Иркутянка более полувека ждет переселения

Ее соратницы умерли, так и не дождавшись жилья

«Я мечтаю мыть посуду в раковине, даже во сне вижу, как из крана льется вода», — рассказывает 77-летняя пенсионерка Александра Кудаева. По щекам, минуя лучики морщин, уже в который раз текут слезы. Пенсионерка всю жизнь прожила в неблагоустроенном бараке, вырастила в нем троих детей, но так и не может дождаться обещанной квартиры со всеми удобствами.

Временное жилье

В молодости отважная девчушка Саша по комсомольскому заданию трудилась штукатуром-маляром на вспомогательных объектах на строительстве Иркутской ГЭС.

— Жили тогда в нечеловеческих по сегодняшним меркам условиях, — рассказывает баба Шура, как величают пенсионерку соседи. — Сначала в палатке, потом построили временный барак без воды и туалета. Начальство обещало молоденькой Александре и еще нескольким девчонкам-активисткам, что дома эти строятся на два года, а потом всем дадут благоустроенное жилье.

С тех пор минуло 57 лет. Но, как известно, нет ничего более постоянного, чем временное. Четыре барака по улице Гончарова в Свердловском районе как стояли, так и стоят. Жильцы, которые селились в них молодыми, крепкими и здоровыми, в них же состарились и встретили смерть. Так, в доме по Гончарова, 10, проживало восемь пенсионеров, про которых забыли, когда ГЭС была построена.

В этом году из старожилов в доме осталась только баба Шура.

— Мы с соседкой остались ждать квартиры вдвоем, остальные поумирали. А потом и она умерла, год назад, так и не дождавшись, — говорит женщина.

Пенсионерка не привыкла просить

Баба Шура занимает активную жизненную позицию. Ни одни выборы в своей жизни она не пропустила. Такими же воспитала детей. Когда они подросли, водила и их на избирательный участок.

Женщина верила предвыборным обещаниям и искренне надеялась на то, что ее жизнь наконец-то изменится в лучшую сторону. Основной головной болью для пенсионерки до сих пор остается квартира, в которой она прожила всю жизнь. В бараке без удобств она родила троих детей и вырастила их без мужа. Дети выросли, одни получили собственную квартиру, другие снимают жилье, а Александра Кудаева продолжает жить в развалюхе.

Вопрос о сносе барака по Гончарова, 10, решается с 1992 года. Тогда на территорию зашла строительная компания, принявшаяся возводить микрорайон Радужный. Местные жители, обитатели частного сектора и двухэтажных бараков-засыпух, надеялись, что их наконец-то снесут и дадут благоустроенное жилье.

Пенсионеры — люди старой закалки. И ходить по инстанциям, просить и напоминать о себе просто не умеют.

— Я никуда не ходила жаловаться, — говорит баба Шура. — Просто ждала. Жильцов бараков, расположенных по левой стороне улицы, отселили несколько лет назад. Теперь здесь красуются новостройки Радужного. Жильцы правосторонних домов барачного типа думали, что вот-вот очередь дойдет и до них, однако застройщик решил пойти в частный сектор, что располагался неподалеку. Деревянные дома, где проживает одна семья, расселить проще и значительно дешевле, нежели двухэтажные густонаселенные строения.

Квартира напоминает холодильник

«Неужели так еще люди живут?» — удивляются случайные люди, бывая в гостях у жильцов домов по улице Гончарова.

Когда входишь в квартиру, чувствуешь неприятный озноб. Сохранить тепло жильцам этих квартир удается с трудом.

— Я за зиму третью машину дров дожигаю — так у нас холодно, — говорит пенсионерка.

Жить приходится в одной комнате, более-менее теплой, а в других комнатах почти как на улице.

Абсолютно у всех жильцов промерзают стены. По полу несет холодком. Баба Шура целый день ходит дома в теплых ботиках, подпоясывается пушистой шалью. По квартире свободно бегают крысы.

— Больше я здесь зиму не проживу, — плачет старушка, — сил уже нет таскать дрова и воду.

И хоть на вид бабушка достаточно крепкая, с домашним хозяйством ей с годами становится управляться все сложнее. Дочка и внук, конечно, помогают принести дрова, воду, но многое приходится делать самой.

Баба Шура старается лишний раз не ходить в заброшенный уличный туалет, построенный для жильцов четырех бараков. Отхожее место находится в безобразном состоянии, дорожку к нему чистят крайне нерегулярно. Не так давно баба Шура, подходя к этому месту, упала и сломала руку. Мыться старушка ходит к дочери, которая живет с семьей неподалеку. В таких унизительных условиях и живет человек пожилого возраста.

Дом не ремонтировали более 30 лет

Домоуправление в дом денег почти не вкладывает, капремонт проводили только в 1974 году. Делать ремонт здесь служба, скорее всего, считает бессмысленным. БТИ ставит дому, который более 50 лет назад должны были снесен, 57% износа. Оказывается, в Иркутске есть дома в еще более худшем состоянии, нуждающиеся в расселении или хотя бы капремонте.

На какие-либо очереди у бабы Шуры надежды нет. В 60-х годах Александра Кудаева уже стояла в очереди на квартиру. Ее обещало дать государство. Но когда некогда коммунальная квартира на несколько хозяев была оформлена на бабу Шуру, ее сняли с очереди ввиду улучшения жилищных условий. Баба Шура пыталась узнать, не значится ли в планах города снос ее дома. Знакомый юрист помог составить официальный запрос в сектор учета и приватизации жилья администрации города. Ответа баба Шура пока не получила. Надежда остается только на застройщика микрорайона Радужного.

Застройщик хитрит с переселением?

Переговоры с застройщиком у жильцов домов по улице Гончарова тянутся с прошлого века. Они начались еще в начале 90-х. Походы к генеральному директору ранее ЖСК «Радужный», а ныне компании «Танар» для жильцов бараков стали привычкой. Беседы заканчивались на положительной ноте, люди верили в скорейшее переселение. Но время шло, а обещанные сроки выходили. Прошлой осенью руководство строительной компании предлагало бабе Шуре не запасаться дровами.

— Сказали, что к зиме я буду жить в новой квартире, — говорит Александра Кудаева.

Но обещания так и остались обещаниями. Баба Шура предусмотрительно запаслась топливом и пережила еще одну морозную зиму. А на прошлой неделе состоялось собрание жаждущих переселения жильцов, на котором строители предложили людям подыскивать себе жилье, дав понять, что в строящихся домах им квартиры не светят.

— Сказали, что денег дадут немного, — волнуется в ожидании перемен старушка. — У меня же трехкомнатная здесь квартира. В ней прописаны я, сын и внук. — Так мне же не дадут столько денег...

Волнения бабы Шуры небезосновательны. Когда расселяли жильцов из соседских домов, полученных денег хватало на то, чтобы купить жилье в отдаленных районах города.

Загрузка...