На "Кинотавре" была представлена донская "Эйфория" иркутского разлива

Фильм, представленный на фестивале, снял иркутский режиссер, а играло в нем несколько широко известных в Москве иркутян

В конкурсной программе 16-го российского кинофестиваля "Кинотавр" участвовали 15 игровых фильмов. Среди них — полнометражный художественный фильм нашего земляка, иркутского драматурга и режиссера Ивана Вырыпаева "Эйфория". В одной из главных ролей снялся иркутский художник-мультипликатор, один из ведущих аниматоров "Князя Владимира" Максим Ушаков, а в одном из эпизодов играл прославленный иркутский театральный режиссер Вячеслав Кокорин. Надо сразу отметить, что на этом фестивале во внеконкурсной программе был представлен короткометражный фильм еще одного иркутянина — выпускника ВГИКа Константина Серова. Сценарий, надо отметить, писал все тот же Иван Вырыпаев, а художником фильма был все тот же Максим Ушаков. Говорят, что творческое иркутское землячество в Москве — одно из самых дружных и талантливых...

Там, где тридцать лет назад "Они сражались за Родину"...

По словам Ивана Вырыпаева, "Эйфория" — это новое российское кино о любви — нежданной и беспощадной, — история из жизни простых российских людей, еще одна попытка раскрыть тайну неразгаданной души. Фильм попал на фестиваль благодаря директору "Кинотавра" Александру Роднянскому, который посчитал "Эйфорию" достойной картиной и настоял, чтобы ее включили в конкурсную программу. Автор связался с исполнителем главной мужской роли Максимом Ушаковым и узнал некоторые подробности о съемках фильма, оставшиеся за кадром.

— Наш выдающийся драматург и театральный деятель Иван Вырыпаев написал сценарий и снял по нему фильм, — с некоторой иронией буднично рассказывает Максим. — Это трагедия, действие которой происходит на Дону. Совершенно случайно так совпало, что съемки проходили именно в тех самых местах, где тридцать лет назад снимался фильм "Они сражались за Родину". Это история про местных жителей, которая происходит в наши дни.

Вообще-то, в фильме нет привязки по времени. Время в нем остановилось посреди донских степей, где главный герой гоняет на "Москвиче-412" и о компьютерах нет ни слова. Герой Максима, парень по имени Павел, влюбляется в замужнюю женщину Веру (Полина Агуреева), они уезжают из села, а муж находит их и убивает из двустволки. Но фильм гораздо глубже банально пересказанного сюжета.

— Фильм получился очень красивый. На фоне безумной красоты этого места, магии этих бескрайних степей и бесконечных небес люди выглядят не главными героями этого фильма. В фильме очень много панорамных съемок, и за судьбами людей наблюдаешь словно за копошением муравьев с высоты птичьего полета. Главным персонажем получилось место — Дон, природа, на фоне которой все развивается.

По словам Максима, его герой простой парень, с которым любовь случилась как болезнь, как вселяются бесы, и который этого не ожидал и был к этому не готов. Он пытается избавиться от этого непонятного чувства. То же самое происходит с Верой, которую играет Агуреева, жена Ивана Вырыпаева. Полина уже достаточно известная актриса, которая получила на позапрошлом "Кинотавре" приз за лучшую женскую роль в фильме Сергея Урсуляка "Долгое прощание", а сейчас работает в театре-студии Петра Фоменко. Третью главную роль — мужа Веры, Валерия, — сыграл артист омского театра Михаил Окунев. Это его дебют в кино.

Местные думали, что москвичи перегородили для съемок Дон

Из мультипликаторов в актеры Максим попал внезапно. С этим предложением Иван Вырыпаев неожиданно подошел к нему в феврале прошлого года на фестивале "Святая Анна". Это фестиваль студенческих фильмов, на котором в основном выставляются дипломные и курсовые работы выпускников ВГИКа. Максим туда попал потому, что снялся у иркутянина, выпускника ВГИКа Константина Серова, в дипломной короткометражке по сценарию Вырыпаева, которая называется "Сентенции Пантелеймона Карманова" и тоже была представлена на фестивале "Кинотавр". Максим работал в этом фильме художником и снялся в эпизодической роли.

— Ваня сказал, что у него есть сценарий и дерзкая мысль снять меня в главной роли. Сначала я серьезно это не воспринял — у Вани семь пятниц на неделе. Но через некоторое время Ваня пришел с текстом, мы вместе почитали, и меня утвердили на главную роль. Я знаю, что были поиски других кандидатур, но подходящего типажа не нашли, — рассказал Максим.

Съемки проходили в конце лета прошлого года — они начались первого августа и закончились в первых числах сентября. Съемочная группа жила на берегу Дона, в кемпинге "Наталья", который находится в ста километрах от Волгограда. Это была обычная сельская местность, где местные жители живо интересовались происходящим и охотно помогали всем чем могли. Иногда с излишним энтузиазмом...

