Армейские истории иркутян

Армию ругают часто и много. Однако у большинства бывших срочников об армии остаются в основном хорошие воспоминания, а армейские байки давно уже превратились в самостоятельный жанр. Накануне 23 февраля, Дня защитника Отечества, мы обратились к известным иркутянам, чтобы они поделились с нами воспоминаниями о своей армейской службе.

Курсант Диксон снялся в кино с Лавровым

Виталий Диксон, писатель, за плечами которого 30 лет действительной военной службы:

— В советское время Ленфильм привлекал для съемок батальных сцен целые батальоны из военных училищ. В 1964 году снимался фильм «Залп Авроры», и в массовке в роли юнкеров Семеновского полка участвовали курсанты училища, где я начинал действительную военную службу. Мы переодевались, нам вручали трехлинейные винтовки, фуражки. В моем архиве сохранилось фото: Дворцовая площадь, мы — дурашливые, веселые. За фото осталась память: холодище, ноябрь, ветер с мокрым снегом.

Семеновцы в шинелях, а революционные матросы в бушлатиках, под которыми одни тельняшечки. Знаменитый Кирилл Лавров играл матроса. По нему было видно, что он весь замерзший, дерганый. Режиссер на него орет, он — на режиссера. Когда появилась пауза в съемках и все разбежались, я Лаврову на глаза попался. «Братишка!» Ого, быть братишкой у самого Лаврова! Я винтовку бросил и подошел.

Он мне показывает: слева от арки точка общепита военторговская. Деньги мне сунул в шинель — на три чекушки. Скажи, говорит, что от Лаврова, там меня знают. Эту точку общепита я тоже хорошо знал. Принес я чекушки. И за бревнами с пулеметами мы устроились: мне чекушку, ему чекушку. Третью он в карман спрятал. У него и конфетки нашлись.

Сидим мы с ним «буль-буль» и разговариваем так хорошо: о мерзкой погоде, о наводнениях, о людях. А что люди? Питаются, влюбляются, детишек сочиняют — живут люди. И вдруг Карл Маркс заявляется: «Товарищи, как у вас тут насчет прибавочной стоимости? Не ущемляет?»

Вопрос повис в воздухе, но осталась загвоздочка: где же в 1917 проходила граница, трещина в классовом сознании, разделившая революционного матроса и контрреволюционного юнкера? Присели бы они тогда на бревнышко, да выпили, да потолковали за жизнь — и никакой революции бы не случилось. И в это время вызверился мегафон режиссера, призвавший собеседников к своим постам революции.

Сергей Босхолов: «Армия определила всю мою дальнейшую судьбу»

Депутат Законодательного собрания Иркутской области, доктор юридических наук, профессор кафедры уголовного права и криминологии Байкальского государственного университета экономики и права Сергей Босхолов вспоминает армейские годы с большой теплотой, ведь служба в Вооруженных силах определила всю его дальнейшую судьбу.

Сергея Семеновича призвали в армию в мае 1969 года и должны были отправить в Благовещенск. Однако стать танкистом Босхолову, видимо, было не суждено. Прямо со сборного пункта тренер забрал призывника — кандидата в мастера спорта — на соревнования.

— Я сидел на сборном пункте уже обритый наголо и был готов к отправке, — рассказывает Сергей Босхолов. — Тут приезжает целая делегация. Мой тренер по велоспорту Анатолий Ощерин просит отпустить меня в Омск на первенство Сибири и Дальнего Востока. И с разрешения военного комиссара вместо Благовещенска я поехал совсем в другой город. Но отпустили меня только с тем условием, что по приезде я сразу пойду служить в часть, которая дислоцируется в Иркутске.

На первенстве по велоспорту Иркутская область заняла второе место, а Сергей Босхолов, даже не успев как следует отпраздновать победу, поспешил в часть Внутренних войск МВД.

— Я прихожу, а меня там спрашивают: «Зачем пришел?» Я говорю: «Служить». Тут раздается хохот — все были удивлены, что призывник сам пришел в часть, — вспоминает Сергей Семенович.

