу съехались руководители Главного управления ФСИН по Иркутской области, сотрудники близлежащих к Ангарску колоний, а также представители прокуратуры, ГУВД, ФСБ и наблюдатели из Федеральной службы исполнения наказаний. В одном из административных зданий ИК-15 организовалось заседание штаба. Решался важный вопрос: продолжать переговоры с осужденным или планировать спецоперацию по освобождению заложников.

Осужденные чувствовали свое превосходство и требовали все больше и больше. Первоначальное требование предоставить уазик дополнилось желанием поговорить с начальником колонии. Потом понадобилась рация, сотовый телефон. Среди других требований осужденные перечисляли бронежилеты, одежду. Наконец, им захотелось поесть и выпить коньяка. Поскольку требования террористов росли, решено проводить спецоперацию.

Спецназовцы прикинулись реальными преступниками

На учениях роль террористов выполняли бойцы спецназа. Об участии в операции заключенных и речи быть не могло. Однако спецназовцы играли роль реальных преступников, отбывающих наказание в колонии.

Особого внимания заслуживает личность одного из осужденных. Евгений Молоков был осужден на 25 лет. На его совести несколько убийств, а также ряд других преступлений. Евгений — в прошлом спецназовец, занимался восточными единоборствами и уже одним только своим внушительным телосложением внушал страх. Молоков входил в состав одной из иркутских ОПГ. Его сокамерник Алексей Розанкин представляет меньшую опасность в силу отсутствия подготовки, он отбывает наказание за убийство жены.

Бунтарь требовал жену

Обязательным элементом операции по освобождению заложников является ведение переговоров. И в этот раз руководство колонии стремилось обменять раненого заложника на уазик. Но «Молоков» ни в какую на эти условия не шел. К выдвинутым требованиям прибавилось еще одно. Молоков требовал связаться с супругой.

— Жену мою найдите, — доносился из рации хриплый голос. Ему пообещали связаться с супругой, но, так как живет она далеко, обещали, что на связь она выйдет через 3—4 часа. За это время планировалось подготовить спецоперацию. Когда преступники будут двигаться на уазике, их захватят.

Лагерь ожидания

На заброшенном пустыре под Ангарском, где раньше дислоцировалась воинская часть МВД, была запланирована спецоперация. С пяти часов утра, как только стало известно о захвате заложников в ангарской колонии, здесь развернули палаточный лагерь. В отной палатке разместилась медчасть, в другой кухня и столовая, в третьей можно было отдохнуть. Рядом с палатками — умывальники, рядом с пунктом приема пищи — раскаленная печка с трубой, из которой валит дым. Здесь все приспособлено для временного пребывания. Опыт многих операций показывает, что жить в таких условиях можно несколько дней, пока не представится подходящий для захвата момент.

Спецназовцы и руководящий состав ждали осужденных, несущихся на полученном уазике в сторону Ангарска. Решено было остановить их в начале пути.

— Мы стараемся перехватить террористов сразу же, поскольку в истории известны случаи, когда осужденным давали уйти, они брали оружие и по пути оставляли за собой гору трупов, — говорит заместитель начальника ГУФСИН по Иркутской области Сергей Козлов.

По плану, как только машина с осужденными приблизится к месту Х, прогремит взрыв и спецназ в суматохе обезвредит беглецов. Так и случилось. Шансов скрыться у осужденных не было. Им скрутили руки и препроводили в спецмашину. Руководящий состав остался доволен выполнением задания.

— Были мелкие шероховатости, но, в общем, операция прошла на «отлично», — отметил Сергей Мурашов, заместитель начальника отдела специального назначения управления ФСИН по Иркутской области.

Сотрудники ГУФСИН вспоминают, что не всегда учения проходили без проблем, ошибок и травм. Так, на прошлых учениях случилось непредвиденное.

— В учениях принимал участие неподготовленный водитель, — рассказывает Сергей Козлов, заместитель начальника ГУФСИН по Иркутской области. — Его заменили перед началом учений. Он направил машину в эпицентр взрыва, те, кто находился в машине, получили контузию. В этот раз личный состав с поставленной задачей справился.

Восемь лет без волнений

Учения такого рода проводятся в Главном управлении Федеральной службы исполнения наказаний по Иркутской области дважды в год. Это позволяет сотрудникам не растеряться в чрезвычайной ситуации. Впрочем, таких ситуаций, по словам руководства регионального управления ФСИН, в Иркутской области не было восемь лет.

Впрочем, без мелких волнений не обходилось. Однажды в Иркутский СИЗО привезли очередной этап осужденных. Они отказались выходить и стали раскачивать машину. Спецназ выводил из машины осужденных по одному.

Бывали и более опасные ситуации. В 90-х годах в Иркутском СИЗО подследственные захватили надзирателя. Затащили в камеру, изрезали ножом. В суматохе он успел бросить ключи от других камер и от входных дверей в специально приспособленный ключеулавливатель — емкость, металлический цилиндр с узким горлышком, откуда рукой ключи достать невозможно. Поэтому открыть двери бунтарям не удалось.

Пострадавший сотрудник СИЗО поправился и был награжден орденом. Чуть позже в вихоревской колонии № 25 осужденный приставил заточку к горлу работницы медпункта. Он требовал разговора с начальством. Обезвредили осужденного, к счастью, очень быстро, выбили из рук опасную заточку с помощью отвлекающего маневра.

Загрузка...