Игра или жизнь?

Любители ролевых игр, увлекаясь придуманным сюжетом, травмируют друг друга абсолютно реально

На последней встрече так называемых ролевиков (члены Иркутского любительского клуба ролевых игр исторического реконструирования. — Прим. авт.). В Ангарске произошел несчастный случай. Одному из подростков, участвовавшему в поединке на мечах, его соперник одним махом меча отрубил пальцы на руке. Делать конфликт из этого происшествия, как нам рассказали сами ролевики, они не стали, и поэтому оно не получило огласки. Тем более что такие случаи — не редкость в подобных молодежных клубах, и необходимую медицинскую помощь они оказывают уже самостоятельно. И действительно, за последнее время не было ни одного пациента в иркутских травмпунктах, который бы жаловался на увечья, полученные именно таким образом.

Но, несмотря на это, увлеченные люди остаются без пальцев, получают переломы различной степени, гематомы и синяки в нашем городе не только от разбойных нападений в темных переулках. Такие травмы иркутская молодежь очень часто получает из-за своих экстремальных увлечений. В Москве, Твери, Владивостоке и других городах последствиями таких увлечений уже неоднократно были смертельные исходы. Иркутских любителей экстремальных хобби такая участь пока обошла стороной, но это только пока. И если сейчас в иркутских тусовках якобы в благородных целях — не выдавать своих — скрываются травмы и увечья, то можно ли быть уверенными в том, что о более плачевных исходах таких увлечений станет известно?

Тяга к таким увлечениям, где можно пощекотать себе нервы и зарядиться адреналином, не обошла иркутскую молодежь: выделывать всевозможные фокусы на скейтбордах, ставить трюки с огнем, прыгать с высоты, инсценировать исторические сражения, орудуя мечами, — всем этим подростки уже давно стали заниматься самостоятельно, без чьего-либо вмешательства и контроля. Молодежь, не допуская взрослых в свои игры, самостоятельно ставит опасные трюки, воображает себя настоящими профессионалами, опытными каскадерами, но в большинстве случаев профессионализма-то им как раз и не хватает. По словам Александра Кузьминского, руководителя центра трюкового искусства "Каскад", даже самый простой трюк требует подготовки.

— Можно сказать, что у нас в городе орудует банда самоубийц: обеспечением личной безопасности молодежь не занимается. Вот, например, прошедшим летом я наблюдал пример такой халатности по одному местному телеканалу. Показывали сюжет, где польская студентка прыгает через горящую скакалку. Что это за группа каскадеров, которые организовали и сняли такой трюк, я не знаю, но то, что действовали непрофессионалы, — это точно. Я отсмотрел на пленке черновой вариант этого трюка и убедился, что никаких мер безопасности, никакой страховки не было. Даже постелить мокрое покрывало (самый простой и доступный способ) эти разовые каскадеры не догадались.

Прежде чем ставить свои трюки, опытные каскадеры репетируют неделями, а одного трюкача может страховать группа до 6 человек, чтобы не допустить несчастного случая. К тому же участники трюков получают и медицинскую страховку.

Увлеченной играми молодежи хочется реального риска, настоящих острых ощущений, поэтому к обеспечению безопасности всерьез они не относятся. А разбитые головы, раздробленные носы и обрубленные пальцы им нипочем, ведь этим можно хвастаться полгода.

Комментирует Юрий Жигарьков, актер Театра народной драмы, работающий с молодежью в историческом клубе "Илья Муромец" с 1987 года:

— В таких командах, — считает Юрий Александрович, — все-таки должны быть опытные, зрелые люди — педагоги, которые знали бы, что и к каким последствиям может привести. А в молодежи много задора, их привлекает, что они одни, нет постоянного контроля со стороны взрослых и опытных. Лично я бы своих детей отвел от таких небезопасных увлечений. Ведь что хорошего, когда один ребенок, например, ударит другого мечом по голове? Мне кажется, что это можно рассматривать как умышленное нанесение вреда друг другу. Возможно, когда-нибудь в этих молодежных командах и вырастут, набив шишек на своем опыте, профессионалы, но ведь сейчас мы видим другие результаты.

Между тем существование и активная работа всех молодежных команд экстремалов, трюкачей и каскадеров никого не смущает. В центре города прыгают, переворачиваются в воздухе и выполняют другие немыслимые трюки мальчишки 15—17 лет, по окраинам города собирается молодежь со щитами и мечами и устраивает бои и рыцарские турниры, на набережной все теми же непрофессионалами устраиваются пиротехнические шоу.

— Нам бы не хотелось, чтобы в Иркутске повторились случаи, как в Москве и Владивостоке, — говорит Александр Кузьминский, — поэтому кому-то нужно обратить внимание на это явление и взяться хотя бы за обеспечение личной безопасности участников ролевых игр.

