Элиту Российской армии готовят из беспризорников

В Усольской кадетской школе сейчас проходят обучение более двухсот подростков, еще недавно считавшихся трудными детьми

В Иркутской области всего две кадетские школы (обе областные) — собственно в Иркутске и кадетский корпус под Усольем-Сибирским. Усольская школа нехорошо и громко прозвучала во всех СМИ совсем недавно, в начале учебного года, когда выяснилось, что один из воспитанников корпуса убил другого из-за сотового телефона. Дабы убедиться, что это было исключением из правил, а в школе все-таки из трудных подростков делают юных солдат России, элиту будущей профессиональной армии страны, в Усолье отправился корреспондент "СМ Номер один".

Бывшей военной части МЧС нашли идеальное применение

История кадетства в современной России еще находится в возрасте грудного младенца. Начало положила речь президента Владимира Путина о том, что положение с детской беспризорщиной ужасное, а военно-патриотическое воспитание молодежи практически отсутствует, что обе проблемы может решить возрождение кадетских корпусов. Как следствие, он подписал соответствующий указ. Тогда подобные школы для полных сирот и детей из неполных семей стали появляться во многих регионах. В Иркутске первая школа появилась еще 1999 году. И сразу же оказалось, что она не может удовлетворить существующую в области потребность в военных школах.

В конце сентября 2003 года тогдашний губернатор Борис Говорин подписал постановление N 532-п о создании в Усолье-Сибирском областной кадетской школы-интерната для сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Школа должна была взять на полное государственное обеспечение 240 человек. К тому времени уже нашли идеальное место — территорию только расформированной военной части МЧС под Усольем-Сибирским, недалеко от поселка Зеленого (забавное совпадение, потому что в Иркутске кадетская школа также находится на территории военной части и также в микрорайоне Зеленом).

— Нас часто называют кадетским корпусом, но это название не совсем точное, — рассказывает директор школы Надежда Ирхина. — Если бы мы были корпусом, то находились бы в структуре Министерства обороны. А мы относимся к департаменту образования. Военные знали, что тут будет школа, уже в момент расформирования и охраняли территорию, пока мы не приехали, а часть обслуживающего персонала в/ч даже осталась жить и работать в школе, помогать нам с ремонтом.

Уже через несколько месяцев после подписания губернатором постановления № 532-п, в феврале 2004 года, в еще ремонтируемый красный корпус (по цвету покраски, в отличие от серого) заселились первые 60 кадетов... Сегодня в школе их около 220: двенадцать классов, разделенных на четыре роты, по три класса-взвода в каждой. И еще порядка 200 человек обслуживающего персонала — 15 учителей, 28 воспитателей, по двое психологов и социальных педагогов, повара, врачи, подсобные рабочие...

"Маленький капитан" Сергей

Этимология слова "кадет" восходит к французскому "маленькому капитану" — так называли детей из дворянских семей, с детства обучавшихся военной службе. Сергей Дроздов не из дворянской, а из обычной неблагополучной семьи, но понятие "маленький капитан" подходит к нему очень точно — невысокий, крепкий, с прямым открытым взглядом, доброжелательный и немногословный. О себе рассказывает спокойно, немного торопясь и спотыкаясь, долго выбирая выражения в тех случаях, когда приходится говорить о своей семье. Не знаю, можно ли назвать его путь в кадетский корпус типичным, поскольку в отличие от многих других детей, которые в него попали по направлению из детского дома, он сам настойчиво добивался этого направления несколько лет.

Сергей родился и провел детство в маленькой деревне Кочень Жигаловского района. Когда ему было восемь лет, в 1997 году, его родители разошлись. Старшая сестра Надя уехала жить в другую деревню, к дедушке и бабушке, а Сережа с мамой переехали жить в Жигалово. Когда он учился в пятом классе, то случайно узнал от приятелей-одноклассников из Жигаловского приюта, что им предложили поступить в только открывшийся в Иркутске кадетский корпус. Увидел кадетскую форму. И заболел идеей стать кадетом...

