Пенсионерка из дома престарелых объявила голодовку

Обитатели дома боятся, что их выгонят на улицу

Пенсионерка Валентина Пинигина, четвертый год проживающая в Ново-Ленинском доме-интернате для престарелых и инвалидов, 15 ноября объявила голодовку, сочтя условия жизни для себя невозможными. Впрочем, эта акция отчаявшейся женщины-инвалида не вызвала каких-либо эмоций у персонала богоугодного заведения.

У Валентины Пинигиной вторая группа инвалидности. Она инвалид с 45 лет, страдает диабетом, миомой. Женщина была возмущена последним распоряжением по дому-интернату: все обитатели должны отдавать дому не только 75% пенсии, но и столько же от так называемых инвалидских — тех денег, которыми компенсируют льготы.

— 12 ноября было собрание, и директор сообщила, что по распоряжению сверху следует забирать у нас инвалидские. Я готова отдавать 75% пенсии — за нами все же ухаживают, и это не должно быть бесплатно. Но хотя бы льготные копейки оставляли! А то что это за государство — одной рукой дает, другой отбирает. Как щенков подразнили нас...

Ее пенсия весьма небольшая, с нее остается 332 рубля. Инвалидские, как и для всех инвалидов второй группы, — 583 рубля. От них теперь остается только 145 рублей. На корешке, который выдали Пинигиной и другим, написано, что взысканная сумма — доплата за стационарное обслуживание.

Пинигина и ее соседки рассказывают, что в конце лета у них уже пробовали вводить подобную конфискацию: у некоторых стариков забирали деньги, не объясняя что к чему. Отъем последних средств оказался для интернатовцев очень болезненным. Восьмидесятилетнего Федора Рыкова, рассказывают бабушки, после того как у него в октябре удержали деньги и ничего не объяснили, парализовало.

Но никто громко не возмутился

— Все по углам шепчутся, — говорит Пинигина, — а вслух сказать боятся. Особенно когда что-то происходит летом.

— А при чем тут лето? — на глупое журналистское недоумение бабушка и ее соседки дали исчерпывающее объяснение:

— Так у нас все думают, что летом-то человека из дома проще выгнать, — на улице тепло, не замерзнет.

Ощущение беззащитности стало обычным состоянием интернатовцев. И наверное, Валентина Пинигина тоже не возмутилась бы и не объявила голодовку, если бы не попала в больницу. Пролежав на лечении, женщина влезла в долги. А отдать деньги при финансовых нововведениях в доме престарелых не представляется возможным. К тому же, говорит она, из больницы ее забрали раньше, чем было нужно:

— Такая здесь практика. Потому что если человек больше полумесяца находится в больнице, то дом престарелых обязан вернуть ему всю пенсию за текущий месяц. И чтобы деньги не возвращать, нас всегда забирают после 10—11 дней.

Соседки голодающей акцию действием не поддержали, но к устным претензиям присоединились охотно:

— Нам мыла на год дают два куска, да два рулона туалетной бумаги. Остальное за свой счет. А денег-то где взять? И вкусненького хочется чего-нибудь. Хоть пельмешек. Тут ведь какое меню? Однообразное.

На серьезное заявление гражданки Пинигиной о голодовке никто из персонала больницы вроде и не прореагировал.

— Я всем работникам сказала, что объявляю голодовку. Юрист обещала, что придет позже, когда время будет. И не пришла. Врач не зашла даже справиться о здоровье.

Но видимо, к "выходкам" пожилых людей в интернате привыкли. Ходит, например, там странная женщина Шура. Полгода живет она на диване в коридоре. В комнату не идет — наверное, думают обитатели интерната, ее там обидели. Некоторое время Шура даже не ходила в столовую. А пенсию и вовсе отказалась получать.

Так что "выступление" старушки Пинигиной никого не напугало. У нее осталось несколько монеток, на которые она не может купить даже иглы для инсулинового шприца-ручки. Шприц ей дали в больнице и пообещали, что иглы будут выдавать в доме престарелых вместе с лекарством. Но их не дают. Пинигина и две ее соседки теперь мозгуют, у кого бы в интернате занять иголочку-другую.

Валентина Пинигина, которая из-за болезни с трудом передвигается, говорит, что она уже не дорожит жизнью, очень устала:

— А мне уже все равно. Я ничего не боюсь. Я человек верующий, а то, что происходит, несправедливо. Я готова решиться на крайнюю меру: если захотят по состоянию здоровья в "слабый" блок перевести — брошусь с балкона.

Комментарий

Ирина Борисова, директор Ново-Ленинского дома-интерната, утверждает, что Валентина Пинигина не голодает:

— Нет никакой у нас голодовки. Мне говорили, что она в столовую ходит, ест. Общался с ней мой заместитель. Она стала выражать недовольство, когда начали забирать 75% "инвалидских" денег. Мы и так старались оттянуть сроки. Они должны платить, потому что бюджетных денег не хватает.

Метки:
baikalpress_id:  20 422
Загрузка...