Милиция стала камерой пыток для подростков

Пятеро юных иркутян доказывают в суде, что в милиции их били дубинками, душили ремнями, таскали за волосы, наступали на горло. Родители утверждают, что и дети,и они сами подвергаются преследованиям

В октябре 2005 года пятерых подростков от 15 до 17 лет задержали оперативники Октябрьского РОВД. Из ребятишек, по их собственным словам, выбивали показания ногами и дубинками. Отпустили только тогда, когда один из подростков потерял сознание. Против оперативников прокуратурой возбуждено уголовное дело. Однако дети боятся преследования милиции.

Думали — бандиты, оказалось — опера

Вечером 24 октября пятеро ребят — Арсений Костомаров, Иван Какоуров, Дмитрий Кузнецов, Сергей Крысин, Андрей Науменко — встретились на остановке общественного транспорта "Цимлянская". Они собирались съездить в кинотеатр "Баргузин". Ребята были приятелями, с яслей росли в одном дворе. Учились, правда, в разных школах. Их родители тоже были знакомы между собой, знали телефоны друг друга — все, как и положено в нормальных семьях.

Вдруг к ним подошли трое мужчин. Ребята сначала подумали, что это бандиты.

— Они были нетрезвые. Поставили нас к стене. Потом удостоверения показали — оказалось, милиционеры. Сказали, что мы в конце сентября совершили какое-то преступление, вроде избили мужчину, стукнули бутылкой по голове, — рассказали мальчишки.

Милиционеры наставили на ребят пистолет. Двое из них начали бить беспомощно стоящих под прицелом подростков. Попытки пацанов вытащить телефоны и позвонить родителям не увенчались успехом — сотовые тут же были отобраны. Потом сотрудники органов вызвали машину.

— В машину нас даже не затолкали, а запинали. И повезли в милицию, — вспоминает Арсений.

Свидетелей этой расправы было, по словам мальчиков, довольно много — люди стояли на остановке. Хотя оперативники постарались выбрать для прессинга прикрытое место — допрос с пристрастием проводили за киоском Роспечати.

Отец Арсения Костомарова, Геннадий Костомаров, рассказал, что позже, когда с жалобой на бесчинства милиции родители обратились в прокуратуру, свидетели не захотели впутываться в эту историю.

— Продавец, сидевшая в киоске, вероятно, в подробностях слышала, что происходит за тоненькой стенкой павильона. Но и она не захотела ссориться с милицией. Только один свидетель отважился пойти в суд.

Наступали детям на горло

В Октябрьском РОВД мальчишек по одному допрашивали, водили из кабинета в цокольный этаж, где снимали отпечатки пальцев.

— Все это время нас постоянно били, — в один голос рассказывают Арсений, Иван и Дима.

От ребят хотели, чтобы они дали свидетельские показания на одного из их компании. Обещали, что придет потерпевший, вроде как брат одного из милиционеров, и опознает нападавшего. Естественно, потерпевший не пришел.

Мальчишек били по одному в кабинете, наматывая на дубинки полотенца и какое-то тряпье. Били в коридоре, в компании.

— Стоим мы кучкой, подходит оперативник и одного из нас начинает пинать, бить в живот. И так, пока кто-нибудь не упадет, — рассказали Арсений и Дима Кузнецов.

— На горло ногами наступали. Один наступит, а другой пинает. А еще у них есть ремни с железными пряжечками, они их накидывали на шею и душили, — добавил Иван Какоуров.

Ребята рассказывают, что больше всех досталось Ивану и Сергею. У Сергея Крысина слабое сердце — он полного телосложения.

Ребят не били только в цоколе — отпечатки там снимала женщина. Хотя, как оказалось, присутствие женщины тоже не всегда помогает.

— Приходила следователь, которая как раз ведет то дело об избиении мужчины. Она проходила по коридору, когда Крысина таскали за волосы. Сказала оперативникам, что их за это могут уволить с работы.

Ребята просили разрешить позвонить домой, называли телефоны, по которым милиционеры сами могут позвонить. Но их посылали на три буквы и угрожали сексуальным насилием, обещали посадить к зэкам.

Отпустили пацанов ближе к полуночи. И то, как считают ребята, только потому, что Сергей Крысин не выдержал пыток и упал без чувств.

— У него уже была сильно разбита голова. И когда его начали душить, он потерял сознание. Двое его взяли и вынесли, чтобы в чувство привести.

У здания Октябрьского РОВД ребят встретили родители.

Родителей послали на три буквы

— Мы встревожились, когда поняли, что из ребят ни один не отвечает на звонки. Обычно кто-нибудь из компании трубку обязательно берет. Пошли искать. А потом прибежала мама Сергея Крысина и сказала, что ребят увез милицейский бобик, — рассказал Геннадий Костомаров.

Родители стали стекаться к милиции. И когда ребята вышли, старшие изумились их страшному виду — лица разбиты, все в крови. Родители, видя такую страшную картину, попытались попасть в милицию и переговорить с сотрудниками. Но за железную решетку, на которую закрылись милиционеры из-за позднего времени, их не пустили.

— Мы начали возмущаться, и нас послали на три буквы. Это все слышали — дети, родители, таксист, который нас привез. Таксист, услышав это, засмеялся...

Пацанов родители сразу повезли в травмпункт Ивано-Матренинской детской больницы.

— У Сергея Крысина и моего Ивана от шеи по поясницы был сплошной синяк. У Ивана было сильно разбито лицо и сломан нос. Прошел уже почти год, а гематома под одним глазом все не проходит, — рассказала Юлия Какоурова, мать Ивана.