Так как Босхолова определили в спортивную роту, большую часть времени он проводил на различных соревнованиях. Для сослуживцев этот солдат был примером: всех очаровывали не только его рассказы о поездках, но и то, что в свободное от спортивной жизни время Босхолов показывал хорошие результаты по стрельбе. В армии Сергей Семенович стал снайпером.

Кроме того, когда не было соревнований, Босхолов, как и многие солдаты части, конвоировал подсудимых в областной суд и обеспечивал охрану на заседаниях.

— Именно тогда проявился мой интерес к юриспруденции, — признается Сергей Босхолов. — Я наблюдал, как проходят судебные заседания, присутствовал при вынесении приговоров и понял, что это мое. Именно в армии я принял решение поступать в Высшую следственную школу МВД. И поступил. Так служба в армии определила мой выбор профессии и всю дальнейшую жизнь.

О своей родной части Сергей Босхолов не забывает никогда. Будучи депутатам Госдумы, он приезжал туда, общался с солдатами, показывая своим личным примером, что любой такой же солдат, как они, может достичь многого. Когда Босхолов был вице-губернатором Иркутской области, он буквально взял шефство над частью. И сейчас, являясь депутатом ЗС Иркутской области, он думает возобновить свои встречи с военнослужащими.

— С армией у меня связаны только хорошие воспоминания, — говорит Сергей Босхолов. — Мне есть чем поделиться с молодым поколением. Те, кто выбирает службу в армии, делают правильно. Это конституционный долг.

Сергей Курилов учил солдат русскому языку

Депутат Законодательного собрания Иркутской области, председатель комитета по социальной политике Сергей Курилов служил замполитом. Окончив политехнический институт и получив специальность инженера-строителя, Сергей Витальевич три года трудился в Иркутскжилстрое, являлся секретарем комсомольской организации этого предприятия и возглавлял орготдел Октябрьского РК ВЛКСМ. Так как Курилов хорошо зарекомендовал себя в качестве комсомольского лидера, Коммунистическая партия Советского Союза направила его служить замполитом в военно-строительную роту строительных войск ЗабВО.

Солдаты этой роты строили различные военные объекты на территории Иркутской области, и замполиту приходилось обучать их не только политической грамотности, но и строительному делу. А также русскому языку — практически все подопечные Курилова являлись представителями среднеазиатских республик СССР.

Каждое утро перед завтраком, в 7 ч 45 мин, Сергей Витальевич проводил политинформацию. Многие солдаты совершенно не понимали, что им пытался растолковать замполит, и поэтому Курилов решил заняться их обучением.

— Один абхазец буквально, что называется, спустился с гор, и его тут же забрали в армию. По-русски он не понимал ни слова. И то, что через некоторое время этот солдат заговорил, я считаю большим своим достижением, — рассказывает Сергей Курилов. — Еще двое солдат даже научились писать и могли отправлять домой письма.

В далеком 1986 году будущий депутат занимался политико-воспитательной работой, читал лекции и следил за состоянием Ленинской комнаты. На лекциях Курилов рассказывал солдатам о том, что в американской армии человек человеку волк, а в советской — друг, товарищ и брат.

Сергей Витальевич знакомил юнармейцев с произведениями политических деятелей и биографиями членов Политбюро. Читать политинформации, используя газетные вырезки, было нельзя. Поэтому каждый день Курилову приходилось тщательно готовиться к лекциям и конспектировать все в тетрадь. Однажды замполит поинтересовался у научившегося изъясняться по-русски солдата: «Зачем ты в армию пришел? Служить не хочешь, работать не хочешь...»

А тот ему и отвечает: «Никак не мог не ходить. Дома ко мне не будут относиться как к мужчине. Только больные могут не служить, остальные все должны».

— Из службы в армии я вынес много полезного, — говорит Сергей Курилов. — Печалит меня только одно: ребенок рос без меня, ведь он родился за месяц до того, как меня призвали.

Еще Курилов жалеет о том, что сейчас не действует принцип демократического централизма.

— Было бы больше ответственности членов партий за принимаемые решения,— отмечает Курилов.

