Пчелка Майя или садист-мучитель?

Общественность не может поверить, что учительница мучила девочку

История Кристины Тягунцовой (в прошлом номере в публикации "Опекунша бросала девочку в подполье" имя девочки было изменено на Дашу Матвееву), девятилетней жительницы Усольского района, приобрела неожиданный поворот. Напомним, Кристина была взята под опеку преподавательницей из деревни Новожилкино. Через три года семейной жизни девочку изъяли. Опекунше вменили жестокое обращение с ребенком и угрозу убийством. Наказания она не понесла, так как попала под амнистию, посвященную 9 Мая, — ее освободили прямо в зале суда. Она обливала девочку ледяной водой, заставляла спать на коврике на полу, стригла ножом в качестве наказания, бросала в подвал, где Кристина грызла сырую картошку.
Мы хотели выяснить, почему стало возможным насилие над ребенком в течение трех лет. Почему деревня Новожилкино молчала так долго, почему в школе не сообщили о нехорошем поведении опекунши. Мы связались со многими, кто мог каким-либо образом участвовать в судьбе девочки. Оказалось, что, несмотря на предъявленное Татьяне Лозняк обвинение, общественность до сих пор не считает ее виновной (либо виновной не в такой степени). Мнения разделились: инспекторы, которые изымали девочку, а также следствие считают Лозняк виновной. Школа, администрация и часть сельчан не уверены в виновности Татьяны.

Школа осталась в неведении

Татьяна работала и продолжает работать в центре внеклассной работы и вести кружок в школе села Новожилкино. Директор Новожилкинской школы Людмила Герасимова до сих пор имеет о ней положительное мнение.

— В школе не замечали, что с Кристиной не все благополучно?

— Проблем мы не видели, девочка была сыта, одета, хорошо училась, ходила в кружок, где преподавала ее опекун. Татьяна многое научила делать Кристину — вышивать, делать поделки. И настроение у девочки было нормальное, по детям ведь сразу видно.

— К Татьяне у вас претензий не было?

— Она хорошо работала. Она имеет к детям правильный подход, у нее занимались дети и из неблагополучных семей. Детские работы ее воспитанников участвовали в конкурсах и занимали призовые места.

— Вы считаете, что рассказы Кристины о Татьяне были преувеличением, детской фантазией?

— Девочка потом говорила, что снова в семью хочет. Мы ловили ее несколько раз на обмане. И в этом случае может быть преувеличение. Но уже намеренное.

— Какова была реакция коллектива и самой Татьяны на известие о предъявленном обвинении?

— Все были шокированы. Мы до сих пор не понимаем, что произошло. Нас никто не посвящал в подробности дела. Знаем только то, что говорили. Школа осталась в неведении. Наших представителей даже на суд не пустили. А сама Татьяна, как узнала, тоже была в шоке, на следующий день принесла кучу грамот.

Учительница предъявляла завышенные требования

Информацию о том, что Кристина живет неблагополучно, милиция получила от главы сельской администрации Раисы Хондюк. Однако сама глава не знает, как отнестись к этой ситуации, она не уверена в виновности Татьяны Лозняк.

— Семья эта никогда тревоги не вызывала. Правда, у нее завышенные требования к детям. И к своим, и к приемной дочке. Но для нее самой такие требования, такой ритм — норма жизни. Она возила детей в Ангарск в художественную школу, например. Девочку, у которой чуть ли не необучаемость в диагнозе стояла, она подтянула до пятерок. Может, ребенку это было тяжело.

— То есть в Новожилкино учительницу знают исключительно с положительной стороны?

— Ее в поселке все называют Пчелка Майя — никогда на месте не сидит, все что-то делает, чем-то занята. Конечно, она плохо девочку одевала. Но у нее денег не было.

— Как не было? А опекунские, которые она получала на девочку?

— Она начала получать опекунские только месяца за два до того, как ей предъявили обвинение.

— Как вы узнали о положении с Кристиной?

— Я узнала от родителей подружек девочки. Они пришли мне и рассказали — со слов ребенка. Мы приехали в семью, Кристина сказала, что хочет в приют. Ну, у ребенка фантазия может разыграться... Не знаю.. Но ребятишки на занятия к Татьяне ходят с удовольствием.

Раиса Хондюк рассказала случай, который не знает к чему отнести: была зима, мороз, а девочка, бывшая в это время у подружки, босиком перебежала четыре улицы и спряталась от опекунши у другой подружки. Ну, что это?

— Во всяком случае мы до сих пор не можем поверить в то, что Татьяна так могла...

Инспекторы уверены в виновности

— Районная опека должна была следить за судьбой девочки, проверять семью. Однако этого не делалось, — говорит инспектор ОДН ОВД Усольского района Светлана Фурсова, изымавшая девочку из семьи опекунши. — Школа видела, в каком состоянии девочка ходит на занятия. Но не сообщили нам. Не хотели, как говорится, валить своих, навлекать пятно на школу.

— Какова была ситуация в семье Татьяны? Ведь там двое своих детей?

— Они тоже издевались над девочкой, смеялись, когда ее наказывали.

— Татьяна попала под амнистию и отделалась фактически легким испугом. И продолжает работать в школе...

— Это, конечно же, ненормально. Мы писали в отдел образования бумагу о том, что эта женщина привлекалась по 156-й и 119-й статьям. Но какое решение они приняли, нам неизвестно. Уже 12 лет я работаю и наблюдаю подобную безнаказанность. Это повторяется постоянно.

Девочка была забитой

Ирина Викторовна, социальный работник Ново-Мальтинского приюта, где сейчас живет Кристина, говорит, что девочка поступила забитой:

— Девочка поступила к нам с тревожностью. И была забитая. Она частично рассказывала о своей жизни в семье, но ничего особенно страшного не говорила. К сожалению, у нас нет социального психолога, чтобы выявить факт жестокого обращения.

— Вы не расспрашивали ее о жизни в семье?

— Пока на эту тему мы не говорим, потому что у ребенка идет период адаптации, лучше пока ее не тревожить. Сейчас Кристина отдыхает в лагере "Навигатор".

— Нам рассказывали, что девочка вяжет, лепит и хорошо учится. Этот так?

— Девочка очень хорошо поет и пока реализует себя только в этом. Учится пока на троечки.

Имеет ли педагог со статьей право работать?

Оказывается, имеет, если его не лишили этого права в судебном порядке. Поскольку в данном случает этого не произошло, то работодатель, по Трудовому кодексу, может сам решать, нужен ему такой сотрудник или нет (п. 8, ст. 81 ТК). Представителем работодателя является, например, директор школы. Так пояснили юристы учительского профсоюза.

Частный юрист Юрий Сокольников считает, что у работодателя в данном случае нет оснований уволить работника, так как предъявленные обвинения не касаются производственных отношений.

Мы будем следить за этой историей и попытаемся выяснить, почему органы опеки игнорировали семью Лозняк и три года не интересовались Кристиной.

Как наказывает Уголовный кодекс

Статья 119

Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, — наказывается ограничением свободы на срок до двух лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

Статья 156

Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего родителем или иным лицом, на которое возложены эти обязанности, а равно педагогом или другим работником образовательного, воспитательного, лечебного либо иного учреждения, обязанного осуществлять надзор за несовершеннолетним, если это деяние соединено с жестоким обращением с несовершеннолетним, — наказывается штрафом в размере от пятидесяти до ста минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного месяца, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо лишением свободы на срок до двух лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

Метки:
baikalpress_id:  5 496