Справка "СМ Номер один"

Судя по публикациям о ролевиках в центральной, местной прессе и в Интернете, это явление до сих пор изучено достаточно мало. Причина, видимо, в том, что исследователи — это, как правило, люди со стороны, не имеющие непосредственного отношения к движению. А происходящее в играх обычно не рассчитано на зрителей, лишь на участников, и обычно от таких зрителей ускользает очень большой объем информации. Не зная и не понимая, что происходит, они делают выводы, часто совершенно не соответствующие действительности.

Движение ролевых игр (ДРИ) — это сообщество молодых людей, организующих и проводящих ролевые игры, аналогичные театральным постановкам. В России это движение появилось в к 80-м — началу 90-х гг. Первая всесоюзная ролевая игра "Хоббитские игрища" по произведению Дж.Р.Р.Толкиена "Властелин колец" прошла под Красноярском в 1990 г.

Участники ДРИ называют себя геймарями (на английский лад) либо ролевиками (на русский). Основной возрастной контингент участников — 15—30 лет. Основная деятельность ДРИ: игры театрализованного характера на природе, занятия фехтованием и общефизической подготовкой, культурная реконструкция (танцы, костюмы, боевые сражения, рыцарские турниры), культурно-просветительская деятельность (фестивали, праздники).

В настоящее время движение раскололось на два крыла: агрессивное и неагрессивное. Все участники ДРИ группируются по следующим основным направлениям: толкиенисты — фанаты английского писателя Толкиена; игровики — так же, как и первые, играют в сказочный мир, но, помимо произведений Толкиена, могут играть и в любой другой мир фэнтези; файтеры — воины-статисты с ролевым оружием, более всего их стиль поведения напоминает детскую игру в войнушку; дивные — общее название ролевиков, свихнувшихся на ролевых играх, ушедших в мир игры и не вернувшихся оттуда; сатано-ролевики — для них характерно дьяволопоклонение с ролевыми корнями; и т.д.

По информации интернет-портала Бабр.ру, общая численность иркутских ролевиков — около двухсот человек. В иркутском ролевом сообществе встречаются и не иркутяне: например, студенты, приехавшие из других городов обучаться в иркутских вузах (окончив вуз, они могут и остаться в Иркутске, если у них в городе или поселке нет аналогичного сообщества). Встречаются также ангарчане (им обычно несложно приехать раз или два в неделю), которые или не находят общего языка с земляками (представителями движения из Ангарска), или увлекаются идеологией какой-либо конкретной иркутской команды, или просто связаны дружескими отношениями с кем-то из иркутских ролевиков.

В нашем регионе клубы ролевых игр есть в Иркутске, Улан-Удэ, Братске, Ангарске, Усолье. В Иркутске в основном собственно играют. В Улан-Удэ предпочитают заниматься реконструкцией предметов материальной культуры, не участвуя в играх. Результаты своих трудов они представляют на так называемых МиФ-фестивалях (МиФ — "Миры Фэнтэзи" — название игры определенного типа, проводившейся в Иркутске и Красноярске в 1992—1999 годах); на мероприятиях, подразумевающих в основном общение по поводу организации игр, тонкостей реконструкции; а также — на турнирах на реконструированном (железном, настоящем) оружии.

Психологи считают, что в такие клубы идут агрессивные люди

Большинство старожилов иркутских молодежных команд — самоучки. Читают книги, ищут необходимую информацию в Интернете; когда же таким образом становятся "профессионалами", то передают опыт новичкам. В немногочисленных клубах же, где работают профессионалы, амбициозную молодежь не заманишь — там надо соблюдать установленные правила. После первой недели тренировок, например, опасный трюк тебе никто не доверит выполнить самостоятельно.

— Само понятие "ранить", — рассказывает Николай, один из членов иркутского молодежного движения ролевых игр, — воспринимается у нас лишь теоретически. Цели же действительно причинить друг другу увечья, ранить на турнире у нас нет.

Но даже если в таких тусовках действительно нет места умышленному нанесению вреда, травматизма от этого меньше не становится.

— Каждый человек подвержен в той или иной степени агрессии, — считает Ольга Лобанова, психолог цента психологической помощи, — поэтому не исключено, что молодежь, приходящая в подобные клубы и изначально не собиравшаяся никого калечить, в какой-то момент может выплеснуть скопившуюся агрессию именно в молодежном клубе с мечом в руке.

Наплечники, поножники, кольчуги и шлемы — вся эта атрибутика в молодежной забаве используется не просто для создания колорита ушедшей эпохи, но и для личной безопасности. Однако плести кольчуги, изготавливать шлемы умеет далеко не каждый пришедший в команду, а покупка такого снаряжения — удовольствие не из дешевых. Поэтому приходится обходиться и без доспехов, что опять-таки никак не вяжется с обеспечением безопасности.

Метки:
baikalpress_id:  3 964