Ядерный монстр от иркутских экологов

Зарубежные конкуренты стараются не допустить попадания на мировой рынок обогащенного урана из Ангарска

Ангарский электролизный химический комбинат строился в обстановке строгой секретности, его работники давали подписку о неразглашении информации о предприятии, и поэтому вокруг завода всегда ходило много слухов. Ангарчане, к примеру, любили рассказывать байки о том, что завод расположен под землей и работники добираются в цеха на спецметро. О том, что в городе нефтехимиков обогащают уран, стало известно сравнительно недавно.
В 2007 году АЭХК исполняется 50 лет, и к этой дате руководство страны преподнесло предприятию большой сюрприз. Еще на саммите "большой восьмерки" президент Владимир Путин озвучил мысль о том, что для решения проблемы нераспространения оружия массового уничтожения необходимо создать международный центр по обогащению урана, чтобы страны, не обладающие соответствующими технологиями, не стремились к их разработке, а просто имели возможность приобретать готовую продукцию, в частности обогащенный уран, для реакторов на тепловых нейтронах. Площадкой для создания подобного центра был выбран АЭХК.

Ангарские технологии не имеют мировых аналогов

На вопрос, почему международный центр решили создать именно в России и именно в Ангарске, некоторые экологи отвечают так: "Чтобы ввозить сюда ядерные отходы". На самом деле все гораздо проще и одновременно сложнее: по эффективности российские технологии успешно конкурируют с технологиями США, Англии, Франции и Германии.

Александр Тетерин, начальник производственно-технического отдела АЭХК, открыл корреспонденту "СМ Номер один" тайну, которая существует только в умах отдельных экологов, а для специалистов уже давно не секрет: технологии, которыми владеют Франция, США и Германия, не позволяют извлечь из сырья — гексафторида урана — то количество изотопа U-235, которое способны обеспечивать российские центрифуги.

Поэтому Россия на коммерчески выгодных условиях предлагает этим странам услуги по дообогащению отвального гексафторида урана, решая при этом свою задачу — обеспечить сырьем предприятия атомной промышленности как на ближайшую перспективу, так и на будущие периоды, когда начнется широкомасштабный переход на атомную энергетику на быстрых нейтронах. При этом будут сэкономлены большие средства, связанные с добычей шахтным способом таких ценных компонентов, как уран и фтор.

Понятно, что зарубежным конкурентам невыгодно появление более дешевой российской ядерной продукции на мировом рынке. Митинги протеста — один из инструментов, с помощью которого этот процесс можно притормозить.

С радиационной обстановкой в Ангарске лучше, чем в Иркутске

Прикрываясь лозунгами о том, что люди должны владеть информацией об экологической обстановке, местные защитники природы требуют обнародовать данные об объеме отходов комбината, радиационной обстановке и прочие сведения, в которых обычный житель Приангарья просто не сможет разобраться.

Александр Тетерин рассказал, что вся эта информация регулярно поступает в контролирующие и надзорные органы. Комбинат в полном соответствии с природоохранным законодательством осуществляет контроль внешней среды как на территории промплощадки, так и за ее пределами — в жилом районе и поселке Юго-Восточном. Исследуется загрязненность снега, грунта, растительности... Лабораторный контроль и анализ выполняются аккредитованной лабораторией комбината, имеющей статус независимой организации. Для анализа подземных вод пробурено 43 наблюдательных скважины.

К тому же по заказу администрации Ангарска федеральное государственное унитарное предприятие "Иркутский специализированный комбинат радиационной безопасности "Радон" провел комплексное исследование радиационной обстановки территории города. Специалисты "Радона" провели обследование всей жилой зоны и прилегающих территорий. Были обследованы источники водоснабжения, школы, детские сады, медицинские учреждения — всего 187 социально значимых объектов. В результате оказалось, что радиационная обстановка в Ангарске является благополучной. Мало того, она даже лучше, чем в городе Иркутске.

Сосновгеология также проводила свои исследования территории. При этом выяснилось, что радиационная обстановка на АЭХК гораздо благоприятнее, чем на других подобных комбинатах страны.

На ангарском комбинате существует автоматизированная система контроля радиационной и химической обстановки. По периметру комбината и в близлежащем районе города установлены датчики, которые непрерывно фиксируют радиационное и химическое загрязнение. Как на комбинате, так и в жилом районе АЭХК установлены табло, где в реальном масштабе времени отображается уровень радиационной обстановки.

Также на АЭХК действует централизованная система газоочистки и участок сернокислотной очистки выбросов фторного производства. Доля комбината в общем объеме выбросов составляет менее 0,1%. Всего на охрану окружающей среды АЭХК тратит более 150 миллионов рублей в год.

Эта информация абсолютно открыта и доступна, но почему-то иркутские экологи в лице "Байкальской экологической волны" регулярно пытаются проникнуть на комбинат и узнать там что-то еще. Сопредседатель БЭВ Марина Рихванова жалуется, что попытки проникнуть на комбинат заканчиваются для экологов обысками ФСБ. А волонтер "Волны", подданная Великобритании Дженнифер Саттон, без устали рассказывает различным иностранным изданиям, как бывший КГБ ее преследует.

