Горняцкий Железногорск — идеальная провинция Иркутской области

Именно в Железногорске появился первый в области небоскреб

Проект "44", который мы начинали больше двух лет назад, завершился. Наши журналисты побывали со своими десантами во всех районах Иркутской области. Однако наши командировки на этом не заканчиваются. Впереди новые планы, новые репортажи, новые поездки. Возможно, уже завтра мы появимся у вас в районе.

Ну а если наш приезд по каким-то причинам не терпит отлагательств и вам нужна наша помощь — звоните в редакцию или напишите нам письмо. Мы всегда будем рады приехать к вам.

Если бы объявили областной конкурс на звание идеального провинциального города, Железногорск-Илимский вполне мог бы претендовать на одно из первых мест. Нижнеилимский район также выглядит вполне благополучно — в основном благодаря Коршуновскому ГОКу и предприятию "Игирма-Тайрику", которые держат на своих плечах экономику района. В общем, таким и должен быть идеальный район Иркутской области — сытым, спокойным, работающим...

Казаки поставили острог, строители — "райский городок"...

Илимская земля изначально была эвенкийской. И жители Нижеилимского района по праву гордятся тем, что первый острог на территории современной Иркутской области русские поставили именно здесь — это случилось в 1630 году. Зачем казаки атамана Галкина пришли именно сюда — вопрос туманный. Разные источники говорят по-разному: бандиты, изгнанники, каторжники или настоящие первопроходцы, открыватели. Скорее всего, верно было и то, и другое, и что-нибудь еще.

Казаки Галкина в теплое время года сплавлялись по рекам. И Илимский острог возник достаточно случайно — казаки просто устали перетаскивать волокуши со своим барахлом от берега Илима до берега Лены, чтобы продолжить путешествие в нужном направлении. Казаки слегка задержались на отдыхе, настало время зимовать. Так было заложено первое зимовье. Но историческая основа района не сохранилась — острог сгорел в 1665 году.

Однако сохранилась Спасская проезжая башня, которая сейчас перевезена как памятник архитектуры и зодчества в Тальцы вместе с часовней иконы Казанской Божьей Матери, которая стояла за воротами острога. Малоизвестный исторический факт — при перевозке Спасской башни были утеряны несколько венцов и Герб — деревянный двуглавый орел, и башня потеряла свой первоначальный величавый вид.

Второй острог построили в 1667 году по тщательно продуманному плану. Было высчитано все до бревна, которые заготавливались всю зиму загодя — в фондах есть записи, что забор по периметру острога состоял из 1987 тынин.

В мировой истории и литературе Нижнеилимский район остался благодаря тому, что пять лет в нем провел опальный писатель Александр Радищев, из Петербурга в Москву ехавший через всю Россию. В результате этого путешествия он задержался в пути на полтора года, которые потратил на дорогу из Москвы в Коршуниху, как раньше назывался поселок на месте современного Железногорска. Он же открыл здесь первую школу.

Собственно, заслуга Радищева в том, что он одним из первых заинтересовался слухами про "железнорудную гору", образцы которой ему приносили эвенки. Он их плавил в собственной печи, а потом отписывал в Москву, что "руда здесь добрая есть". Однако запуганные крестьяне не показали Радищеву заветную гору, наугад ткнули в другую. Известно только, что еще в XVII веке в эти места пришел рудознатец Шестачка Коршунов, по имени которого и назвали поселки Коршуниха и Шестаково. Он-то и нашел и стал первым разрабатывать "железную гору".

Собственно это и есть вся первая жизнь Нижнеилимья. Потом, со строительством Иркутского острога, влияние Илимского острога сошло на нет и он стал обыкновенной отдаленной слободой.

Вторая жизнь района началась только в январе 1957 года, когда на станцию Коршуниха пришел пассажирский поезд, от которого отцепили вагон-теплушку, оттолкали ее в тупик, и поезд продолжил свой путь. Морозы в тот год стояли страшные, деревья лопались на морозе за минус пятьдесят градусов. Из вагона выпрыгнули по пояс в снег первые строители Коршунихи — первые бетонщики, каменщики, плотники. Партия решила, что здесь будет строиться гигант черной металлургии — наш ГОК. 10 апреля 1964 года был получен первый концентрат.