На следующий день нескольких ребят повезли в бюро судмедэкспертизы. Там отметили синяки, ссадины, кровоподтеки.

— Но в конце написали, что вреда здоровью не причинено. Хотя Сережа Крысин потом лежал в больнице, — Геннадий Костомаров убежден, что ребятам был причинен существенный вред.

Родители разузнали, что никакого дела по избиению бутылкой (за которое и мочалили ребят в РОВД) заведено так и не было. Узнали также, что сведений о том, что ребят привезли в Октябрьский РОВД, — записи в журнале регистрации, — тоже не было. И неизвестно, как бы обернулось дело, если бы родители не встретили ребят выходящими из дверей милиции. Как бы стали доказывать, что побили пацанов в здании Октябрьского РОВД?

Детей хотят "закрыть", родителям дают деньги

Фамилии двух оперативников, которые учинили детям допрос с пристрастием (это должен был быть даже не допрос — ребят взяли как свидетелей), известны. Родители пришли с жалобой к начальнику Октябрьского РОВД. Но начальник отправил их в прокуратуру, не дав никакого ответа.

— Просто не хотел связываться, — считает Геннадий Костомаров.

Родители, естественно, обратились в прокуратуру Октябрьского района — каждый написал свое заявление. Заявления объединили в одно уголовное дело. Когда началось расследование, родителям через следователя вернули телефоны, отнятые у детей. Дело было доведено до суда. Сотрудников РОВД обвиняют в превышении должностных полномочий.

Прошло уже шесть или семь заседаний. Однако ни одно пока не было результативным. Последнее заседание сорвалось по вине потерпевших — Науменко в этот раз не явился. Как утверждают остальные ребята и их родители, парень сильно испуган.

— Дело в том, что когда мы написали заявления в прокуратуру, нас начали прессовать — и детей, и родителей, — рассказывает Костомаров.

Он — самый активный из взрослых и не собирается спускать людям, которые подвергли опасности психическое и физическое здоровье детей. Он говорит, что милиция пытается действовать в двух направлениях: с одной стороны, она фабрикует дела на детей, с другой — предлагает родителям деньги за то, чтобы они забрали заявления.

Науменко, например, боится, что его "закроют", то есть посадят в СИЗО. Уже после того, как были поданы заявления в прокуратуру, на него завели уголовное дело. То же произошло с Иваном Какоуровым. Его обвиняют в том, что он отобрал у проститутки, которая приехала на вызов в квартиру, где находился Иван, сотовый телефон.

— Я думаю, что проститутку эту заставили написать заявление. Но ведь я могу написать заявление на нее о совращении малолетних, — Юлия Какоурова говорит, что уже устала бояться за сына.

Все участники судебного разбирательства со стороны потерпевших считают, что таким образом милиция пытается оказать на ребят давление.

Давление, которое используют против родителей, — другого рода.

— Такое впечатление, что за нами просто следят. Караулят у дома. Предлагают деньги. Матери Сергея Крысина предлагали, мне — через знакомого адвоката.

На мальчишек собирают компромат

Адвокат Арсения Костомарова Лариса Зановских (Правобережное отделение Кировской юридической консультации) считает, что сторона подсудимых сегодня делает все, чтобы опорочить перед судом репутацию подростков, делает упор на то, что они "плохие".

У Сергея Крысина и Ивана Какоурова были приводы в милицию.

— Иван, за что тебя забирали?

— Ну, до всего этого был случай, меня из школы забрали, вроде я куртку с мужика снял, телефон забрал. Тогда меня тоже били. Классная руководительница стояла за дверью этого кабинета.

— Лицо тогда тоже было в крови?

— Да.

Иван по натуре лидер. И попадает в передряги.

На Сергея Крысина трижды пытались завести дело.

— Есть три постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, — поясняет Лариса Зановских.

Как справедливо замечает адвокат, если человек убит, то неважно, какого он был поведения. По аналогии, неважно какого поведения пятеро ребят — есть факт избиения.

Она, как адвокат, сегодня серьезно опасается давления на ребят. Ведь в данном случае речь не идет о том, чтобы не доверять показаниям мальчиков.

— Ребят пятеро, и они все говорят одно и то же. Если в каких-то мелочах не совпадают, то ведь какой у них был стресс, какое состояние.

Лариса Валерьевна считает, что победой будет уже то, что оперативников признают виновными, независимо от того, какое наказание назначат — с отсидкой или условное.

— Даже если дадут условный срок, они не смогут больше работать в органах.

К сожалению, понятие "системы" в нашей стране укоренено прочно. Милиция будет бороться за честь мундира. В этом уверены родители ребят, в частности Геннадий Костомаров.

— Ничего хорошего мы от суда не ждем. Почему? Да потому что мы видим, как, например, обвинитель с обвиняемыми курят и травят анекдоты. Подсудимые не волнуются, а ведь им от 3 до 10 лет светит. Милиция после судебных заседаний подъезжает к суду, чтобы вручить повестки ребятам по какому-нибудь очередному заведенному на них делу. Мы уже просто не знаем, что делать. Мы хотим оградить детей наших от преследования.

Сами мальчишки, двоим из которых совсем недавно исполнилось 18 лет, в растерянности. Из них не смогли выбить нужных показаний в РОВД, но потянут ли они долговременное психологическое давление, особенно если на них регулярно будут заводить все новые и новые уголовные дела?

Метки:
baikalpress_id:  19 678