Девушку избили за то, что она защищала права китайца?

Горьким разочарованием и черепно-мозговой травмой обернулась для жительницы деревни Хомутово встреча с иркутским милиционером

22-летняя Светлана Иванова работает кладовщиком на фруктово-овощном складе в микрорайоне Топкинском. Она единственная русская на предприятии, где трудятся китайские граждане. Китайцы проживают рядышком со складом — в доме № 7 по улице Толевой, занимая там две квартиры. К ним все более или менее привыкли — так же привыкли и обвинять их во всех неприятностях, которые происходят у жильцов этого старого дома. А проблемы эти типичные коммунальные: дом очень старый, квартиры постоянно топит канализация.

Канализационный конфликт

Вот и 25 февраля на склад в смену Светланы прибежала пожилая женщина, проживающая в одной из квартир дома № 7 по улице Толевой.

— Она сказала, что канализация все затопила. И похоже, это произошло в квартире, где живут китайцы. Бабушка эта сказала, что вызвала милицию, и потребовала, чтобы кто-нибудь из китайцев пошел с ней и отомкнул квартиру. Светлана была в курсе бесконечных коммунальных проблем и знала, что всех собак свешивают на китайцев.

Дом осел, дверь в подъезд перестала закрываться — виноваты китайцы, несмотря на то что они за свои деньги поставили эту дверь. Канализация затопила дом — виноваты китайцы, хотя по их просьбе Светлана вызывала бригаду для очистки труб. Люди почему-то забыли, что проблемы этого дома начались в незапамятные времена. (Поговаривают, дом построили как неблагоустроенный, без канализации. А канализацию подводили потом. И схемы этой канализации вообще не существует, поэтому коммунальщики даже не знают, что и где чинить.)

...Один из китайцев пошел с пенсионеркой открывать квартиру. Светлана осталась на складе. Минут через пятнадцать китаец вернулся и объяснил Светлане, что у него забрали паспорт: один из соседей заявил, что он милиционер, и конфисковал документ, обещав отдать его, когда китайцы исправят канализацию. Представитель органов был изрядно пьян. — Он иностранцу и никакой бумажки-то не дал взамен. Все это происходило при наряде милиции, который, правда, скоро уехал. Я всегда относилась с уважением к нашей милиции и надеялась, что, если там действительно замешаны представители органов, ситуацию удастся мирно разрешить.

Заступница китайцев

Светлана вместе с китайцем пошла выяснять, кто же этот человек, забравший у китайца паспорт (он был, как рассказал китаец, в штатском), и на каком основании был изъят документ. Ей была не в новинку такая роль, ведь никто, кроме нее и директора-китайца, не говорит на складе по-русски. Ей приходилось выполнять роль переводчика, улаживать мелкие недоразумения между русскими и китайцами.

Дверь ей открыла женщина, радушно пригласила в квартиру, показала последствия потопа. Светлана объяснила женщине, в чем проблема и зачем она пришла. Женщина начала упрекать ее в том, что она защищает китайцев.

— Я попросила позвать мужчину, сотрудника милиции. Вышел нетрезвый человек и стал агрессивно со мной разговаривать. На мои вопросы он ответил очень грубо: «Кто ты такая? Что тебе вообще надо?» Я спокойно ему сказала, что действия его были неправомерны и что пусть он или вернет паспорт, или даст расписку, что забрал документ.

Светлана говорит, что в ответ на это мужчина стал нецензурно оскорблять ее и пообещал, что ее, заступницу китайцев, упрячет в тюрьму и тем самым научит уважать русскую милицию. И, видимо, в подтверждение серьезности намерений начал бить девушку.

Китаец стоял на пороге, за дверью, которая была распахнута. Он попытался возмутиться, вступиться за Светлану. Но это только разозлило нетрезвого стража порядка. Дверь закрыли. Он сказал девушке, что будет бить ее так, что следов не останется и она не сможет ничего доказать.

— Я терпела и не кричала — боялась, что разозлится еще больше. Потом он позвонил в милицию и вызвал наряд. А сам взял какой-то сотовый телефон и засунул мне в карман куртки.

Светлана говорит, что милиция ехала долго и мужчина использовал это время, чтобы проинструктировать свою семью, что нужно говорить. К истязанию он привлек своего сына-подростка — по словам Светланы, мальчик держал ей руки. Когда приехала милиция, он заявил, что дверь в квартиру была открыта, что, мол, девушка зашла и украла сотовый. Светлану забрали в милицию.

Ни экспертизы, ни отпечатков

В милиции Ленинского района ее повели в кабинет следователя. Она впервые была в такой жуткой ситуации, к тому же переживала, что будет с ее трехлетней дочкой, которую она оставила на попечение тети.

— Когда меня привезли, велели выворачивать карманы. Но я отказалась. Минут десять все молча сидели и ждали. Потом я сообразила натянуть рукав кофты и взяла телефон рукавом, чтобы не оставлять своих отпечатков. Остальное вытащила обыкновенно. Потом я рассказала, как все было. Следователь усмехнулась: мол, чего я сказки рассказываю, лучше признаться — дадут условный срок, и все. Но я возмутилась и стала настаивать, что говорю правду. Девушке предлагали раскрутить такую ситуацию: сотрудник милиции взял паспорт, а она у него за это — телефон. Но Светлана не пошла ни на какие компромиссы.

Ночь она провела в Ленинском отделении милиции. Головная боль, которая мучила ее после побоев, к утру усилилась. Девушку выпустили на подписку о невыезде. Родственники быстро нашли ей адвоката. Светлана сделала экспертизу в Иркутском бюро судмедэкспертиз по факту избиения, обследовалась в областной клинической больнице. В заключении, выданном медиками, сказано, что у нее закрытая ЧМТ с сотрясением мозга, кровоподтеки на задней поверхности грудной клетки. Сейчас она лечится у нейрохирурга.

— Мужчина, который заявил на меня, действительно оказался сотрудником милиции. Так сказала следователь. Телефон, который у меня изъяли, не отправили на экспертизу, чтобы установить, имеются ли там мои отпечатки пальцев. Мой адвокат спрашивал у следователя, почему не были выполнены эти элементарные требования.

Сегодня Светлана живет в Иркутске на подписке о невыезде. Она не знает, что происходит в милиции сейчас. Слышала, что вроде бы не хотят заводить дело ни на нее, ни на сотрудника милиции, который ее избил.

— Он вроде отказывается забирать свое заявление. А я собрала справки о здоровье, заключение экспертизы и теперь жду, когда меня вызовут в милицию или в прокуратуру, куда я написала заявление по факту избиения меня милиционером.

Михаил Ямалов, адвокат Светланы Ивановой, говорит, что Светлане ничего не грозит, потому что нет никаких доказательств против нее.

— Лица, которые заварили эту кашу, ведут себя, мягко говоря, неэтично. Все средства они исчерпали. Но теперь девушку попробуют очернить. Ведь она написала заявление в прокуратуре, и теперь им придется защищать честь мундира.

Но даже если Светлана достойно выйдет из неприятной ситуации, у нее останется гадкий осадок:

— У меня всегда было хорошее представление о нашей милиции, что это сдержанные, вежливые люди, призванные следить за порядком в стране. А в моей ситуации все получилось совсем наоборот — почему так несправедливо?

Загрузка...