Отчего в лесу бардак

В Приангарье создадут черный список лесозаготовителей

Каких только способов защиты леса от незаконных вырубок не придумывали в Иркутской области в последние годы — биркование кругляка и его электронный учет, лесные терминалы, создание баз выданных лесобилетов, организация контрольно-пропускных пунктов... Ни один из перечисленных методов не работает, а чиновники предлагают новые — грин-карты на каждую машину леса. Представители налоговых органов предостерегают: грин-карты будут так же распространены на черном рынке, как сейчас договоры на куплю-продажу лесных насаждений. А заместитель губернатора Иркутской области Виктор Долгов заявил, что службы, которые должны заниматься вопросами пресечения незаконных рубок и вывоза кругляка за рубеж, просто валяют дурака и ничего не делают.

Конфискованный лес гниет в лесу

На заседании областной межведомственной комиссии по взаимодействию в вопросах пресечения незаконной заготовки и оборота древесины на территории Приангарья, состоявшемся на днях, выяснилось: речь о создании компьютерной программы по накопительному учету древесины велась еще полгода назад, а воз и ныне там.

Также стало совершенно понятно, что в действиях служб, контролирующих все манипуляции с лесом, нет никакой согласованности. Даже если милиция задерживает незаконного рубщика и арестовывает лес, драгоценное сырье там же в лесу и пропадает — его либо воруют, либо оно попросту сгнивает, хотя должно продаваться и пополнять государственную казну.

Как выяснилось, в законодательстве не прописано, кто должен вывозить конфискованную и секвестированную древесину с лесосеки и на какие средства. Кроме того, если у этого леса не найдется хозяина, то необходимо будет признавать факт его отсутствия через суд. А пока суд да дело, лес превращается в труху.

Плюс ко всему уже ни для кого не секрет, что принимаемые меры по пресечению нелегального оборота древесины зачастую приводят к обратному эффекту. К примеру, переориентация на переработку леса оказалась палкой о двух концах: когда кругляк прямо в лесу превращают в доски, отследить его происхождение становится вообще невозможно.

При всем при этом отсутствие необходимой программы по учету древесины наводит на подозрения — ее создание тормозится будто бы специально. А программа по учету лесовозов, проходящих через контрольно-пропускной пункт «Падь Топка», почему-то регулярно дает сбои. Специалисты говорят, что помещение пункта подключено к зданию поста ГАИ, электроэнергии не хватает... В то же время, по данным агентства лесного хозяйства Иркутской области, ущерб от незаконных рубок леса за истекшие четыре месяца составил почти 405 миллионов рублей. И это только выявленный ущерб.

Лес не догонишь

Специалисты отмечают, что, несмотря на возбужденные административные и уголовные дела и даже на то, что один незаконный рубщик впервые(!) по решению суда был арестован, кардинальных изменений в сфере нелегального оборота древесины не наблюдается.

Мало того, криминалитет оказывает серьезное противодействие работе специалистов, призванных защищать лес. В некоторых районах Приангарья уже отмечались факты поджогов служебных помещений и квартир лесников, а также случаи стрельбы.

Заместитель губернатора Иркутской области Виктор Долгов подчеркнул, что лес с территории Приангарья вывозится бесконтрольно, причем сотнями тысяч кубометров ежегодно.

— Работе агентства лесного хозяйства можно поставить неуд, — заявил Виктор Долгов. — Компьютерная программа не разработана, электронная база лесобилетов отсутствует, взаимодействия с органами милиции нет. Меня четыре месяца за нос водили. Работы никакой. Вывод один: мы этими вопросами не хотим заниматься. А у нас через один только пост за 9 месяцев 500 тысяч кубометров вывезли. Хватит дурака валять. В агентстве работает 100 человек. Создавайте рабочую группу, создавайте электронную базу...

Виктор Долгов также отметил, что задача прекратить вывоз кругляка за рубеж решаема, но лесодельцы всегда находят лазейки — не на экспорт, так в переработку, а переработанный лес вообще не догнать — пилорамы в лесах Приангарья уже исчисляются сотнями. Кроме того, все, кто может, везут лес на БЦБК.

— На БЦБК даже из Тункинской долины лес везут, а там его вообще нельзя заготавливать, — сообщил Виктор Долгов.

По мнению заместителя главы администрации Иркутской области, выход из создавшейся ситуации найти все-таки можно — например, устранить саму мотивацию к воровству леса и сделать это при помощи крупных лесоперерабатывающих предприятий, которые должны внедрить у себя программы учета древесины. Таким образом, по мнению Долгова, станет ясно, сколько леса было переработано нелегально.

— В 2005 году область перерабатывала 65%, а объем незаконных заготовок составлял 4 миллиона кубических метров. Когда пошли в сторону глубокой переработки и довели ее до 80%, нелегальные заготовки официально снизились до 1 миллиона 600 кубических метров. Но я опасаюсь, что большая часть древесины пошла в неконтролируемую переработку, то есть была превращена в пиломатериал прямо в лесу, — отметил Долгов.

Руководитель управления Россельхознадзора по Иркутской области Борис Самарский в свою очередь предложил создать межведомственный банк данных скомпрометировавших себя лесозаготовителей, или, попросту говоря, черный список.

Участники заседания Самарского поддержали, в частности предложили публиковать такие черные списки в каком-нибудь печатном органе. Однако руководитель управления Россельхознадзора выразил свои опасения по поводу того, что эта информация, по крайней мере в настоящее время, никем не востребована.

Метки:
baikalpress_id:  22 185