Врачей скорой попытались спрятать

Милиция с трудом выяснила, кто делал трахеотомию кухонным ножом

В прошлом номере нашей газеты мы рассказывали о трагедии, случившейся в микрорайоне Первомайском в Иркутске. 47-летняя Татьяна Лысенко подавилась кусочком яблока. Подоспевшая бригада скорой помощи не смогла извлечь инородное тело механическим путем. Медики попытались провести трахеотомию. Однако с собой у медиков не было никакого подходящего инструмента, они попросили детей принести кухонный нож и провели процедуру ножом. Женщина умерла. Медики, производившие вскрытие, дали заключение о том, что пострадавшая умерла от асфиксии, то есть от нарушения внешнего дыхания, вызванного механическими причинами. Однако сотрудники милиции, побывавшие на месте происшествия, имеют свое мнение по поводу произошедшего. Материалы переданы в прокуратуру, однако уголовное дело пока не заведено — все ждут результатов служебного расследования, которое проводит департамент здравоохранения.

Семья погибшей Татьяны до сих пор в шоке от случившегося. Смерть женщины произошла буквально на глазах у детей. Мать сначала задыхалась, а потом, после медицинского вмешательства, истекла кровью. После ухода врачей родным умершей пришлось отмывать комнату от крови.

Тем неожиданнее стала для них справка о смерти — выданная ЗАГСом бумажка содержала причину смерти: Татьяна Лысенко умерла от асфиксии. В словаре этот термин определяется как нарушение внешнего дыхания, вызванное механическими причинами, приводящее к затруднению или полному прекращению поступления в организм кислорода и накоплению в нем углекислоты. То есть пострадавшая умерла от того, что подавилась яблоком.

Конечно, ни милиция, ни родственники, ни тем более журналисты пока не могут утверждать, от чего умерла Татьяна Лысенко: либо причиной смерти стала потеря крови, либо пострадавшая раньше, чем истекла кровью, задохнулась. Понятно, что для установления истины это чрезвычайно важно. И заниматься этим будут эксперты.

Нам сейчас интересно другое. Во-первых, известно, что поиск сотрудников скорой помощи, выезжавших к Лысенко, даже у милиции вызвал серьезные затруднения.

По словам Олега, отца семейства, а теперь отца-одиночки, когда он обратился в службу скорой помощи для того, чтобы выяснить, кто именно выезжал к ним для оказания помощи, ему отказали, сославшись на то, что не имеют права давать подобную информацию. Это могут сделать только сотрудники милиции. Однако и последним получить такие сведения оказалось очень нелегко.

— Наши сотрудники выезжали на место происшествия. Потом рассказывали, что тело лежало в крови, на шее была повязка — врачи пытались остановить кровь. Дома были только родные, никого из медицинских специалистов не было. Они уехали, — говорят в Свердловском РОВД.

Когда милиционеры обратились на станцию скорой помощи Свердловского района для установления лиц, дежуривших в этот вечер и выезжавших на вызовы, им отказались назвать их фамилии. Позже оперативники установили, что в этот же вечер бригаду, выезжавшую к Лысенко, сняли с дежурства и на их место поставили других.

Только после официального запроса правоохранительных органов, после бумаги с гербовой печатью, бригаду удалось установить. Ее сотрудники были опрошены. Во-вторых, нам все-таки не очень понятно присутствие во всей этой истории кухонного ножа — может, он где-то и считается медицинским инструментом, но только не в столице Восточной Сибири, где по государственным программам закупаются автомобили и инструментарий для скорой медицинской помощи.

Почему же в машине скорой помощи не оказалось нужного инструментария — этот вопрос мучает теперь всех родных и близких Татьяны Лысенко. Мы в свою очередь попытались выяснить, что же должно быть в машине скорой помощи. Однако в департаменте здравоохранения нам помочь отказались. Главврач станции скорой помощи также не захотела ничего рассказать ни о произошедшем, ни об оснащении машин.

Мы обратились к директору областного центра медицины катастроф Виктору Бучинскому, для того чтобы выяснить, должен ли быть в машине с красным крестом хотя бы скальпель. В центре нам объяснили, что существует определенный табель оснащения, единый по всей России. В нем указан перечень оборудования для санитарных, скорых машин и реанимации класса С. В частности, они должны быть оснащены медоборудованием: кислородным прибором, электрокардиографом, наркозной и дыхательной аппаратурой и др.

В Интернете мы легко отыскали приказ, регламентирующий оснащение машин скорой помощи. И знаете что удивительно? Скальпель в этом списке есть. В разделе «Инструментарий и предметы ухода за больными» есть не только скальпель. «4.1. ножницы — 1 шт. 4.2. Пинцет — 2 шт. 4.3. Зажимы кровоостанавливающие — 2 шт. 4.4. Роторасширитель — 1 шт. 4.5.

Языкодержатель — 1 шт. 4.6. Ларингоскоп аккумуляторный со съемными клинками — 1 шт. 4.7. Скальпель — 2 шт. 4.8. Воздуховоды разных размеров, включая детские, — 1 набор 4.9. Интубационные трубки разных размеров, включая детские, — 1 набор». И так далее. А вот кухонного ножа в этом списке мы не нашли.

Сегодня материалы дела о смерти Татьяны Лысенко переданы из милиции в Свердловский районный отдел следственного комитета СУ по Иркутской области при Прокуратуре РФ. Дело пока не заведено. Идет проверка. Департамент здравоохранения проводит служебную проверку, после окончания которой и будет приниматься решение о возбуждении дела. Напоследок хочется привести слова Виктора Бучинского:

«У нас 90% линейных бригад. Из-за недостатка финансирования очень мало травматических и реанимационных бригад, — говорит Виктор Станиславович. — Однако каждый врач должен уметь оказать реанимационную помощь».

Метки:
baikalpress_id:  22 259