Иркутских эмо-детей родители водят к психиатрам

Страдая от несчастной любви и других, как им кажется, серьезных проблем, эмо-дети режут вены

В иркутскую неформальную тусовку входят представители нескольких субкультур — эмо, готы, ролевики, альтернативщики... Они слушают разную музыку и отличаются внешне, но есть нечто, объединяющее их всех, — многие молодые люди, в том числе дети, режут острыми бритвами запястья рук, страдая от непонимания окружающих. Некоторые режут и вены, при этом в эмо-среде ходят упорные слухи о том, что в Иркутске от таких экспериментов над собой погибло уже несколько человек. Одни рассказывают, что жертвой несчастной любви стал 19-летний Кирилл. Другие говорят, что это были 14-летняя девочка и 16-летний юноша. А третьи вообще отрицают подобные факты, заявляя, что настоящих эмо в Иркутске нет — есть только так называемые позеры.

Эмо-движение — проект спецслужб США?

Неформальная молодежь Иркутска собирается практически каждый день возле драмтеатра и у ресторана «Киото». Дети от 13—14 лет и старше курят, пьют пиво, играют в сокс (носок), общаются по интересам.

Юта и Роня — студентки. Раньше они называли себя эмо-герл, а сейчас «перекрасились» в SKA. SKA — это и музыкальное направление, и образ жизни. Представители этой субкультуры не плачут, как эмо, и не носят черно-розовых одежд. Они настроены позитивно, их эмоции носят в основном положительный характер, что выражается черно-белыми цветами в одежде.

Девушки, сознательно вышедшие из рядов эмо-движения, не скрывают причин такого поступка: жить в постоянной депрессии — это не для них. Кроме того, по словам Рони, существует мнение о том, что эмо-субкультуру придумали спецслужбы США для того, чтобы часть подростков добровольно покончила жизнь самоубийством.

— 12—13-летние девочки и мальчики красят волосы в черный цвет, делают пирсинг, слушают депрессивную музыку, постоянно говорят о самоубийстве. Бисексуальные отношения в этой среде считаются нормой. Причем очень круто быть настоящим эмо — true-emo. А основное отличие таких эмо-детей в том, что внешне невозможно определить, мальчик это или девочка, — рассказывает Юта. По словам девушек, в эмо-среде модно быть анорексиками и специально вызывать рвоту. А если случается несчастная любовь, то нужно обязательно резать вены и всем показывать шрамы.

— Некоторых режущих вены не откачивают. Такие случаи бывали, — говорит Юта.

Также, по словам девушек, многие эмо относят себя к «Антифа», а иркутский сайт, на котором общаются эмо-дети, считается самым популярным в России.

В Иркутске есть смотрящий за неформалами

Гарди, смотрящий за неформалами Иркутска, отрицает существование в городе настоящих эмо-детей. Гарди считает себя ролевиком, но его основной задачей является защита неформальной молодежи.

— В отличие от гопников, неформалы — это более творческие люди, и я смотрю, чтобы их в Иркутске не поубавилось, — говорит Гарди. — Гопники — это глупые мажоры и цивилы. С ними постоянно возникают стычки. Раньше возникали проблемы и со скинхедами, но сейчас они уже все вымерли. Гарди не считает, что эмо-дети могут входить в «Антифа». По его мнению, к этой группировке можно отнести трейсеров.

— Иркутская тусовка ненавидит эмо. Молодой человек должен быть молодым человеком, он должен уметь постоять за себя и за свою девушку. Эмо-бои на это неспособны. Я учу неформальную молодежь жизни и уже многим вправил мозги. Если кто-то пытается вскрыть себе вены, то я провожу беседу, — рассказывает Гарди.

Смотрящий также полагает, что из иркутских готов мало кто понимает, кто такие готы, — они просто ходят в черном и любят гулять по кладбищам. Конечно, они еще слушают определенную музыку, но вот по этому поводу мнения иркутских неформалов расходятся.

Называя различные музыкальные группы и относя их к тем или иным субкультурам, неформалы путаются в показаниях. Они сами толком не знают, что именно слушают готы, что — эмо, а что предпочитают SKA. Поэтому представители основной неформальной тусовки Иркутска называют себя альтернативщиками — они, что называется, ни там ни сям, но все равно они нефоры.

Одна из альтернативщиков, Катя, учится в техникуме и жалуется, что в этом учебном заведении полно гопников. Руки девушки изрезаны бритвой, мама водила ее к психологу.

Другую девушку, Сашу, мама водила уже к психиатру. Доктор сказал, что нужно лечиться, но девушка не воспринимает все это всерьез.