Уже в 1959 год было отстроено два квартала поселка, который назвали Железногорск. Структура поселка настолько быстро развивалась, что в 1965 году решили: это небольшой молодой город. Город мечты. Здесь было то, чего не было ни в одном городе Иркутской области. Здесь построили первый в области девятиэтажный дом, первый больничный комплекс, первый широкоформатный кинотеатр, первый и на долгие годы единственный от Урала до Владивостока бассейн с 50-метровыми дорожками. До сих пор два из трех детских сада имеют собственные бассейны.

Вторая жизнь Железногорска, как и у всех подобных районов, продолжалась до распада СССР. В начале нового века комбинат лихорадило — после смутного горбачевского времени и последующих экономических катаклизмов в стране два года предприятия подвергались попыткам силового захвата, о чем сейчас в районе никто вспоминать не любит. Плохо или хорошо, собственником стала группа компаний "Мечел".

И началась третья, современная жизнь Нижнеилимского района...

Смысл огромного производства — дробить гору в мелкую пыль

Огромное градообразующее предприятие ГОК "Коршуновский", дающее работу большинству жителей района, состоит из двух огромных производственных массивов, соединенных тонкой ниточкой собственной железной дороги. Все начинается с карьера, огромной воронки, ямы на месте вышеупомянутой "железной горы", в которой взрывами добывают руду — бурят пятнадцатиметровые скважины, взрывают, открывая горизонт, рабочую площадку, на которой прокладывают по диаметру железную дорогу и начинает работать техника.

Породу грузят на гигантские самосвалы — БелАЗы-стотридцатитонники, которые сгружают ее в составы думкаров — опрокидывающихся на бок железных ящиков с открытым верхом, размером в вагон и грузоподъемностью в 205 т. По карьеру "железка" проложена кругами, как годовые кольца на дереве; одно кольцо ж/д — это один горизонт. Горизонт — это один слой, срез горы, с которого полностью вывезли и руду, и пустую породу.

Отработав один горизонт, железную дорогу разбирают, взрывают и отрабатывают следующий, постепенно срезая гору под корень и углубляясь ниже уровня земли. Сейчас длина карьера составляет два с половиной километра в диаметре.

Коршуновское месторождение разрабатывается с 1965 года. Верхняя точка была на уровне +520 метров над уровнем моря. Сейчас нижний горизонт находится на высоте +90 м. А на месте горы осталась огромная воронка. За время работы Коршуновского месторождения было добыто 470 млн т породы, отработано девять горизонтов, высота каждого из которых составляет пятнадцать метров.

На краю карьера, на месте, называемом смотровой площадкой, стоит маленький двухэтажный барак. Это и есть сердце всего ГОКа, здесь сидят три человека, которые вместе важнее, чем самый главный генеральный директор, — диспетчеры по комбинату, карьеру и железной дороге. Движением руды руководят именно они, координируя свои действия прямо на месте "битвы". Общий диспетчер по комбинату определяет количество руды, которое необходимо для полной загруженности комбината и следит за бесперебойным "питанием" ГОКа рудой. Диспетчер по "железке" следит, чтобы поезда из комбината в карьер и обратно следовали четко, как кровь по венам, глядя из окна, как заполняются думкары, и поторапливая загруженные составы.

А на втором этаже избушки у огромного витринного типа окна, перед столом, на котором одиноко располагается рация-матюгальник, стоит, крепко расставив ноги и уперев кулаки в стол, диспетчер по карьеру (или горный диспетчер). У него самая кропотливая работа: он гоняет по карьеру маленькие, игрушечные с такой высоты БелАЗы и трактора-экскаваторы с ковшом по восемь кубометров. Это желудок комбината, именно от этого узла зависит, сколько руды даст комбинат в этот день, в эти сутки, в этот месяц.