А что касается нынешней системы призыва в армию, то Сергей Витальевич считает переход на годичную службу правильным: за год там научат азам. Но учиться должно большинство, и если вдруг завтра война — каждый должен встать на защиту своей Родины.

Дмитрий Никеров выучил монгольский

Дмитрий Никеров, начальник штаба УВД по Свердловскому округу Иркутска:

— Срочную службу я проходил в инженерно-саперных войсках. Мы занимались разведкой минно-взрывных заграждений и преодолением минных полей и узлов. За два года я побывал в Чите, Монголии, Ташкенте. Самое яркое мое впечатление осталось от Монголии. Когда в 1989 году на 37-м разъезде в результате неосторожного обращения взорвался монгольский склад с авиационными боеприпасами, мы участвовали в его разминировании.

При взрыве фугасная авиационная бомба пролетела пять километров и упала в песочницу детского сада. Только по счастливой случайности никто из ребят не пострадал.

Военная часть, где проходил службу Дмитрий Михайлович, была размещена возле тропы, по которой монголы гоняли скот. Местные со свойственной им восточной невозмутимостью не обращали на посты никого внимания, вместе со скотиной пытались пролезть сквозь колючую проволоку. Благодаря армии Дмитрий Михайлович выучил разговорный монгольский язык. По нашей просьбе он бегло произносит монгольскую фразу и на вопрос, как она переводится, отвечает со смехом: «Здравствуете, товарищи! Нет ли у вас знакомых девушек?»

У директора театра карьера руководителя началась в армии

Рассказывает Владимир Шагин, директор Иркутского музыкального театра им. Н.М.Загурского:

— Служба в 1967—1971 годах в Амурской области и в Иркутске не принесла мне ничего, кроме приятных, положительных эмоций. Хотя служил я долго — пять лет, из них два года на сверхсрочной службе. В армию шел с нормальным настроем, даже мыслей уклониться не было. Раньше время было другое: парней ничего от армии не отталкивало — дедовщины практически не было.

После учебы в индустриальном техникуме меня с тремя друзьями распределили работать в Хабаровск, а оттуда уже и призвали. Служить вместе мне выпало лишь с одним из друзей, остальных отправили в другие города. Но мы по сей день поддерживаем связь.

В армии я активно занимался художественной самодеятельностью, с различными концертами мы выступали в деревнях, колхозах. Затем директор одной из наших подшефных школ попросил меня подготовить школу к художественному смотру. Там уже был драматический кружок, музыкальные занятия проводились, и мы подготовили совместный концерт. Два наших номера затем были представлены на областном смотре.

Так меня заметили в райисполкоме и отправили в пионерский лагерь, где отдыхали дети офицеров. Там я тоже занимался художественной самодеятельностью. Можно сказать, в армии и началась моя карьера руководителя творческого коллектива.

Вадим Ивушкин не забывал об орнитологии

Вадим Ивушкин, координатор иркутской ZOO-галереи:

— Я служил в 1987—1989 годах в Забайкалье, в поселке Досатуй, в танковых войсках. Это было время перестройки, уже чувствовался дух свободы. Начались некоторые послабления, и нам разрешали брать в армию фотоаппараты. Снимать нельзя было только склады боеприпасов, объекты, но и на посту запрещено было фотографировать.

Как-то я заступил на пост и вдруг увидел гнездо очень интересной птички. Жуланы в Иркутской области не водятся, только в Забайкалье. И поэтому мне, как орнитологу, очень хотелось его рассмотреть и, конечно же, сфотографировать. Я увлекся съемкой и буквально забыл обо всем на свете. А тут проверка! Пришлось с особым отделом разбираться. Но мне повезло — на гауптвахту не посадили и фотоаппарат вернули.

Как орнитолог в Забайкалье я почерпнул много новой информации, насытился эмоциями и ощущениями. Например, очень интересно было увидеть монгольских жаворонков, которые в три раза крупнее обычных. Но поют они так же красиво, как и обычные жаворонки.

Метки:
baikalpress_id:  9 009