— Родителям не нравится наш круг общения. Они считают, что все неформалы умирают от наркотиков. Их смущает отклонение от стандартной нормы — ни гламур, ни гопники... А здесь просто другие люди — они пишут стихи, музыку. А то, что мы режем вены, так это потому, что мы просто пытаемся заместить душевную боль физической. Сразу становится легче, — признаются девушки.

Эпидемия в иркутских школах

Если даже в постоянной неформальной тусовке Иркутска никто толком не знает истинной сути различных субкультур, то что говорить о школьниках, которые, просто подражая увиденному где-то во дворе, начинают воображать себя готами или эмо и ходить с такими лицами, будто кто-то умер.

В школах Иркутска уже началась повальная эпидемия: 12—13-летние подростки, считающие себя готами, слушают определенную музыку, закачивают в мобильники мрачные картинки, пишут стихи о смерти и порицают одноклассников, которые предпочитают розовые цвета в одежде.

Психологи, отделы по делам несовершеннолетних, милиция — никто не придает новым увлечениям молодежи особого значения. Учителя даже порой защищают таких детей: пишет девочка стихи о смерти — молодец, творческая личность. А если кто-то и покончит жизнь самоубийством, то причиной будут названы личные проблемы, потому что связывать самоубийство с вовлечением, к примеру, в эмо-движение никто не станет — придется проводить серьезное разбирательство и дело просто так закрыть не удастся.

Мама 16-летнего гота Ивана, учащегося одного из иркутских лицеев, уже не знает, как ей вернуть того жизнерадостного мальчика, которым он когда-то был. В лицее таких детей много, педагоги не обращают или делают вид, что не обращают на это никакого внимания. Психолог, к которому водили Ивана, сказал, что это с возрастом пройдет.

— Он перекрасил волосы в черный цвет, проколол бровь, губу, в ушах неизвестно сколько дырок, ходит постоянно в черном, дома сидит только в темноте, с родителями не общается, в компьютере сплошные картинки с изображениями крови, изрезанных рук. Он уже резал себе вены, вызывали скорую. Врачам он сказал, что его доводят родители, а нам специалисты посоветовали в следующий раз сразу вызывать психиатрическую помощь, — рассказывает убитая горем мать. Еще одна беда случилась с 14-летней девочкой, которая стала считать себя эмо-герл.

— Полгода назад, как только моя дочь связалась с эмо, в нашем доме поселился разлад — ссоры, слезы, грубость и хамство, — говорит мама девочки. — Ранее общительный и приятный ребенок превратился в маленького монстрика. Девочка стала раздражительной, замкнутой. Я не понимала ее новый стиль в одежде, меня изводили поздние возвращения дочери с тусовок, я ощущала запах пива и сигарет. Она забросила учебу, я не могла ее заставить делать уроки. Наши ссоры, как правило, заканчивались угрозами уйти из дома.

Особенно тяжело эта девочка переживала разрыв с любимым мальчиком — перестала есть, пыталась имитировать суицид.

— Я опасалась, как бы она не подсела на наркотики или алкоголь. Мы были у психолога и психотерапевта. Особых отклонений и нарушений психики не обнаружилось. Девочка раньше училась на «отлично», активно участвовала во всех делах школы, выступала на концертах. А сейчас в дневниках, которые она от меня не прячет, — сплошные суицидальные мысли. Психиатр и психолог рекомендовали не придавать этому особого значения. Запретить всем этим заниматься у меня не вышло. Чем больше запретов, тем больше сопротивление и отчуждение. Теперь я знакомлюсь с ее друзьями, пытаюсь вернуть дочку добром и лаской, виню и корю себя за то, что не смогла увлечь ребенка чем-то полезным: не было средств записать ее в кружок или секцию — сейчас все платно, а я работаю одна, чтобы как-то нас обеспечить, — говорит мать.

Дети новой революции

Представителям Иркутского родительского комитета по защите молодежи от психологического насилия не раз приходилось общаться со взрослыми людьми, шокированными поведением эмо-детей, суицидальным содержанием их дневников, стихов, песен.

По словам представителей комитета, такие дети не желают подчиняться взрослым, отказываются от участия в школьных и общественных делах, кружках и секциях, у них возникают проблемы с учебой. Плюс ко всему этому — вызывающий внешний вид: черные с розовыми прядками волосы, ниспадающие на один глаз косые челки, подведенные черным карандашом глаза. Эмо-бои выглядят женоподобно, косят от службы в армии. Эмо-герл, в свою очередь, готовы защищать своих эмо-боев. Они оказывают им всяческие знаки внимания, дарят плюшевых мишек.