Производственная фабрика, на которую попадает руда в виде грязных бесформенных валунов в думкарах, — это несколько огромных гудящих корпусов, соединенных переходами конвейеров и транспортеров. Чудовищное, навевающее постиндустриальный ужас производство становится очень скучным, если простыми словами описать его суть. Из рудной породы нужно вскрыть зерна магнетита. Для этого горную породу на нескольких постепенно уменьшающих свой "калибр" дробилках дробят в мелкую пыль, по дороге чуть отмывая от примесей пустой породы, чтобы получить на выходе "обогащенный концентрат" — горы серовато-черной магнетитовой пыли. Из всего объема привезенной на фабрику породы остается только 38% чистого магнетита, который потом отправляют на выплавку, — это и есть зачаточное состояние танков и швейных иголок, то, из чего получается сталь...

Три составные части железногорской руды

Всего в Нижнеилимском районе сегодня работают три рудника: кроме Коршуновского это Рудногорское и Татьянинское месторождения. Всего на ГОКе работают 4350 человека, но в следующем году появится еще 130 рабочих мест в связи с расширением производства на Рудногорском месторождении.

Перспективы у района практически безграничные и оттого особенно радужные — несколько ближайших десятилетий жители Железногорска обеспечены постоянной работой. Коршуновский рудник будет разрабатываться до отметки -30 м, то есть еще на 120 м вглубь горы. Если все пойдет по плану и в год на руднике будут добывать по 6 млн т в год, то он проработает до 2017 года. Рудногорск будет работать до 2027 года, добывая в год по 5,3 млн т в год. А Татьянинское месторождение в ближайшие полтора года выработает последние 6 млн т и будет законсервировано.

Однако сейчас разрабатывается проект по эксплуатации Краснояровского месторождения, расположенного в Братском районе, невдалеке от станции Гидростроитель, которое имеет запасы руды почти до 2030 года.

Район на перепутье. С чего начнет новый мэр?

Недавние выборы главы администрации закончились сенсацией. На них победил главный врач больницы Семен Гендельман, человек, до того не замеченный в политических амбициях и не проявлявший ярких административных талантов. Семен Яковлевич победил с поразительным — 20-процентным — отрывом бывшего главу администрации Бориса Алексеева, который выстроил в районе ее нынешнюю жизнь, наладив отношения между муниципалитетом и ГОКом. Как ни странно, Семен Гендельман считает залогом своего успеха то, что никому ничего не обещал.

— Считаю, Бориса Григорьевича погубила его команда, — говорит Гендельман о своем предшественнике. — До выборов мы встречались, я пытался указывать на недостатки в работе администрации, однако услышан не был. Недоработки прежней команды и сказались на результатах выборов. Сам Борис Григорьевич серьезный политик и опытный руководитель.

— Поэтому, заняв кресло главы администрации, вы сменили команду?

— Именно поэтому. Сейчас у меня четыре заместителя, а у Алексеева было шесть. Я очень осторожно подхожу к подбору кадров, и до нового года замы являются только исполняющими обязанности. Поэтому они работают с испытательным сроком, а я смотрю на их деловые качества. Здесь нельзя ошибаться.

Тем не менее одна проблема у нового мэра уже есть — это весьма натянутые отношения с Коршуновским ГОКом. На выборах Семен Яковлевич жестко критиковал администрацию предприятия за то, что, по его мнению, ГОК мало или недостаточно внимания уделяет финансированию социальных программ района, чем разрушил уже установленные прежним главой отношения. И сейчас жители района замерли в ожидании — с чего начнет новый властелин района?

Район болеет, как и все

Кризисные времена здравоохранение района перенесло довольно безболезненно — не закрылось ни одно из двадцати четырех лечебных учреждений, и только в одном из двадцати пяти поселков района нет фельдшерского пункта — в Заярске, где живут всего шестьдесят жителей. Однако в Заярск регулярно приезжает бригада медиков из недалеко расположенного Видима. Кстати, фельдшера для Заярска уже нашли — девушку отправили учиться в Братское медицинское училище, и, как шутит главный врач Нижнеилимской ЦРБ Николай Рябов, если она "не женится" в Братске, то скоро вернется в родную деревню.