Старики помнят, что в этих местах снимался фильм Сергея Бондарчука "Они сражались за Родину", да и все в тех местах об этом знают. Обычно весной Дон сильно разливается, а летом входит в свои берега. Но в том году почему-то отлива не случилось после весеннего разлива. Когда приехала съемочная группа, поползли очень странные слухи, что через тридцать лет приехали москвичи снимать вторую серию фильма "Они сражались за Родину", им для съемок нужен полноводный Дон и они его перегородили где-то ниже по течению, чтобы он не ушел.

Козы оказались неплохими актерами. А коровы — плохими...

— Максим, у местных за время съемок не научился чему-нибудь такому исконно народному? Коня, например, запрягать?

— Коня я и так запрягать умею. Научился плавать на моторной лодке и, как ни странно, водить машину — Павел гоняет по степям на четыреста двенадцатом "Москвиче". Научился довольно быстро — слава Богу, там нет никакого встречного движения. Кроме того, пришлось общаться с козами. В фильме есть сцена, где Павел разгоняет коз. Пригнали этих коз из ближайшего села. Они у нас артисты и должны в определенный момент в определенном месте столпиться, в определенный момент разбежаться. Вот с тем, чтобы разбежаться, проблем не было, потому что они только и делали, что разбегались, а члены съемочной группы их ловили.

По сценарию козы должны были столпиться вокруг Павла. А хозяин этих коз, похмельный мужик, никак не хотел уходить со съемочной площадки, пытался помогать в кадре, объясняя, что его коза нас слушать не станет, без него она ничего не будет делать. В итоге он повалил все заграждения, продолжая орать: "Я свое добро не брошу!" С площадки его увели охранники, налили ему стакан водки, и он ненадолго успокоился. Пришлось учиться самим, и Иван Вырыпаев попутно хорошо поднаторел в дрессировке коз. Оказалось, что животные это глупые, но дрессировке они поддаются. После нескольких дублей они перестали пугаться освещения, вида и звуков аппаратуры и при начале очередного дубля послушно толпились вокруг Максима по команде режиссера, а потом послушно разбегались куда и когда положено.

Труднее было с коровами. В фильме есть сцена, где они в кадре должны пройти стадом мимо главных героев. Но они шли до тех пор, пока их кто-то подгонял, а когда этот человек останавливался за камерой, чтобы не попасть в кадр, останавливалось и все стадо, коровы начинали жевать траву. В результате некоторые задуманные планы не удалось снять.

— Можно было прогнать коров, но пастухи, два мрачных чечена, несмотря на полученные деньги, просто саботировали работу: стояли на своих лошадях, с собакой, и равнодушно смотрели, как второй режиссер и съемочная группа с улюлюканьем пытались руководить этим стадом со свойственной городским жителям неуклюжестью, — вспоминает Максим.

Пьяные казаки подглядывали из кустов за съемками эротической сцены

Несчастных случаев на съемках, к счастью, не было, и только одно столкновение с местными омрачило настроение съемочной группы и сорвало целый день съемок. Это случилось на съемках сцены, где Павел и Вера обнаженными лежат в воде на береговой отмели Дона. Для съемок этой сцены группа в урезанном составе уплыла на небольшой островок, чтобы было как можно меньше лишних глаз. С собой не взяли даже охранников. И, как назло, когда главные герои разделись и улеглись на берегу, мимо проплывали на плоту трое пьяных казачков с оружием. Как впоследствии оказалось, у них были винтовка и пистолет Макарова.

К такому они, конечно, не привыкли: два голых человека расхаживают по острову, а вокруг стоят какие-то космические агрегаты. Их это настолько привлекло, что они оплыли остров с другой стороны и засели в кустах. Все это заметили, но они не мешали, их просто игнорировали.

Однако через некоторое время нужно было поменять угол съемки — так, чтобы в кадре оказались те кусты, где они засели. Иван Вырыпаев их вежливо попросил: "Ребята, вы не могли бы метров на пятьдесят в сторону в кустах засесть? У нас туту работа. Извините". Тогда они начали ерепениться: "А почему это мы должны метров на пятьдесят? Может, вы сами метров на пятьдесят отойдете?" И стали вести себя достаточно агрессивно: "А вы кто такие? Мы здешние казаки, а что вы тут делаете?"

— А в руках у них оружие — боевое, как определил один из наших ассистентов по камере, который воевал в Афганистане. Камеру выключили, остановили съемки, а эти люди не понимают, что съемочный день стоит огромных денег, — тянут руки, знакомятся и разговаривают в стиле "Вот ведь, елы-палы, прожил тридцать лет а не видел, как снимают кино!" — с недоумением рассказывал Максим.