Мама была категорически против — не хотела расставаться, а ездить из Жигалово в Иркутск долго и дорого. Летом после шестого класса Сережа попал на три недели в военно-патриотический казачий лагерь. И снова понял, что ему близка атмосфера дисциплины, жесткого режима, формы, командных игр и построений. Вернувшись домой, он снова, уже более настойчиво, стал проситься в кадетскую школу. Ему удалось убедить даже маму — она согласилась ему помогать. Он взял ее за руку и привел в райвоенкомат, узнал условия приема и самостоятельно собрал все необходимые справки и документы. Из районного военкомата его послали на медкомиссию в Шелеховский областной военкомат.

Однако в тот раз Сережа не прошел по здоровью — оказалась искривленной носовая перегородка. Вернувшись домой, он отправился в больницу и прошел курс лечения. К тому времени он уже знал по именам и званиям офицеров Жигаловского военкомата и был первым в списке рекомендованных для обучения в кадетской школе, обогнав даже детей-сирот, которые обычно имеют приоритет.

Тем временем, как Сергей выразился, "в семье обострялось", но разговаривать на эту тему не захотел.

В конце седьмого класса он прошел повторную медкомиссию в областном военкомате, и его обнадежили: "Появятся места — сразу пришлем тебе вызов". Тогда же мальчик узнал, что собираются открывать еще один кадетский корпус, в Усолье. Новый 2004 год он встретил, как обычно, в деревне у бабушки. В первых числах января позвонила мама и, ничего не объясняя, коротко сказала: "Срочно возвращайся". А когда вернулся 4 января домой, его ждал вызов из Усольской кадетской школы.

Мать снова со слезами на глазах сделала попытку удержать сына дома, но Сергей пригрозил, что вообще бросит учиться. 11 января вечером он впервые прошел через КПП школы.

— Я сначала смотрю — лес, сугробы, какая-то глушь, думаю: "Е-мое, зачем я сюда так рвался? Лучше бы дома остался", — вспоминает Сережа. — Но уже в казарме понял, что ехал не зря. Там было уже довольно много пацанов, занимались какими-то своими делами, играли в шахматы. Я-то думал, что, раз был в казачьем военном лагере, то уже все знаю, а оказалось, что не знаю почти ничего. Когда меня водил, все показывал один из пацанов, я задавал глупые вопросы — например, как обращаться к офицеру: господин майор или хорунжий.

Сейчас Сергей занимается рукопашным боем и является координатором совета кадетов. Хочет поступать в Новосибирский высший военный командный институт на факультет войсковой разведки.

— Знаете, почему он запинается, когда о семье рассказывает? У него мать сильно пьет, на него внимания почти не обращает. Он с каникул приехал тощий, будто за все время вообще ничего не ел, — рассказала завуч по воспитательной работе Инга Капустина. — А он про мать ни слова плохого никогда не сказал, все каникулы дома проводит. У нее новый сожитель, и повезло, что у него хорошие родители — Сергей их даже называет дедушкой и бабушкой. Бабушка сейчас хочет оформить опеку на себя...

Красные против серых

В начале 2004 года по направлению Иркутского областного управления образования из детских домов области собрали первых 60 мальчишек с пятого по седьмой класс. Тогда случился забавный инцидент — про военную школу для мальчиков прознали некоторые вполне обеспеченные семьи и поспешили любыми правдами и не правдами запихать в нее своих хулиганистых отпрысков. Поэтому на открытие школы для "беспризорников" приехали родители на дорогих иномарках и при дорогих шубах и драгоценностях.

Первое время, хоть учеба началась сразу, до сих пор называют розовым — отчасти из-за красного цвета заселенного корпуса, отчасти из-за камерной домашней атмосферы. 1 июня, когда состоялось официальное открытие школы, в нее собрали еще сто человек, совершенно без отбора и вступительных тестов. По большей части это были воспитанники детских домов с таким неукротимым нравом и богатым хулиганским прошлым, что от них поспешили избавиться при первой выпавшей возможности. Школа приняла всех, лишь бы побыстрее выйти на уровень наполняемости, заданный губернаторским постановлением.

Каникулы и первый год учебы после открытия школы напоминали известную книгу о беспризорниках 20-х годов. Сразу между "старичками" из красного корпуса, считавшими, что им позволено больше, и новым населением серого корпуса возникли конфликты. Это было время драк и дедовщины, а среди воспитателей попадались случайные люди, которых администрация ловила на пьянстве и фактах рукоприкладства. Рассказывают, что в те "веселые" времена был даже карцер — зарешеченная лестничная клетка в одном из корпусов, куда запирали особо провинившихся.

