Большой передел

Политический год закончился. Борьба за сферы влияния продолжается

В России политический год не совпадает с годом календарным: если на календаре новый год наступает 1 января, то в политике новый цикл начинается в начале осени, а точнее в августе, когда лето минует свой экватор. Именно тогда чаще всего к нам приходят путчи, революции и даже мировые войны.

Заканчивающийся политический год не исключение. В Иркутской области он начался назначением нового губернатора, а закончился парламентскими каникулами, после которых мы вступим в совершенно новую политическую реальность. В ней все будет обусловлено приближающимися выборами в Государственную думу и грядущими перспективами выборов президентских. Или обстоятельствами, которые сделают их нецелесообразными или невозможными. Именно через эту призму будут смотреть в Кремле на все, что происходит за высокой кирпичной стеной.

Каковы итоги уходящего политического года? Их много, возможно слишком много. Или слишком мало, все зависит от точки зрения.

Нежелание президента продлить полномочия прежнего губернатора Бориса Говорина не было неожиданностью для руководящей элиты. Показатели экономического и социального развития области отставали от среднероссийских, большие проблемы накопились в социальной сфере. Недостаточно эффективно развивались отношения с федеральным центром, все более ощутимым становилось несоответствие между уровнем жизни населения и громадным природно-промышленным потенциалом региона. Перебирая кандидатуры будущего регионального начальника, наблюдатели терялись в догадках, пытаясь определить логику действий президента.

Появление на региональном политическом олимпе новой фигуры молодого и амбициозного начальника Восточно-Сибирской железной дороги Александра Тишанина оказалось неожиданным. С одной стороны, оно внесло сумятицу в ряды региональной элиты, с другой — породило вполне понятные ожидания. С Тишаниным связывали надежды на обновление руководящих кадров, на приоритетное финансирование проектов со стороны Минфина, на либерализацию отношений власти со СМИ...

Но первые назначения в новой администрации принесли жестокое разочарование. Вместо формирования команды эффективных управленцев Александр Тишанин стал подбирать чиновников, основываясь на только ему одному понятных принципах. Впрочем, поиск кандидатур для обновления ближнего круга губернатора, его администрации и ближайших советников среди людей, знакомых Тишанину по службе в Чите и Челябинску, еще можно было понять. Но чехарда дальнейших назначений раз за разом ставила наблюдателей в тупик. На руководящие посты назначались люди, не всегда обладающие опытом, необходимым для управления таким непростым и масштабным регионом, как Иркутская область. Частые перераспределения полномочий между высшими чиновниками областной власти заставили наблюдателей предположить, что в администрации Тишанина сложились группировки, которые начали борьбу уже между собой.

Ситуация усугубилась и тем, что пришлые руководители принялись по-своему выстраивать систему влияния на принятие ключевых решений в экономике, делая ставки на компании, близкие им по предыдущим местам работы, что не могло не вызвать недовольства со стороны местной бизнес-элиты. А в ситуации, когда губернатор не смог, а точнее не захотел быть выразителем интересов местного сообщества бизнесменов, им пришлось искать опору в других ветвях власти: в администрации областного центра и в Законодательном собрании региона.

Это быстро создало перспективы для конфликта. Общая ситуация разрешилась двумя ключевыми спорами — за право распоряжаться городскими землями с администрацией Иркутска и частью депутатов ЗС и за сокращение объема полномочий губернатора, инициированное Законодательным собранием. Итог этих конфликтов сейчас предсказать трудно, но, скорее всего, стороны будут искать определенные компромиссы.

Первые же ключевые решения Тишанина четко показали, что губернатор намерен добиваться передела в сфере сырьевых проектов, находящихся на территории Иркутской области. Действуя под лозунгом "Нефть и газ — это не богатства Иркутской области, это богатства России", Тишанин повел атаку на Восточно-Сибирскую газовую компанию, действуя в интересах Газпрома. Второй проект, реализации которого способствовал новый губернатор: строительство магистрального нефтепровода Тайшет — Находка. После принятого президентом решения об изменении маршрута нефтепровода в области началось активное строительство трубопроводной системы, работа которой принесет существенную прибыль бюджету области.

Безусловно, главным событием уходящего политического года стало объединение Иркутской области с Усть-Ордынским Бурятским автономным округом. Одновременно объединение стало и звездным часом губернатора, которому удалось, опираясь на авторитет администрации президента, консолидировать вокруг объединения все политические ресурсы, приобщить силы общественных организаций региона. Однако в отсутствие внятных экономических и политических доводов за объединение пришлось делать ставку на использование административных рычагов. В результате в ходе голосования были получены совершенно фантастические показатели явки избирателей. Одновременно появился груз озлобленности и недоверия со стороны избирателей, которых достаточно грубо побуждали принять участие в голосовании. И не исключено, что этот груз недоверия еще покажет себя, например в ходе будущей думской кампании.

О грядущих выборах в российский парламент сегодня не задумывается только самый беспечный. Несмотря на то что выборы Государственной думы предстоят лишь осенью 2007 года, фактически избирательная кампания стартует уже в октябре-ноябре. Впервые она пройдет без кандидатов-одномандатников, в ней примут участие только партийные кандидаты.