В итоге с ними удалось договориться, что они сядут в свою лодку, отплывут чуть ниже по течению, а киношники продолжат с ними знакомство после съемки. Но как только они удалились, Вырываев вызвал из Клецкого, ближайшего населенного пункта, наряд милиции. Снимать в ожидании милиции не стали. Потом приехали опера, повязали этих казачков. И оказалось, что это три известных местных придурка, которые с утра уже успели выпить баклашку спирта (баклашкой в тех местах называют полуторалитровый пластиковый баллон, в которых обычно продают пиво). Съемочный день они запороли, и сцену пришлось переснимать чуть позднее.

На "Кинотавре" изначально ждали "Эйфорию"

В этом же фильме со своей женой снимался Вячеслав Кокорин, сыгравший деда-соседа, живущего рядом с Верой и Валерой.

— Про Кокорина говорят, что у него вздорный, несговорчивый характер...

— Нет, это ерунда! Вячеслав Всеволодович просто в своей театральной работе очень жесткий режиссер. А на съемочной площадке он очень старался, он был очень доброжелателен и приятным в общении.

— Как фильм попал на "Кинотавр"?

— Участие во всех возможных конкурсах и фестивалях подразумевалось изначально. Заявки были поданы на Каннский, Венецианский и Берлинский фестивали. На Каннский фестиваль мы не попали — причины в таких случаях не озвучиваются. На остальные — не знаю, а вот на Венецианском фестивале вполне возможно появление "Эйфории". Как фильм попал на "Кинотавр", я в подробностях не знаю — я еще месяц поездил на озвучку и отошел от дел. Но, насколько мне известно, "Кинотавр" к этой ленте изначально проявлял очень большой интерес. Мне позвонил Костя Серов и сообщил о том, что фильм будет в конкурсной программе, полторы недели назад. А неделю назад позвонил ассистент режиссера и сказал, что Ваня Вырыпаев и Полина едут на "Кинотавр".

В результате фильм получил специальный диплом жюри за яркое, экспрессивное изобразительное решение. Критики отметили, что это кино по-европейски страстно, а известный театральный драматург Иван Вырыпаев, дебютировавший в кино, имеет возможность стать русским Ким Ки Дуком — он снял очень жесткую, визуально очень эффектную картину.

Как сообщила редакции "СМ Номер один" редактор и ассистент режиссера фильма Юлия Ильина, премьера "Эйфории" в прокате намечена на 5 октября. Съемочная группа намерена приехать с фильмом в Иркутск и одновременно представить несколько новых театральных работ Ивана Вырыпаева.

Юлия Ильина, кстати, также является представителем иркутского творческого землячества. Еще несколько лет назад она работала на ИГТРК в программе "Вести — Иркутск".

Максим Ушаков рассказал, как на него вылили шесть машин родниковой воды

"Первую неделю мы ездили вчетвером: режиссер, оператор, главные герои. Сначала были фотопробы, но уже через две недели это снимали в костюмах и со всеми киноприблудами. В этом месте — несколько планов с дождем. Когда на нас вылили первую пожарную машину воды, ничего не сняли. Это была пристрелка. Надо было понять, какой силы должна быть струя, на каком расстоянии должна находиться поливалка и т. д. К нам с Полиной подошел пожарник и спросил:

— Ну, как вам волжская водичка?

— Хотелось бы потеплее, — отвечаем.

Тогда всю эту воду вылили и привезли новую. Он опять подошел перед самым дублем и сказал:

— Ребята, приготовьтесь, эта вода еще холоднее.

Это оказалась вообще родниковая вода. Для меня это была самая экстремальная съемка — за полдня на нас вылили шесть поливальных машин ледяной воды. При этом не было ни одного дубля по вине актеров. То слишком сильный напор воды, то машина стоит далеко и вода не долетает. Вот уже пристрелялись, но подул ветер — и в полкадра дождь, а в полкадра сухо. Каждый раз приходилось ждать тучку, закрывающую солнце, перемещаться строго по точкам, чтобы оказаться в нужный момент в правильном месте в кадре и вести диалог с Полиной в довольно спокойном тоне.

В конце сцены на заднем плане должен проехать Ваня на мотоцикле. И вот уже все хорошо: и дождь, и актеры, и панорама, и фокус, и тучка... Но в последний момент не завелся мотоцикл. После этого его каждый раз заводили с толкача и молились, чтобы этот раритет не развалился хотя бы до конца этой съемки.

Самое ужасное — это ожидание первого мгновения соприкосновения с водой. Приходится напрягать весь организм, чтобы его пережить. Потом надо расслабиться и работать, при этом выглядеть очень спокойно, будто ты вообще не обращаешь внимания на дождь; реагировать на партнера, перемещаться по точкам и не забывать текст. Сжимаешь зубы, слышишь команды, воду уже запустили — и ты даже видишь краем глаза струю, которая обрушится на тебя через долю секунды. Обрушивается, от шока сразу забываешь на хрен текст. И ты вынужден начинать и делать то, что должен в полную силу, не забывая ничего, потому что если ты облажаешься, то пытка снова повторится. И не факт, что какой-нибудь механизм не даст сбой".

Метки:
baikalpress_id:  21 727