Старые воспитатели еще помнят 15-летнего Женю, в то время сколотившего настоящую шайку, которая заставляла более слабых ребят отдавать деньги и сладости из домашних передач, бегать за куревом и алкоголем. Впоследствии он не справился со школьной программой, но зато у него открылся музыкальный талант, и его перевели в музыкальную школу. Все переменилось с приходом новой администрации, однако последствия первого года работы еще долго давали о себе знать.

Наученная горьким опытом администрация школы со следующего года ввела подобие вступительных экзаменов — при поступлении сопливые "абитуриенты" пишут контрольные по русскому языку и математике, сдают простой зачет по физической подготовке, а потом проходят специальные психологические тесты на соответствие ребенка обучению в военной школе — насколько он может адаптироваться в коллективе и при жесткой дисциплине. Во втором приеме кадетов был отсев 35—40%. С тех пор ежегодно в школу поступает сорок новых кадетов, в пятый и шестой классы.

ЧП областного значения

13 мая этого года командир одной из рот доложил директору Надежде Ирхиной, что в самоволку ушел кадет Юрий Иванеев — найти его на территории школы не удалось. Все время воспитанников школы плотно расписано от подъема до отбоя, и скоро выяснилось, что последний раз его видели по пути с ужина в клуб. Немедленно позвонили его родственникам в Усть-Кут. Те подтвердили, что получили от сына СМС, что он скоро приедет домой на каникулы.

Однако 13-летний подросток пропал без вести. Все лето администрация кадетского корпуса прозванивала телефоны всех друзей и знакомых Юры и даже друзей его друзей — безрезультатно. Юру искала милиция. Два раза в Усть-Кут ездили в командировку Инга Капустина и директор Надежда Ирхина, когда появлялась информация о том, что похожего мальчика видели на улицах города. Ходили даже к ворожее — она сказала, что мальчик жив. Но поиски пропавшего кадета так и не увенчались успехом.

В последних числах августа с каникул в числе прочих вернулся и кадет Ростислав Белявский, земляк пропавшего мальчика. Через несколько дней он подошел к Инге Капустиной и заявил: "Чего вы так беспокоитесь за Иванеева? Я на каникулах видел его в Усть-Куте на рынке, он бомжует там по улицам. Я его окликнул, а он от меня убежал..." Его немедленно привели к директору, где он повторил свой рассказ, описав даже одежду, в которой был пропавший кадет. И добавил: "Так что не беспокойтесь, никуда не денется, найдется еще". Тогда Юру искали уже с помощью программы "Жди меня".

До 13 сентября Белявский спокойно учился в школе. А в шесть часов вечера того дня Иванеев действительно нашелся — один из кадетов, отправившихся на сбор дикой ягоды, прямо за забором школы провалился по щиколотку в засыпанную ветками и прелой листвой яму. Приподняв ветки, они увидели полусгнившее тело в наполовину истлевшем камуфляже. В школу немедленно вызвали милицию, тут же вспомнился и странный рассказ Ростислава Белявского. И в тот же вечер на допросе он сознался в преступлении.

Сначала он утверждал, что был пьян, а Иванеев оскорбительно отозвался о его матери. Но потом признал, что причиной был новый сотовый телефон, который подарили погибшему родители за несколько дней до его исчезновения на день рождения. Сейчас Белявский находится под следствием, а на месте гибели своего товарища сделали небольшой холмик с рукодельным крестом. К тому времени умерла от рака мать Юры, и родственники их похоронили вместе.

Эту недавнюю историю директор школы Надежда Ирхина вспомнила сама, пытаясь понять причины случившегося. Конечно, в школу попадают трудные подростки, иногда с криминальным прошлым. Кражи сотовых телефонов и сегодня представляют самую большую проблему в школе. Но отчасти в этом виноваты и родители.

