Черемховский судья изнасиловал студентку?

Родственники и мэр нашли измученную девушку в гараже

В прошлом номере мы уже сообщали о том, что в правоохранительные органы города Черемхово поступило заявление от родителей девушки-студентки. В нем сказано об изнасиловании их дочери Ирины местным судьей.
История имела мало шансов всплыть. Кто бы стал трепать имя судьи — это ведь позор на всю систему. Родители девушки — люди рабочие, мать трудится на СУЭК, отец инвалид, но все еще работает, чтобы дать младшей дочери образование. Все было обречено тихо сойти на нет. Но дядя девушки — заместитель мэра Черемхово, а его друг — мэр. История стала известна..

Мама девушки Ольга Михайловна согласилась рассказать все, что она знает со слов дочери и чему была свидетельницей сама. Ведь вокруг их беды уже скопилось много сплетен и слухов.

Все началось, когда студентка юридического факультета, 19-летняя Ирина, приехала в родное Черемхово на месячную практику в суде.

Злополучную практику девушка прошла, была всем довольна, никаких жалоб родители от нее не слышали. Уже теперь мама Ирины вспоминает, что были у девушки легкие недоумения относительно поведения судьи, у которого она проходила практику: "Мама, не понимаю, зачем он вызывает меня и мы сидим кофе пьем". Однажды судья вызвал Иру и затеял разговор, основная мысль которого свелась к тому, что хватит девушке надеяться на дядю, надо самой, своими силами в жизни продвигаться. Что за силы такие имел в виду судья, Ольга Михайловна поняла позже.

— Потом, когда уже все случилось, она открылась, что он ее у подъезда встречал, ждал. Она не хотела это афишировать, думала, все само уляжется.

Пьяный и злой

Вечером 25 ноября Ира сидела у подруги Маши. Девчонкам захотелось семечек, и они вышли до магазинчика. А судья в этот момент кого-то высадил в том же районе и, видимо, заметил Иру. Через некоторое время он через Машу вызвал девушку. Ира вышла. Он схватил ее за руку и усадил в машину.

Ирина, говорит Ольга Михайловна, боялась этого человека. На этот раз он был пьяный и злой. Он повез ее к зданию суда, где забрал своего помощника и его девушку, потом — за город. По дороге Иру заставили выпить коньяка.

— Ирина пыталась выйти у суда. Еще просила отвезти ее на вокзал, где надеялась сбежать. Но ей отвечали: "Сиди, успокойся. Успеешь". Потом она уже не могла сопротивляться — судья вертел в руках пистолет.

Судья привез компанию в кафе "Березка". Они устроились в отдельном домике. Когда судья пошел делать заказ, Ирина хотела убежать. Она смогла спрятаться за домиком и набрала номер Маши. Судья быстро нашел Иру, отобрал телефон и закричал в трубку: "Если кому расскажешь, пущу тебя на такой шашлык, что ни одна собака жрать не будет".

В "Березке" он стрелял — в стены. В один момент девушка смогла выхватить пистолет и вытащить магазин. Судья наставил оружие ей в лицо и сказал: "Ты что думаешь, там пули нет?" Помощник судьи закричал: "Отдай ему, отдай!" В один момент, когда Ирина снова пробовала убежать, ее догнали. Она потеряла сознание.

— Она очнулась от болевого шока. У нее было что-то с языком, рот не открывался, болели зубы. Едва она приходила в себя, ее били, — Ольга Михайловна слез сдержать не может.

Девушку нашли в гараже

Ольга Михайловна ждала Ирину до полуночи. Ее старшая дочь Анастасия без конца звонила Ирине на сотовый, но та не отвечала. И вот наконец Ира не своим голосом ответила: "Сейчас приду". Связь прервалась. Сестра побежала к дяде Александру Матвееву. 14-летняя дочь Матвеева сообразила, что надо позвонить мэру Черемхово Вадиму Семенову, близкому другу ее отца.

Тем временем Насте удалось еще раз услышать сестричкин голос. Девушка могла сказать всего три слова: "Снег....Гаражи... Практика". Ольга Михайловна считает, что только эти три слова ее и спасли.

— Вряд ли мы нашли бы ее живой — не знали ведь, где искать.

Родственники и Семенов поехали к гаражам суда, догадавшись, о какой практике шла речь.

