Зачем разобрали дом Трубецких?

Памятник архитектуры не мог дышать почти полвека

В Иркутске у семьи декабриста Сергея Трубецкого было два дома: у Знаменского монастыря, за рекой Ушаковкой, и на Арсенальной, ныне это улица Дзержинского. Первый сгорел еще в прошлом столетии. Второй в сентябре этого года на глазах у всех иркутян был демонтирован. Правда, на время...

От сруба останется чуть больше половины

В демонтаже здания не стоит искать чего-то криминального. Разборка дома — это один из этапов реставрации, начатой еще в 2006 году. Более того, в 60-е годы прошлого века при реставрации, проводимой московским архитектором Галиной Оранской, здание также разбиралось, правда тогда дело дошло только до пристройки, нынче же разобран весь дом до фундамента.

— Главная причина разборки — непригодность некоторых частей сруба, — рассказывает Евгений Ячменев, директор музея. — Во время реставрации конца 60-х годов был упущен один очень важный момент — устройство «продыхов» вентиляционных отверстий в обшивке сруба. В пространстве между обшивкой и бревенчатой стеной должно быть свободное место, чтобы дерево дышало. Вместо этого все было плотно закупорено. В результате образовалась гниль.

Другая причина такой глобальной реставрации — необходимость укрепить фундамент.

— За теплое осеннее время мы надеемся сделать все работы по фундаменту и полуподвалу, — рассказывает Евгений Ячменев. — А уже зимой будет обратная сборка сруба.

При обратной сборке каждая деталь дома займет свое прежнее место. Для этого все части постройки, бревна сруба во время демонтажа были скрупулезно промаркированы и теперь хранятся на задах усадьбы Трубецких. Гнилье будет заменено. В итоге реставраторы надеются оставить примерно 60% от первоначального дерева. Процент мог бы быть и выше, но гнили подверглись угловые соединения, а не отдельные бревна.

Чтобы впредь сохранить дерево при обратной сборке, бревна будут обрабатывать специальными химическими растворами, консервирующими смолами: эти вещества постоянно используются при реставрации музеев деревянного зодчества под открытым небом. И при правильном уходе после такой обработки дерево сруба сможет прожить еще лет триста.

Дом сразу нескольких декабристов

Найти что-нибудь интересное при разборке дома никто из реставраторов не надеялся. В 60-е годы прошлого века его хорошенько протрясли. Единственное, что было больше приятной неожиданностью, нежели исторически значимой находкой, — обнаруженные между бревнами соединительные шипы выглядели довольно свежими, будто только вырубленные.

Кроме того, заинтересовали исследователей остатки старых газет 1859—1867 годов, найденные под сбитой штукатуркой на стене, отделяющей главный зал от диванной комнаты. Об их существовании было известно и первым реставраторам, но им тогда не придали особого значения. А вот нынешних исследователей этот факт, наоборот, заинтересовал, ведь он оказался подтверждением почти сенсационной теории.

— Наши исследования показали, что дом Трубецких изначально был меньше размером и полностью деревянным, — объясняет Евгений Ячменев. — В каменной кладке полуподвала были обнаружены деревянные столбы, часть из которых сгнила и просто выветрилась, часть осталась. Но уже по этому можно судить, что первоначально каменного полуподвала в доме не было.

Сопоставляя эти факты, исследователи пришли к выводу, что в XIX веке у этого дома было по крайней мере два строительных периода: когда он был маленький деревянный и когда приобрел более респектабельный вид. А значит, дом был выстроен не в 1854 году, как долгое время полагали, а гораздо раньше — в 1847-м. И предназначался он изначально не для семьи Трубецких, а, как считает Евгений Ячменев, для декабриста Иосифа Поджио.

Более того, открытия на этом не заканчиваются. После Поджио там жила дочь другого декабриста, Михаила Кюхельбекера, — Анна, воспитанница Трубецких, вместе с мужем Викентием Миштофтом. А потому выходит, что дом этот связан не с одной семьей декабристов, а сразу с тремя.

Новый вид

Завершить реставрацию исторического здания планируется к 2010 году. По словам Евгения Ячменева, тогда дом предстанет в гораздо изменившемся виде. Во-первых, появятся комнаты, посвященные братьям Александру и Иосифу Поджио, семье Кюхельбекеров, что вполне логично. Кроме того, какие-то комнаты будут рассказывать о бытовой жизни декабристов. Так, в полуподвале будет воссоздана кухня с настоящей русской печью, над восстановлением которой исследователи музея работают последние 10 лет.

Во-вторых, изменится внешний вид дома. Выяснилось, что предыдущий реставратор — Галина Оранская — в далекие 60-е годы восстанавливала его по упрощенной версии. Она не использовала самую раннюю из сохранившихся фотографий дома — 10-х годов XX века. При нынешней реставрации восстанавливать дом будут именно по ней.

А недавно обнаруженная на территории бывшего Иерусалимского кладбища надгробная табличка с памятника архитектору на могиле Александра Разгильдеева расценивается в музее как знак. Ведь именно он, как считают исследователи, придал дому облик, который тот снова приобретет после нынешней реставрации.

Загрузка...