О состоянии здоровья населения в районе Николай Валентинович высказался категорично: "У нас то же самое, что и по всей стране". Району исполнилось сорок лет, и средний возраст жителей района такой же. Район стареет из-за того, что рожают мало, а молодежь уезжает учиться в более крупные города. Если пять лет назад в Нижнеилимском районе было более 70 тысяч жителей, то сейчас население района составляет всего 62 тысячи человек, из которых детского населения (до 15 лет) 13 тысяч человек. Десять лет назад их было почти в два раза больше.

Единственная, пожалуй, особенность в районе относится даже не к работникам ГОКа, а к множеству частных фирм, занимающихся лесозаготовкой. В связи с тем, что они не соблюдают технику безопасности и работают вахтовым методом, лесозаготовители подвержены остеохондрозам, травмам и прочим многочисленным заболеваниям опорно-двигательного аппарата, связанным с повышенной нагрузкой. Конечно, горняки тоже не самые здоровые люди, работающие и в постоянной пыли, и на работах, связанных с вибрацией. Однако резкого увеличения заболеваемости туберкулезом и другими болезнями органов дыхания не отмечается.

Вообще, по статистике, первое место по количеству занимают болезни костно-мышечной и соединительной ткани, потом болезни органов дыхания, и в основном это подростковые ангины и гриппы. На почетном третьем месте травмы. Мужчин умирает в два-три раза больше, чем женщин, и 40% из них находятся в трудоспособном возрасте.

Феномен Игирмы

Однако стабильный прирост сейчас показывает другая группа — группа риска, наркоманы. С начала девяностых, когда всплеск наркомании был отмечен по всей стране, эта социальная беда пришла и на нижнеилимскую землю. С тех пор проблемы множатся по нарастающей.

В Нижнеилимской ЦРБ есть поименные списки 210 наркоманов, которые обращались за врачебной помощью, — это опийные ("маковые") и героиновые наркоманы. Однако районный нарколог Любовь Романова склонна считать, что реальная численность наркоманов в районе больше в разы. Большинство из них находятся в двух поселках, Игирме и Рудногорске, где люди получают более-менее большие деньги.

В этом отношении очень показателен феномен Игирмы. Когда там было создано совместное российско-японское предприятие "Игирма-Тайрику", на котором деревообработкой занимаются более двух тысяч местных жителей, центр наркомании немедленно переместился из районного центра туда. Появились и бегунки, и цыганские семьи немедленно возвели там себе особняки на месте своих бывших лачуг, и среди молодежи появились скользкие типы, предлагающие первый раз попробовать бесплатно.

Еще одна составляющая феномена Игирмы в том, что в поселке появились неоднократные случаи, когда человек впервые попробовал тяжелые наркотики после 35 лет. Очень типовой пример больного Н., который сам обратился за помощью к районному наркологу. Мужчина был сокращен с работы, нового места не нашел, началась глубокая депрессия, плавно перешедшая в запой в большой, постоянно меняющей состав компании. В один несчастный день в компании появился наркоман...

Любовь Алексеевна отметила еще одну особенность наркомании в районе. Если раньше кололась молодежь за компанию и из любопытства, то теперь люди поумнели и молодые люди расставили правильные приоритеты в жизни, отказываясь от запретных удовольствий. Поэтому сейчас бегунки — наркоманы, продающие розничные наркотики за дозу от своего барыги, — целенаправленно охотятся за новыми клиентами, подсаживая на героин детей богатых родителей. Как правило, эти бегунки промышляют в устойчивых компаниях, где молодежь регулярно пьет пиво, — нетрезвого человека проще убедить "уколоться и забыться".

И еще одна печальная цифра статистики — в районе нет ни одного излеченного наркомана. Как сказал Любови Алексеевне один из опийщиков (наркоманы, которые добывают опий и бутонов мака на садовых участках. — Прим. авт.), "маковая слеза не отпускает человека никогда".

Метки:
Загрузка...