Тем не менее за минувший политический год в Иркутской области большой активности на партийном фронте не наблюдалось. Разве что НБП, выступив в рядах защитников Байкала, снискала себе популярность среди молодежи. Традиционно умеренно-оппозиционная КПРФ дежурно отрабатывала свои мероприятия, не прилагая особых усилий для достижения прорывных результатов. А зря: на левом фронте, кроме вялотекущей деятельности Социалистической единой партии России, весной этого года наметился еще один синтетический проект левого спектра — партия "Патриоты России", твердо намеренная откусить свой кусок думского пирога.

На левом фланге балансирует и Иркутское отделение "Родины", однако в его действиях наблюдается мало последовательности. На имидж партии наложили свой отпечаток и нашумевшее убийство политтехнологов в Иркутске, и конфликт вокруг права называться фракцией "Родина" в Государственной думе, и скандальная репутация самого Дмитрия Рогозина. Не повезло и местным родинцам. На их деятельности не лучшим образом сказалась отставка Георгия Кузьмина, который занимал пост председателя РО партии "Родина" и являлся лидером ее фракции в ЗС. Новым партийным начальником в регионе стал депутат Законодательного собрания Андрей Чернышев, а руководство фракцией принял на себя Юрий Бакштановский. Перестановки не принесли родинцам желаемого результата. Фракция не высказала внятного отношения к программе социально-экономического развития области на 2006—2010 годы, в то время как политические оппоненты "Родины" оказались в центре внимания при обсуждении документа. Родинцам так и не удалось создать в Законодательном собрании противовес "Единой России". Да и в самой фракции после смены руководства не исключается возможность возникновения конфликта, способного ослабить и без того шаткий политический авторитет оппозиционеров.

Сумятица и в стане правых. Союз правых сил, так много заявлявший о необходимости объединения всех либералов, так и не смог договориться с "Яблоком", у которого в Иркутске традиционно были неплохие шансы, а личной энергии молодого политика Алексея Козьмина хватает, увы, только на продвижение собственных амбициозных проектов. Нельзя не заметить, что в этой ситуации правые все более стремятся перейти под опеку губернаторской власти, демонстрируя свою поддержку ее инициатив. Оно и понятно. Пространство, в котором существуют правые, стремительно сжимается. Их традиционные избиратели сегодня все дальше уходят от политической жизни, а молодежь, если и занимается политикой, то предпочитает либо неформальные протестные объединения, либо карьеру под крылом партии власти.

Единственная партия, которая продолжает доминировать на всем региональном пространстве, от зала Законодательного собрания до публичных акций, — это "Единая Россия". Задуманная как партия прагматиков, "Единая Россия" умудрилась из машины для голосования стать системообразующим фактором. От позиции региональной организации "ЕР" сегодня зависит многое — от карьерного роста руководителя до реализации программ экономического развития. Хорошо это или плохо, но именно твердая позиция "Единой России" обеспечила исход мэрских выборов 2005 года и сделала возможным проведение референдума по объединению. В отличие от партий правого и левого толка у центристов "Единой России" есть не только единство на региональном уровне и взаимопонимание с федеральным политсоветом, но и ресурсы для проведения своей политической линии.

В свою очередь весь этот год губернатор Иркутской области не скрывал, что он не чувствует себя политиком, а продолжает оставаться назначенным управленцем. Свое обещание вступить в партию "Единая Россия" он сдержал только под конец политического года. Но этот "мудрый политический шаг" обернулся конфузом. Отношения с коллегами по партии у губернатора начались с конфликта. Фракция единороссов проголосовала против его предложения о передаче полномочий по управлению земельными участками в областном центре областной администрации.

В то же время стремительный рост авторитета других региональных лидеров — спикера ЗС Виктора Круглова или депутата ГД Виталия Шубы — заставили Александра Тишанина обратить более пристальное внимание на собственный имидж. Идеологическим прорывом должна была стать идея об агломерации Иркутска, Ангарска и Шелехова в единое муниципальное образование. По мнению губернатора, появление за Уралом нового города-миллионника позволит привлечь к нему инвестиционные ресурсы и помощь федерального центра.

Однако многие политики и эксперты отнеслись к идее агломерации скептически. Как многие проекты, интегрированные сверху, идея агломерации не учитывает менталитет населения Ангарска и Шелехова, да и само наличие на территории финансовых и экономических потенциалов, необходимых для создания нового города, совершенно неочевидно. Кроме того, нет достаточно убедительных доказательств, что еще одно объединение на территории Иркутской области получит поддержку в администрации президента.

Таким образом, за прошедший год в активе у Иркутской области оказалось лишь два события: начало строительство нефтепровода Тайшет — Находка и референдум по объединению с Усть-Ордой. В пассиве — конфликт губернатора с Законодательным собранием, слабая команда, в которой ключевые посты занимают люди, недостаточно знающие специфику региона, кризисное положение гидролизных заводов и намерение Газпрома отложить освоение Ковыктинского газоконденсатного месторождения на неопределенный срок. Этого слишком мало, чтобы назвать ситуацию провалом, но уже достаточно, чтобы охарактеризовать начало работы Александра Тишанина на посту губернатора как не самое удачное.

Метки:
baikalpress_id:  21 766