С мягкими игрушками эмо-дети и спят, и гуляют по улицам, и ходят на занятия. Еще им нравится вспарывать лезвием животы игрушечным медведям и зашивать образовавшиеся дыры толстыми черными нитками.

Также, по словам членов родительского комитета, эмо-киды вырезают на тыльной стороне ладоней какие-то знаки и имена, пробуют на вкус кровь, причем бывает, что и чужую, оставляют кровавые следы в своих наполненных печалью и мыслями о суициде дневниках.

«Зачем ты это делаешь?» — спросила как-то мать своего ребенка, причисляющего себя к эмо. Он ответил: «Закаляю себя, пытаюсь научиться не испытывать боль». На самом деле, по мнению представителей комитета, такие дети просто хотят понаблюдать за реакцией взрослых и поиграть у них на нервах. Лезвия бритвы они носят всегда с собой, иногда используют их для самообороны.

Такие дети не строят планов на будущее, почему-то считая, что проживут не более 20 лет. Они рисуют собственные могилки в цветах с датами жизни на памятниках. Многие родители подозревают, что на тусовках эмо-дети не только пьют пиво, но и через порезы на пальцах принимают наркотики. Кроме того, они постоянно требуют у родителей деньги на весьма дорогостоящие эмо-атрибутику и эмо-прикиды. Пирсинг, за неимением достаточных средств, могут делать самостоятельно или друг другу, причем порой это происходит в каком-нибудь грязном туалете.

Представители родительского комитета обращают внимание на то, что эмо-движение зародилось в США и что кто-то постоянно внушает российском эмо-детям мысли о том, что государству они не нужны, поэтому им тоже следует наплевать на государство. Зачастую эмо называют себя детьми новой революции, только вот революция эта происходит скорее у них в головах.

Комментарий

Виталий Жмуров, кандидат медицинских наук, врач-психиатр Иркутского областного психотерапевтического центра:

— Неформалы — это в основном истерики, демонстрирующие свою неординарность. Они не могут обратить на себя внимание другими способами, поэтому стараются отличиться при помощи каких-то внешних атрибутов. Неформалов можно условно разделить на три группы. Первая группа — это инфантильные, незрелые личности, которые с возрастом становятся вполне нормальными людьми. Вторая группа — отрешенные от действительности шизоиды, которые остаются такими на всю жизнь. И третья категория — это будущие пациенты психиатрических клиник, которые рано или поздно попадут на лечение.

Лидерами неформальных движений могут быть пациенты психиатрических клиник. Они способны увлечь незрелые умы своими идеями, повести за собой. Подавляющее большинство неформалов считают, что их не любят, не понимают, не уделяют им внимания. Поэтому им нужно все это дать. Родителям тоже необходимо перестраивать свое отношение к детям и иногда задумываться о том, что причиной такого поведения детей может стать как раз отношение к ним взрослых.

Энциклопедия

Эмо, или эмо-киды — это, как правило, подростки с жесткими прямыми черными волосами. Прическа набок, косая, рваная челка, закрывающая один глаз, а сзади короткие волосы, торчащие в разные стороны. У девушек возможны детские, смешные прически — два маленьких хвостика, яркие заколочки — сердечки по бокам, бантики. Из-за широкой популяризации этой культуры многие забывают о ее истинном значении и фокусируют внимание только на внешнем виде. Вследствие этого произошло разделение среди ее представителей: истинные эмо называют себя тру (от англ. true — «правда», «настоящее»), а тех, кто отдает предпочтение популярности и моде, называют позерами (англ. poseur — «позер», «подражатель»).

Конфликт между подражателями и истинными представителями субкультуры эмо перерос в появление так называемых антиэмо. Они в свою очередь преследуют позеров и отрезают им челки — характерную черту внешнего вида эмо.

Цитата

Дневник одного эмо

жызнь... боже, как же страшно мне прожыть жизнь в серых буднях, в нищете и грязи лишь потому что миром правят деньги....

цывилизацыя дошла до предела: никто из людей кроме своей тарелки больше ничего не видят... как страшно, когда ты начинаешь разговор, а тебя не понимают... почему все должно быть именно так?

больно, когда тебя не понимает никто, жить среди моральных уродов, которых кроме денег и вкусной жрачки ничего не нада... страшно... смысл кричать очем то, если тебя не то что не слышат, а просто-напросто не хотят слышать... всем так плохо живеться, но никто ничего менять не хочет! люди, ну как же так?

Из эмо-форума (орфография сохранена)

Метки:
baikalpress_id:  9 125