В Сайгутах требуют отменить "Домик в деревне"

Две деревеньки, расположившиеся справа и слева от Горохово, живут разной жизнью

Быково и Сайгуты — две маленькие деревни двух разных муниципальных образований. Между ними не более 15 километров, но жизнь в них принципиально разная: в Сайгутах она кипит, в Быково едва теплится. Причина в особенностях территориального деления: маленькие Сайгуты присоседились к большому Горохово и живут с ним одной жизнью. Плюс к этому стоят на основной трассе. А Быково — тупик. Дорога здесь заканчивается. Чтобы добраться до Зорино-Быково, где находится Быковский сельсовет, надо несколько километров прошагать пешком до Горохово и здесь уже ждать автобуса. Поэтому быковцы мечтают стать гороховцами.

Быковский магазин как барометр общественного благополучия

У Александры Григорьевны Быковой и мама, и бабушка — уроженки Быково. И сама она из редких оставшихся здесь старожилов. Правда, историю родной деревни помнит урывками, по рассказам матери:

— Мама рассказывала, что был когда-то большущий пожар в Быково. Вся главная улица сгорела.

Три замечательных строения остались в Быково с тех пор. Один из старинных домов недавно взрывался — нынешний хозяин неправильно установил бойлер. Это было замечательное событие в вялотекущей деревенской жизни.

Другое интересное старое здание — деревянная церковь. Красивая, бывшая некогда с куполами и колоколами. Правда, ни того ни другого бывший колхозный зерноток-клуб не сохранил. К церкви прилагались сторожка и часовня на другом конце деревни. К сожалению, даже старожилы не сохранили в памяти никаких легенд и преданий об этой церкви и вообще о быковской старине.

— Так никому ничего не надо, вот и забывается история, — Александру Григорьевну не занимает прошлое. О нынешнем думать приходится. — Вот, например, платить за землю надо, — продолжает она. — Я в прошлом году за свои 48 соток платила, а в этом — нет. Я и пенсионерка, и ветеран труда, и дочь-инвалид у меня на содержании.

Поля вокруг деревни в основном пустуют. На ферме вместе с телятами всего триста голов скота. Так что работы совсем немного. В хозяйстве 4 трактора, автобус да дежурка. Барометром быковского благополучия может служить частный магазинчик, который постоянно закрыт — никто ничего не покупает. Некому.

"В горящую избу войдет..."

Сайгуты находятся от Быково километрах в 15. Относительно названия деревни существует несколько версий. В совсем уж древние времена появился здесь тюркоязычный народ сойоты, ныне проживающий в Тыве. Название деревни по одним источникам происходит как раз от названия "сойоты". Но местные жители с большей охотой и удовольствием преподносят иную версию: вроде как "сай" по-бурятски "чай", а "гут" — по-немецки "хорошо". Действительно, совсем недавно, в начале советской власти, собралась здесь интернациональная бригада — немцы, литовцы, поляки, латыши (ссыльные, конечно). Оттого в краях этих распространены отчества типа Рудольфовна, Адольфовна. Ну, конечно, живут здесь русские и буряты.

Сайгуты во многом держатся на оптимизме и энтузиазме отдельных жителей. Есть, например, здесь двое пенсионеров, родителей десятерых детей, воспитывающих на склоне лет двоих внуков, по существу сирот. А всего здесь три матери-героини — и это в деревне, где всего 90 дворов и 400 с лишним жителей. Есть собственный поэт — подполковник в отставке Валерий Скорняков. Как на пенсию пошел, так осел в Сайгутах. Пишет стихи и загадки сочиняет.

— У него даже клипы есть, на его стихи иркутский Театр народной драмы песни исполняет, — рассказывает сайгутский библиотекарь Вера Кошкина.

Общественная жизнь Сайгут держится на библиотеке, начальной школе и клубе, а все это подпитывается энергией из Горохово — от бывшей сварщицы, а ныне массовика-затейника Надежды Парамоновой. Характера она неслабого, а нрава бодрого.

— Я сварщик, и муж сварщик. Вот нас, семью сварщиков, в девяностом году директор хозяйства переманил сюда из Ангарска. Выбирайте, сказал: который дом пустой глянется — тот и занимайте. Выбрали на горочке, там раньше церковь была. И вот так все — по полям, под тракторами. А сейчас глава администрации директором клуба уговорил.

Поскольку в деревне ее уважают, то ей как никому удается одна из самых сложных обязанностей — разогнать дискотеку. Скажет Надежда Васильевна: "Конец дискотеке!" — значит, конец, и все расходятся. Так же ловко ладит она с детьми, которые идут к тете Наде чинить велосипеды, и со стариками — по совместительству она председатель совета ветеранов.

Надежда Васильевна вспоминает, что еще в начале девяностых было в гороховской округе богатство и благолепие:

— На фермах по пять тысяч коров, а сейчас вон все глухо. А хлеб какой пекли, а грибов сколько было... Бочками засаливали и сдавали. А сейчас ветровал не убран, кругом лес вырубают — вот и нету грибов.