Примечательно, что "Байкальская экологическая волна" устраивает активные акции протеста, только когда речь идет о развитии экономики страны, о строительстве нефтепроводов, газопроводов, организации международного центра по обогащению урана. Не было слышно, чтобы эта организация занималась другими насущными экологическими проблемами — выступала бы в защиту птиц или, например, заботилась о малых реках.

Отвал — это не отходы

По словам Тетерина, в случае с международным центром по обогащению урана негативно настроенные экологи, пользуясь неосведомленностью населения в этих вопросах, называют отвальный гексафторид урана ядерными отходами или, еще того хуже, отработанным ядерным топливом.

— Отличие отвала от отходов в том, что отвал — это коммерческий продукт, сырье, переработка которого никак не позволяет называть его отходом, — поясняет Александр Геннадьевич. — Пройдя технологию изотопного обогащения, он становится чистым сырьем — ядерным топливом для реакторов на быстрых нейтронах. Отходы же — это то, что уже не подлежит дальнейшей переработке. Нашу технологию вообще можно назвать практически безотходной. Что такое гексафторид урана? Это молекула урана, и вокруг нее шесть молекул фтора. Этот фтор может быть извлечен и возвращен в цикл, то есть из него вновь можно приготовить гексафторид урана.

Геннадий Кондобаев, вице-президент областного общественного экологического совета "Байкальский экологический парламент", инженер-физик, 30 лет проработавший на АЭХК, уверен, что создание ядерного центра в Ангарске — это безусловное благо для всех. Во-первых, Иркутская область окажется в центре внимания, пойдут инвестиции, появятся новые рабочие места. Во-вторых, центр будет работать под контролем МАГАТЭ, вся информация станет открытой и доступной. Однако Геннадий Сергеевич беспокоится, что американцы могут подложить нам свинью и не дать создать такой центр.

Александр Ведров, физик-ядерщик, также много лет отдавший работе на АЭХК, считает, что создать ядерный центр в другой стране просто невозможно — Россия в данном направлении ушла вперед на десятилетия. При этом ни о каком ухудшении экологической обстановки и речи быть не может, потому как производственные мощности в Ангарске не приспособлены для хранения ядерных отходов, их там никогда не было и не будет — могильники для отработанного ядерного топлива существуют в других городах России.

— Почти 50 лет работает комбинат, и никогда уровень радиации не превышал 13—14 микрорентген в час, а это уровень природных значений. И даже если мощности будут наращиваться, радиационная обстановка не изменится — настолько совершенна и безопасна технология газоцентрифужного обогащения урана. Тогда как газодиффузионные технологии, в основном применяемые в других странах, представляют собой опасность для здоровья работников таких предприятий, — заметил Александр Ведров.

Справка "СМ Номер один"

Чем занимается АЭХК

Федеральное государственное унитарное предприятие "Ангарский электролизный химический комбинат" является предприятием атомной промышленности России с многолетним опытом работы в области производства и обогащения урана, применяемого для изготовления топлива для атомных электростанций.

Основными направлениями деятельности комбината являются: обогащение урана, производство гексафторида урана, химическое и приборное производства.

Предприятие связано международными отношениями с США, Англией, Францией, Германией, Финляндией, Китаем, Японией, Южной Кореей и другими странами. Экспорт продукции составляет 50% от общего объема производства.

По информации главного инженера АЭХК Сергея Кошелева, процесс изготовления гексафторида урана и его обогащение состоит в следующем: в атомной промышленности используется изотоп U-235, которого в природном сырье всего 0,711%. Остальное — в основном изотоп U-238. В процессе их разделения образуются обогащенный и обедненный газовые потоки. В обогащенном содержание изотопа U-235 доведено до концентрации, которая необходима для изготовления на его основе топлива для атомных электростанций.

После процесса обогащения урана остается обедненный отвал, который от природного отличается только тем, что содержание в нем изотопа U-235 в несколько раз ниже.

Это, по сути, стратегический запас для будущей энергетики, которая сегодня представляет собой разомкнутый, или открытый, ядерный топливный цикл. Нынешняя энергетика использует в основном изотоп U-235. Поэтому процесс можно и нужно замкнуть. Необходимо вовлечь в работу изотоп U-238, содержащийся в природном сырье на уровне 99,3%. В реакторе он превращается в плутоний, который тоже в свою очередь является топливом — вторичным ядерным горючим. Таким образом, получается бесконечный замкнутый цикл. Топливо, сгорая, производит новое топливо, причем даже в большем объеме. Запасов урана в этом случае хватит на тысячелетия.

По некоторым прогнозным оценкам, с 2050 года нынешние реакторы на тепловых нейтронах будут выводиться из эксплуатации. Начнется эпоха реакторов на быстрых нейтронах. И здесь будет использоваться уже готовый материал, продукт ядерной чистоты — U-238. Для хранения ГФУ во всем мире используются стальные герметичные емкости. Такая тара рассчитана на 80—100 лет, и ее безопасность проверена временем. На разделительном заводе, занимающимся собственно обогащением урана, — практически безотходная технология.

Сегодня основное количество отходов — это низкоактивный шлак, образующийся в результате переплавки металлолома, образующегося при демонтаже старого газодиффузионного оборудования. Когда закончится утилизация, исчезнет и этот источник.

Метки:
baikalpress_id:  1 731
Загрузка...