— У нас ведь полное государственное обеспечение, у ребят есть все необходимое. Им просто не нужны карманные деньги, и как только родители дают их, так преподаватели начинают замечать, что кадеты курят, иногда даже попадались с выпивкой. Одного родителя мы долго упрашивали увезти привезенный в подарок сыну фотоаппарат — он так и уехал с ним обиженный, не понимая, что это лишнее искушение для более бедных учеников, — рассказывает Надежда Алексеевна. — У нас есть вся необходимая техника, мы сами можем и сфотографировать ребят, и сделать цифровой диск с фотографиями. А сотовые телефоны мы предлагаем запирать в сейф к старшему воспитателю — позвонить можно в любое время.

По главной площади с оркестром

В этом учебном году состоится первый выпуск в школе кадетов — тринадцать выпускников, из которых десять мечтают поступить в различные военные училища. Кстати, заместитель директора по военному воспитанию полковник Олег Рамар уверен, что у всех у них возникнут проблемы при прохождении медкомиссии из-за тяжелого детства. Из того первого набора, шестидесяти первых кадетов, в школе до выпускных классов осталось только около пятидесяти — остальные были переведены в другие школы из-за проблем со здоровьем, учебой и поведением.

В школе есть деревенские ребята, которые учатся с удовольствием, но мечтают получить водительские права и вернуться работать простыми шоферами. Один из мальчишек хочет поступать в речное училище. Только половина кадетов из старших классов собираются сделать военную службу своей профессией.

Из более чем 200 кадетов, сегодня проходящих обучение в школе, только восемь человек из полных семей. Кстати, директор школы Надежда Ирхина объяснила, что школа создана специально для детей из неполных семей и сирот, так что обычный ребенок может в нее попасть только теоретически — в новом наборе на этот учебный год даже среди детей из детских домов конкурс был два человека на место. В школе обучается более 80 полных сирот, 92 человека из неполных семей, остальные либо из многодетных, либо многодетных неполных.

— Всех, у кого есть хоть какая-нибудь родня, на каникулы всегда забирают. Родные, которые живут близко, приезжают очень часто — у нас ведь дети почти со всей области. Свидания с родственниками предоставляются в любое время, и при необходимости мы можем оставить людей ночевать. Часто бывает, что кадетов из детских домов забирают родители их друзей по школе, — утверждает заместитель директора по воспитательной работе Инга Капустина.

Однако более 30 кадетов остаются в школе и на каникулы.

В школе работают около десяти спортивных секций и кружков — бокс, армейский рукопашный бой, футбол, волейбол, хоровой ансамбль... Кадеты пытаются выступать на всех доступных спортивных соревнованиях, на многие из которых их берут неохотно, так как они резко выделяются своей физической подготовкой. В этом году в Чите на первенстве по армейскому рукопашному бою взяли два вторых места. В школе есть даже собственная рэп-группа "Респект", которая даже в этом "раздолбайском" стиле сочиняет песни о духовности, долге, чести и патриотизме, а на сцене выделяется выправкой и дисциплиной.

Для поощрения достижений в учебе, воинской подготовке и личной дисциплине педагоги школы разработали уникальную методику "Воины России". Каждый класс выбрал себе один из родов войск (МЧС, ВДВ, ВВС, Морская пехота, пограничники, Космические войска). На каждом из четырех этапов за учебу, дисциплину, сдачу спортивных зачетов и прочие мелкие достижения кадета ждал особый знак отличия того цвета, который присвоили его роду войск, — МЧС, например, оранжевый. Сначала получают нагрудный знак "Группа крови", потом нагрудный знак "Род войск", затем шеврон с эмблемой рода войск. И высшее достижение в конце учебного года — берет цвета рода войск. К слову сказать, в прошлом году береты получили всего тринадцать человек.

В этом году на общегородском праздновании Дня Победы, несмотря на холодный моросящий дождь, "коробка" из 80 кадетов стояла как вылитая из бронзы, не шелохнувшись, а потом с блеском прошла маршем перед ветеранами. И когда для съемки городской кинохроники их телевизионщики попросили пройтись еще раз, строй кадетов в промокших шинелях еще раз четко пропечатал парадный шаг перед камерами. Обычно для солдат, но достойно для мальчишек-тинейджеров, вчерашних уличных хулиганов.

Метки:
baikalpress_id:  19 324
Загрузка...