В Усть-Орде живут неправильные американцы

Семья из Джорджии отстроила в окружной столице настоящее ранчо

Признаемся честно: у всех нас давно сложился устойчивый стереотип о том, что представляет собой среднестатистический американец. Это слегка туповатый от щадящего поверхностного образования детина весом в полтора центнера (из-за неумеренного поглощения гамбургеров), бесконечно улыбающийся, постоянно путешествующий по миру. При этом без службы технической поддержки он не может поменять батарейки в фонарике и при любых неприятностях ждет, что придет Брюс Уиллис и спасет его, а попутно и весь мир.

Поэтому создается такое впечатление, что большое и дружное семейство Эдж заслало в поселок Усть-Ордынский ЦРУ с целью идеологической диверсии — разрушить сложившийся у нас в стране стереотип. «Нормальные» американцы свою звездно-полосатую страну покидают неохотно, а Филипп и Дженнифер Эдж без колебаний покинули свою благополучную историческую родину в 1999 году и с тех пор живут в России.

С апреля 2000 года они переехали в Иркутск, а последние четыре года обустроились на ПМЖ в Усть-Ордынском. Своими силами они отстроили там маленькое уютное ранчо (трудно назвать это обычной деревенской усадьбой), в котором есть и большая столовая для гостей в бывшей конюшне, и офис Филиппа в бывшем гараже, и компьютеризированный домик для школьных занятий трех детей семьи Эдж.

И с тех пор американцы занимаются тем, что в общем называется социальной педагогикой: Дженнифер преподает английский язык детям, а Филипп организует летние детские и языковые лагеря отдыха в центре реабилитации малоимущих детей при областном управлении социальной защиты. Воля ваша, неправильные какие-то американцы...

Чтобы понять, как обычное американское семейство могло обогнуть полглобуса и попасть в Сибирь, где медведи по улицам ходят, придется вернуться на двадцать лет назад. Эта история началась, когда в Саванне встретились простая американская учительница Дженнифер и простой американский бизнесмен Филипп. Причем Саванна — это не то же самое, что прерия и пампасы, а маленький городок на берегу Атлантического океана в штате Джорджия. Говорят, один из самых старых в штате.

Мечта о другой жизни

Дженнифер преподавала математику и биологию, как она говорит — в средних классах, с шестого по девятый. У Филиппа был свой небольшой бизнес — он работал конструктором в собственной фирме по внутренней отделке домов, разрабатывал и воплощал свои проекты. Молодых супругов объединила общая мечта — они не хотели провести всю жизнь в одном из маленьких городов Америки, где жизнь монотонна и не меняется со сменой поколений. Поэтому решили, что уедут жить в другое место, в другой мир, в другую жизнь. Оставалось только решить куда.

Решение они приняли, когда в стане их вечного идеологического противника началась перестройка и «империя зла» собственноручно разрушила свой железный занавес. В августе 1999 года Филипп, Дженнифер и трое их детей — семилетняя Джулиана, четырехлетняя Джена и трехлетний Джошуа — приехали в Москву.

— Организация, которая находила иностранцам рабочие места в России, первый год дает на изучение разговорного русского языка, чтобы потом они могли работать в разных городах самостоятельно, — рассказывает Дженнифер Эдж. — Мы семь месяцев ничем, кроме изучения языка, не занимались.

В Москве Эджам не понравилось — тяжелый город, неприветливые люди, которые никогда не смотрят в лицо, долгие переезды на метро каждый день, а Джошуа — в коляске. Поэтому, когда в конце года им предложили на выбор несколько городов по России, где были вакансии, они с огромным облегчением выбрали Иркутск: посмотрели по карте — Сибирь, экзотика, экология, тайга, Байкал рядом...

— Когда мы уезжали из Джорджии, нас все отговаривали, говорили, что Россия — это дикая, бандитская и очень холодная страна. Нам говорили, что мы там замерзнем и умрем от голода, — улыбаясь, вспоминает Дженнифер. — Но мы приехали в Москву и увидели, что это обычный европейский город, не очень жесткий климат, привычная еда — колбаса, сыр...

Удивило американцев другое. Когда они собрались уезжать из Москвы в Иркутск весной 2000 года, то даже их московские знакомые говорили: «Вы с ума сошли, зачем вы в Иркутск едете — там же медведи по улицам ходят!»

— Медведей мы так и не увидели. Зато, когда выходили из аэропорта на улицу, какой-то дедушка с нами поздоровался. Просто неожиданно сказал: «Здравствуйте!» — и улыбнулся. После хмурых лиц Москвы у нас был положительный шок. Мы поняли, что здесь все будет хорошо, — рассказывает Дженнифер. — И еще нас поразил ваш воздух — чистый, свежий, казалось, что его можно пить.

