Экспедиция открыла тайну Гневного мыса

Александр Бурмейстер издал книгу, в которой рассказал о загадках и аномалиях Гневного мыса

Мыс Рытый — самое таинственное и загадочное место на Байкале, его еще называют Гневным мысом. Это одно из древнейших шаманских сакральных мест. Здесь бурятские шаманы проводят свои обряды и совершают жертвоприношения духам. Сюда не смеет ступать женская нога, здесь существует множество запретов и для мужчин, и даже шаманам духи разрешают доходить только до места, где из голой скалы вырастает кедр. Нарушивших запреты ждет мгновенная расплата. Александр Бурмейстер вырос в этих мистических святых местах, где слышатся голоса, являются миражи, где возможны встречи с духами и душами давно умерших...

Встреча в пещере со старым шаманом

Александр Бурмейстер — человек в области известный. Прежде всего как Байкальский ледовый капитан. По образованию Александр — геолог, по увлечению — режиссер, оператор и сценарист, он снял восемь фильмов о Байкале. Александр родился и вырос на Байкале, его родители работали на метеостанции мыса Покойники (так окрестили эту местность казаки-первопроходцы). Ближайшим к Покойникам населенным пунктом был поселок Онгурены, а это 72 км южнее метеостанции. Мыс Рытый делил расстояние между домом и школой пополам.

Естественно, дети Бурмейстеров не могли каждый день ходить в школу более чем за 70 километров. Родители купили маленький домик в Онгуренах на задворках старой школы, и трое детей жили и учились самостоятельно. Всей семьей Бурмейстеры собирались только во время школьных каникул. Во время одного из таких походов домой маленький Саша Бурмейстер и столкнулся впервые с аномалиями Гневного мыса:

— В 20-х числах декабря нам пришла телеграмма от отца: "На Новый год приходите домой, я встречу вас на мысе Рытом". Мы собрались и пешком (младшая сестра Наталья тогда училась во втором классе, старшая Галина в четвертом, а я в шестом) пошли домой в Покойники, а это сорок километров зимнего пути. По дороге нас подвезла машина до Кочериково (около 15 км), остальной путь шли по снегу пешком.

Когда до мыса Рытого оставалось 7 километров и мы вышли на берег Байкала в районе мыса Онхолой, мы впервые столкнулись с таким известным сегодня явлением, как "байкальская оптическая линза" — когда кажется, что удаленные объекты находятся на расстоянии буквально вытянутой руки. Солнце уже садилось, когда мы увидели Рытинское зимовье и людей. Казалось, что они совсем рядом. На самом деле люди и зимовье находилось на расстоянии семи километров.

Быстро темнело. Мы начали забираться вверх и поднялись примерно на 600 метров. Резко подул холодный горный ветер, и началась жуткая пурга. Мы, маленькие дети, окончательно потеряли чуть заметную среди этих занесенных снегом скал звериную тропинку, которая и летом едва заметна. Место, до которого мы успели добраться, было очень отвесным, даже снег на нем не держался, камни сыпались из-под ног. Мы сели на свои рюкзачки и решили передохнуть. От усталости начали засыпать девчонки, а затем уснул и я. Мы и не подозревали, что сон может кончиться для нас смертью.

И тут Александру Бурмейстеру было видение, впечатление от которого живо до сих пор:

— У меня было ощущение, что темнота вдруг пропала. Вокруг меня был свет, а я был словно невесомый. Я мог свободно парить и вертеться в воздухе. Я начал подниматься над этим местом, где мы заблудились, и увидел тропу, которую мы потеряли, — она была совсем рядом, на пятьдесят метров выше. Увидел собаку Марту, которая шла с нами, она яростно лаяла на изюбря. Я гладил изюбря по рогам, а он меня не боялся. Сел на него верхом и как в сказке и поскакал над знакомыми распадками. Я видел Байкал с высоты полета птицы, видел дом и собственных родителей. Вдруг мой изюбрь повернул резко назад, и я очутился в распадке мыса Рытого, у входа в пещеру. Из нее вышел дед-шаман, которого я помню с детства, он угощал нас, ребятишек, шашлыком (куски печени барана и изюбря, чередующиеся с салом нерпы, нанизываются на круглую палку — шампур, который втыкается в землю одним концом. Шаманский шашлык готовится от жара углей костра). Этот белый старик шаман завел меня в пещеру. В пещере горел костер, посредине лежал плоский большой белый камень. Вокруг я видел только вытянутые тени, их было много. Я очутился посредине камня, меня резали, разрывали на куски, выворачивали кости, жгли, боль была дикая, я помню ее до сих пор.

Пастухи приняли детей за видения

Когда я очнулся и открыл глаза, то увидел не шамана, а своих сестер, которые усердно колошматили меня кулачками и ревели во весь голос.

— Кругом темно, мы думали, что ты умер! Что нам делать? — кричали они.

Тут я вспомнил Рытинское видение и уже точно знал, куда идти и где тропа. В абсолютной темноте мы, ребятишки, поднялись на 50 метров вверх и вышли в самом деле на тропу! Тогда это не казалось мне чудом. По тропинке впереди нас бежала собака. Ее следы вели нас по снегу, их можно было разглядеть даже в темноте. Наконец наши ноги стояли твердо, а не скользили. Впереди, примерно километрах в четырех, замерцал огонек, который придал нам силы.