Живет директор гороховского клуба ровно посередине пути от Сайгутов до Горохово. Ее дом стоит чуть ниже бывшей церкви. Была там сначала церковная отпевальня, потом библиотека. Надежда Васильевна домом дорожит, и, когда в прошлом году горела у нее баня, кинулась она в огонь — спасать. Хорошо, легко отделалась. Все лицо и волосы, правда, опалила, пожгла.

— Мужиков у нас не стало. Кто спился, кто просто умер. Жалко. Все женщины заправляют, — говорит Надежда Парамонова.

Клуб подперли березками — чтобы не упал

Клуб в Сайгутах маленький и держится на березках. Крыша провисла в некоторых местах настолько, что ее подперли стволами деревьев. Такой русский народный декор хоть и оригинален, но опасен — вдруг березки не выдержат.

Глава администрации района Сергей Зубарев обещал на ремонт клуба миллион рублей. Но не дал. Здесь даже шутка есть такая: "Он же хозяин свого слова. Захотел — дал, захотел — забрал".

Самим найти средства на ремонт клуба нереально — из каких доходов? Нередко приходится коров резать на мясо, потому что деньги нужны на зарплату. И пшеницу продали из хозяйства, потому что деньги нужны были. Теперь скотину кормят овсом, а от овса у телят расстройство желудка.

На непаханых полях — заросли конопли. Неудивительно поэтому, что в 2005 году пятеро неработающих парней — двое сайгутских, трое оекских — попались на конопле.

Парни собрали пять кулей травы, пытались продать их. И просили всего лишь три тысячи рублей. Парни ушли в наркобизнес после того, как их поймали на краже зерна из хранилища. Заявлять на них тогда не стали — простили на первый раз. Во второй за дело всерьез взялась милиция.

Галина Парамонова увидела свой домик во время ворожбы

В Сайгутах уверены: кто старается, тот живет нормально.

Галина Рудольфовна Парамонова — инвалид второй группы. Однако, несмотря на это, она держит скот. А поскольку раньше работала ветсанитаркой, то не отказывает односельчанам в услугах. Например, роды у скота принять.

— Пенсия-то у меня 1480 рублей. А скоту корм покупать надо. Вот картошку достану из подвала, продам, а на вырученные деньги куплю зерна курицам.

Главное ее негодование на сегодняшний день даже не то, что кормежки курицам нет, это дело поправимое. А вот показ рекламы "Домик в деревне" раздражает ее страшно.

— К кому, подскажите, обратиться, чтобы запретили эту рекламу — "Домик в деревне"? Эту бабку бы под корову загнать или отправить стайку чистить. Что такое деревенский труд, она точно не знает.

Сын уговаривает Галину Рудольфовну уехать из деревни.

— Говорит: "Бросай ты эту деревню, зачем тебе это?" А как ее брошу? У меня в огороде ключ протекает, журавли прилетают, козел дикий приходит — потому что почва солонец. Я раз страшно испугалась. Слышу крики: "Бяу, бяу". Выхожу — а это козел землю копытом роет и кричит. Буряты говорят: плохо, если козел приходит, к смерти это. А мне кажется — хорошо.

Галина Парамонова дорожит своим кусочком земли, потому что считает, что это ее родной, именно ей предназначенный кусочек.

— Мне 14 лет было. Мы девчонками ворожили, жгли бумажки. Я увидала домик, кустики. Потом сюда приехала — смотрю: тот же домик, какой видала, те же кустики.

Сейчас, к весне, говорят женщины, стало в Сайгутах немного легче. А зимой целый месяц не ходил автобус, ребятишки из-за этого не учились, а к инвалидам не приезжал медик — своего фельдшера здесь нет.

— Плохо с транспортом, медик на школьном автобусе и ездил. Сейчас рейсовый пустили из Верхнего Кета.

"Не упала наша деревня"

В Верхнем Кете, который уж совсем на отшибе и где всего-то 38 человек избирателей, живут, по мнению Галины Рудольфовны, богато:

— Я туда ездила услуги санитарные оказывать. Местные, коренные-то, оттуда выехали, дома в Иркутске покупали давно еще. А потом заместо домов квартиры получили.

В последнее время активность сайгутчан сосредоточена на политическом событии — референдуме. Уже ходила агитатор, собирала подписи. Оказалось, что все население, включая бурятское, которого добрая половина, — за объединение.

Такое неравнодушие к общим проблемам, при том что своих выше головы, женщины комментируют гордо:

— Не упала наша деревня...

Комментарии

Нажмите "Отправить". В раcкрывшейся форме введите свое имя, нажмите "Войти". Вы представились сайту. Можете представиться через свои аккаунты в соцсетях. После этого пишите комментарий и снова жмите "Отправить" .

Система комментирования SigComments