Американский быт в бурятской глубинке

В Иркутске семейство вело кочевую жизнь — жили в городе, а работать — преподавать язык — ездили в школу-интернат в Тункинскую долину, в Баяндаевскую школу, куда пригласят. В 2002 году в Усть-Ордынском они познакомились с начальником Центра социальной помощи при окружной соцзащите. И им предложили постоянную работу — Дженнифер начала преподавать по вторникам и четвергам английский язык детям, а Филипп стал организатором детского отдыха, летних площадок, он набирает детей в языковые лагеря.

Некоторое время Дженнифер моталась из Иркутска в Усть-Ордынский, дети жили в Иркутске, уже обзавелись друзьями. Через два года, в 2004 году, они купили усадьбу в Усть-Ордынском. В доме было всего две комнаты. Их обустроили по западному образцу — дальнюю разделили перегородкой на спальни дочек и сына, а большую, при входе, разделили высоким барным столом на кухню и гостиную.

Но с этого преобразования только начались. До того как семейство Эдж купило усадьбу, жилым был только дом — в остальных шести заброшенных надворных постройках ночевали бомжи. Филипп в бывшем гараже поставил компьютер и обустроил свой офис. Затем отремонтировали конюшню и сделали в ней большую и светлую столовую для друзей, которые в большом количестве приезжают летом.

Дальний однокомнатный домик двора оборудовали под учебный класс. Дело в том, что Дженнифер — принципиальный сторонник домашнего обучения. Поэтому распорядок дня на ранчо давно и прочно установившийся. Встают «бурятские американцы» в шесть утра. Завтракает и обедает семья всегда дома, все вместе — чтобы не отдаляться друг от друга за повседневными заботами. Дженнифер призналась, что между собой они говорят все-таки по-английски, хотя и она с Филиппом, и все дети по-русски говорят очень чисто, не подбирая слов, с легким акцентом.

— Некоторые слова мы переняли у местных. Их можно перевести на английский, но мы привыкли и, разговаривая по-английски, вставляем отдельные русские слова: «пакет», «рынок», «за продуктами», — рассказывает Дженнифер.

Чуть позже, когда мы с Дженнифер собирались в «классный» домик, она неожиданно сняла трубку селектора и предупредила Джошуа и Джулиану, которые делали уроки, что сейчас придет с журналистом «in the little избущка», то есть в маленькую избушку, как в семье Эдж называют надворные постройки.

Дженнифер сама составляет учебные программы для детей, они обучаются по Интернету — довольно забавная картина, когда Джошуа занимается на компьютере с жидкокристаллическим экраном, а рядом топится русская печь.

Джулиане сейчас шестнадцать лет, и летом она поедет поступать в Калифорнийский университет на театральный факультет, будет жить у дедушки с бабушкой. Джена призналась, что у нее остались друзья в Иркутске, она хочет жить там, а в Усть-Ордынском скучает, все свободное время проводя за чтением книг.

Вообще, семья Эдж производит очень приятное впечатление. Филипп во время нашего разговора привез машину дров. Поздоровался, пожал автору руку, коротко, но искренне улыбнулся и полез на грузовик разгружать дрова. Дженнифер улыбается много и охотно, но обаятельно и доброжелательно — она не жалуется на тяжелую сибирскую жизнь и не занимается огульным восхвалением, просто рассказывает, как здесь живется.

В их доме всегда закрыты ставни. Дженнифер объяснила: днем она и Филипп на работе, дети занимаются в дальней избушке, поэтому ставни часто закрыты. К тому же повадились ходить местные алкаши — сшибать мелочь на бутылку у «добрых буржуев».

— К нам очень хорошо отнеслись люди, когда мы сюда переехали. Нам все хотели помочь, приглашали в гости. Единственное, о чем мы сразу предупреждаем, — мы не пьем. Совсем. Но люди понимают и не обижаются. Я попала в аварию, и даже в милиции ко мне отнеслись очень вежливо и внимательно. Правда, первый месяц нам досаждали мальчишки, могли крикнуть что-нибудь в спину, даже бросить камнем. Но дело в том, что в соседнем доме жили две девушки, и оказалось, что мальчишки так, за наш счет, привлекают к себе их внимание, — вспоминает Дженнифер.

Легко не любить незнакомых людей. Стоит с ними познакомиться, и оказывается, что везде люди, везде «человеки» — голова, два уха. Живут в Усть-Ордынском добрые и приветливые американцы. Учат малоимущих детишек говорить по-английски без акцента. Хотите — и вас научат.

Метки:
baikalpress_id:  22 034