— Когда я подъехал, Настя бегала вокруг гаража и рыдала в трубку: "Скажи, где ты!" Девочка ей ответила: "Гаражи..." Я догадался, где она. Дверь гаража распахнулась, и вышел судья — расхристанный, пузо наружу. Смотрю, Иринка стоит возле машины раздетая, мокрая, невменяемая, ревет. Ее одежда разбросана по всему гаражу, — рассказывает мэр Черемхово.

В гараж забежали родственники девушки. Между судьей и отцом завязалась потасовка. Семенов разнял их. Иришку повезли в больницу. А в милицию в этот же день поступила жалоба — на мэра от судьи.

— Он угрожал, говорил мне: "Завтра я соскочу, и тебе хана". Предлагал простить его. Он написал на меня заявление об избиении. И по сей день продолжает писать жалобы. Он думает, что если создаст такое неудобство, то родственники вынуждены будут забрать заявление.

Избавились от пациентки?

— Я когда увидела ее, испугалась. У Иры было опухшее лицо, оно болело. Она не могла разжать зубы. Странно, но у нее был синий язык. Ей что-то с языком делали. Позже, когда я повезла ее на экспертизу в Иркутск — сама, по собственной инициативе, — оказалось, что у нее надорвана уздечка языка и большая гематома под самим языком.

Все тело дочери было в синяках. Причем постоянно образовывались новые: кожа приподнималась, а потом раз — синяк. Ирине из-за этого было очень больно. Я просила врачей в нашей больнице осмотреть дочь, но просьбу проигнорировали.

Ольга Михайловна недоумевает, почему Иру выписали из больницы уже на третий день, хотя два дня она не могла встать, ее рвало. Мать считает, что такое отношение связано с именем обидчика ее дочери.

Диагноз, с которым Ирину выписали, звучал так: алкогольная интоксикация, отравление неизвестным веществом. Об изнасиловании речи не шло. Ушибы и ссадины не представляли угрозы для жизни.

Мать Ирины выражает недоверие не только лечащему врачу, но также и судмедэкспертам из Черемхово. Она не знает, было ли проведено достаточное обследование Ирины для установления факта изнасилования, она недоумевает, почему не обследовали рот девушки. Для нее загадка, что за "неизвестное вещество" было обнаружено в крови Ирины.

На четвертый день после случившегося она привезла дочь в Иркутск. Девушку обследовали судмедэксперты, а затем врачи областной больницы. Они посчитали нужным госпитализировать Ирину.

Сегодня Ирина продолжает учебу, однако страдает сильными головными болями и депрессией.

"Одумайся, девочка..."

— Перед изнасилованием он ее запугивал. Говорил, что если она расскажет, то он сделает так, что вся вина ляжет на нее. Когда ее забирали из гаража, она кричала: "Владимир Александрович, дядя Саша, уходите отсюда, он вас убьет!"

— Не беспокоят ли сейчас вашу семью угрозами?

— Ирине было несколько звонков — при мне. Одна женщина из администрации суда (она даже представилась) говорила: "Послушай меня, девочка, одумайся, забери заявление". Ирина, конечно, боится. Но я хочу, чтобы общественность знала правду, чтобы нам помогли в нашей беде.

Семью поддерживает Вадим Семенов — в первую очередь как друг Ирининого дяди. Благодаря Семенову дело хоть как-то сдвинулось с мертвой точки.

У родственников нет никакой информации о том, как идет следствие, идет ли оно вообще. Судья — лицо неприкосновенное. И сначала с него нужно снять статус.

— На сегодняшний день никакой ответной реакции не видно. Судья этот вышел на работу. Он, представляете, судит людей, — говорит Вадим Семенов.

Он уже дважды был на приеме у губернатора Тишанина, встречался с прокурором области Мерзляковым. Прокуратура области отправила материалы проверки в Генеральную прокуратуру. Все ждут ответа. Так работает наш закон и все, кто его охраняет.

P.S. Ольга Михайловна решила биться до последнего. Ей, естественно, все равно, какой статус занимает обидчик ее дочери. Она очень просит людей, видевших, как ее дочь усаживали в машину, а также всех, кто мог быть невольным свидетелем разыгравшейся драмы, например посетителей и обслуживающий персонал кафе "Березка", дать показания. Кроме того, она пытается взывать к совести людей, которые были участниками событий — помощника судьи и его девушки, — и рассказать правду.

Метки:
baikalpress_id:  19 270