В первом часу ночи брат и две сестры вышли к Рытинскому зимовью, где жили пастухи.

— Когда эти шесть здоровых мужиков увидели нас, трех замерзших детей на пороге зимовья в свете керосиновой лампы, то жутко испугались, забились в углы и достали ружья. Мы попросили разрешения переночевать, но когда пастухи услышали, что мы пришли из Онгурена, то снова дернулись в испуге. Возможно, они приняли нас за видения, ведь и взрослому человеку очень сложно пройти такой путь за день, а тут ребятишки. Мы положили девчонок спать, а я вышел на улицу покормить собаку. Но сколько я ни звал Марту, она не прибегала. Лай ее доносился из-за скалы, где мы недавно чуть не погибли. "Что за собака шла впереди и вела нас?" — спрашивал я себя и с этими мыслями обошел вокруг зимовья. Окна в той стороне, откуда мы пришли, тоже не было. Но ведь мы шли несколько часов на мерцающий огонь, который видели все втроем! На следующий день мы встретились с отцом. Расталкивая лодкой льдины, он нашел нас, и Новый год мы встречали у себя дома, в "Покойниках", с огромными волдырями на ногах.

Стена и фундаменты домов высоко над Байкалом

В следующий раз Александр Бурмейстер столкнулся со странностями мыса опять же в декабре, но уже 1977 года. Ему тогда было 16 лет. Тогда семья Бурмейстеров из-за льда не смогла проехать до школы на лодке, и Александру пришлось одному идти в Онгурен по береговой звериной тропе.

— Во время очередного порыва горного ледяного ветра я укрылся за каменным выступом. Когда ветер стих, я увидел что-то типа стены. Высотой она была метра полтора, сложена из камней, разных по породе. Камни собирали и складывали из них стену древние люди. Длинная стена высоко над Байкалом — что может быть удивительней? Я стоял на краю стены и смотрел вниз, на реку Риту. Вдруг на степной поверхности мыса я увидел ровные, длинные белые полосы, которые шли параллельно друг другу и врезались в берег реки. Мой дед по профессии городской архитектор, и я видел у него планы улиц и разные эскизы. Мне мгновенно пришло на ум сравнение, что белые полосы — это фундаменты домов, а белые они потому, что снег набило ветром за неровностями рельефа. Я спустился к зимовью и стал расспрашивать о стене и белых полосах пастухов. Но они были удивлены и сказали, что никогда не видели ни этой стены, ни белых длинных полос.

Шаман провел на Рытом ритуал жертвоприношения

Прошло 25 лет. Все это время Александр Бурмейстер помнил о стене и фундаменте загадочного поселения, которое никто не видел. Впервые в это сакральное место Бурмейстер привез писателя Сергея Волкова, это было в 2002 году.

— Сергея с другом мы высадили с северной стороны мыса Рытого и забрали оттуда через сутки. Оба были живы, но не могли говорить. Когда пришли в себя, Сергей рассказал об ужасах, которые ему пришлось пережить за эти сутки: друзей атаковали щитомордники (ядовитые гадюки) и осы размером с грецкий орех. Об этих аномалиях Сергей Волков написал статью, которая вышла в одном из российских журналов.

В 2005 году Александр Бурмейстер организовал совместно с Байкало-Ленским заповедником экспедицию на мыс Рытый, в которую вошли журналисты, фотографы, этнографы и востоковеды. Потомственный шаман Валентин Хагдаев, о котором неоднократно писала наша газета, взял на себя самую тяжелую ношу — просить духов местности пустить экспедицию к загадочной стене.

— Валентин провел на Рытом ритуал жертвоприношения. Духам местности Ухэр был принесен в жертву баран. Шаман зажег два ритуальных костра и начал молитву. В это время из пади мыса Рытого вышло низкое темное облако и на нас хлынул ливень. Дождь кончился вместе с молитвой. "Духи дали разрешение идти", — сказал шаман.

Во время этой экспедиции удалось померить и сфотографировать стену. Местами она достигает полутора метров. Длина ее составляет 333 метра. Для чего была построена эта стена, предстоит выяснить следующим экспедициям, пока это остается загадкой. В каменной кладке стены были обнаружены кусочки керамики с орнаментом, по виду они напоминают остатки сосудов и чаш. Вогнутые части керамики обожжены изнутри. Для определения возраста они были переданы археологам Российской академии наук.

Все открытия экспедиции под одной обложкой

Еще много открытий сделала экспедиция на Гневном мысе. Все они вошли в книгу "Тайны Байкала. Гневный мыс — Рытый", иллюстрированную фотографиями Олега Костюнина. Скоро ее можно будет приобрести в книжных магазинах г. Иркутска. В книге идет речь о загадочных каменных турах, которыми выложена вся степная поверхность мыса, и о топоастрономической обсерватории — Рите, об огненном телеграфе и о Байкальском ледовом пути". Из книги можно узнать о любопытных научных фактах, которым пока нет объяснения, и о планетарных энергетических зонах. Ведь мыс Рытый — древнее сакральное место, хранящее еще много тайн, разгадывать которые суждено не одному поколению людей.

Метки:
baikalpress_id:  4 843