Эпидемия самоубийств в Усть-Ордынском округе

В деревнях ежемесячно вешается по десять человек

Информация о количестве самоубийств в Округе обнародована почти случайно. Пресс-секретарь УВД округа, бывший журналист районной газеты, ведомая, очевидно, журналистским любопытством, не сочла за труд пересчитать количество суицидов за пять прошедших месяцев этого года. Оказалось, что на 136 тысяч жителей округа приходится 73 самоубийства. Для пущей наглядности, мы попросили у начальника милиции округа сведения о количестве самоубийц в сентябре. Оказалось, что только за 20 дней сентября в деревнях ушли из жизни по собственному желанию семь человек.

Администрация округа, видимо, на эту ненормальную статистику внимания не обратила, поскольку и в комитете здравоохранения, и в управлении социальной защиты населения от нее открестились: мол, ничего мы такого не знаем, никакой статистики не ведем и случаи не отслеживаем.

В Боханском вешаются из-за ссор и измен

Мы проехали по всем деревням, где были совершены самоубийства за последний месяц. Кругом бедность и пьянство. Лидирует в печальном списке Боханский район
— 22 самоубийства из 73.

В нескольких километрах от Бохана, почти сливаясь с ним, прозябает деревенька Шунта. В Шунте удавился 73-летний дедушка. По словам его жены, дня три до этого он не брал в рот ни капли. Родственники его уверены, что старика в буквальном смысле слова свели в могилу.

— Это соседи напротив занимаются черной магией. Жена фермера несколько раз его подзывала, а когда он не подходил, кричала ему: "Все равно тебя заберу". И забрала — хомут надела, и он ушел. И меня обещала забрать, — рассказывает жена старика Абдуллина.

В деревне все время скандалы. Уже лет шесть не могут поделить бывший колхозный телятник жители деревни и фермеры. Телятник отдали в пользование всей деревни, но фермеры, по словам жителей, хотят его забрать.

— Сейчас они загнали туда стаю птиц, а после птицы телята болеют. Но фермеры же никому не подчиняются.

Ни местные, ни районные власти не помогли селянам. В деревне много стариков и инвалидов. Зарплату не платят колхозникам с 1990 года. Держат свиней, другой скот, за счет чего и живут. Никакого просвета в будущем не видят.

— Надоело ему жить. Все время проблемы, скандалы, — говорят о старике Абдуллине односельчане.

Деревня Шунта относится к Хохорской сельской администрации. Хохорск — рекордсмен по самоубийствам. Причем наверняка не только в округе. Тройное самоубийство подростков в Хохорске в этом году, ряд самоубийств в 2004-м стяжали деревне печальную славу. Поговаривают, что самоубийства совершают люди из одного бурятского рода, который проклят, — вроде не на положенном месте кладбище свое поставили.

Совсем недалеко от Хохорска, в большой деревне Тихоновке, Боханского же района, в сентябре совершили самоубийство два человека. Один — молодой — на любовной почве; другой, пожилой, на почве пьянства.

23-летний Женя Наумов поругался с девушкой, с которой жил гражданским браком. Не работал, иногда выпивал — как все, но не запивался. У молодых имелось подсобное хозяйство, парень стоял на бирже. Этим и жили. Жена его, совсем девочка, только что окончила училище. Мать Жени, Надежда Михайловна, устроилась в Ангарске уборщицей (после гибели сына она осталась в деревне). И молодые хотели перебраться в город. Настрой был серьезный, и Евгений уже начал распродавать имущество, продал лошадь.

Надежда Михайловна во всем обвиняет девушку. По ее словам, она была неверна ее сыну:

— Он уезжал, она его отправила на заработки. А приехал, его на остановке встретили пацаны и сказали, что она в баре таскалась. Он мне говорил, что, если она с ним жить не будет, он повесится.

Евгений, по словам матери, нашел жену в чужом доме и всю ночь звал ее. Но та не вышла. Тогда Евгений пошел домой, там и повесился.

...У 56-летнего Петра Кириллова даже самой маломальской семьи не было. Инвалида с поврежденным лицом в деревне прозвали косорылым. Человек он был сильно пьющий, к тому же приезжий (появился в деревне лет 5—6 назад). Жил на пенсию по инвалидности. Своего дома у Кириллова не было. Сходился он то с одной женщиной, то с другой — все ненадолго. Подруга тоже пила. Его племянник молодой недавно умер, рассказывают в деревне. И через три недели Кириллов повесился. Потерял, должно быть, смысл жизни.

А вот в Быргазово покончил с собой вполне благополучный, по деревенским меркам, семейный человек
— владелец местного магазинчика. За три дня до самоубийства супруги справили свадьбу дочери. На свадьбе вроде бы сильно поругались. Участковый уверен, что все произошло из-за постоянной ругани.

— Он вообще как выпьет, неоднократно скручивал петлю, закреплял ее, садился и смотрел, как она качается.

А жена самоубийцы сказала:

— Дурак был. Ничего рассказывать не буду про это...

Это второй удавленник за два месяца, смерть которого пришлось констатировать местному молоденькому участковому. Незадолго до этого в Бурети, к которой административно относится маленькая Быргазово, повесился пятидесятилетний мужчина.

— Пил сильно. Сделал это, наверное, от безысходности. Не повесился, так от водки бы умер.

Говорят, у гражданина Балушкина было не в порядке с головой. Родственники пытались лечить его в Олонках, очищали организм от водки. Но человек предпочел петлю.

Криминальный суицид из Новониколаевска

Еще одно гнездо суицида в округе — Новониколаевское муниципальное образование в Эхирит-Булагатском районе. К этой некогда процветавшей местности относятся Хабаровск, Новониколаевск, Муромцовка. В каждой из этих деревень помнят случаи суицида.

В нынешнем сентябре в Новониколаевске повесился семнадцатилетний парень. Будучи из неблагополучной семьи, переехавшей из деревни Шертой (глухой угол округа) — отец сидел, мать судима, — он и сам в свои нежные годы представлял картину печальную. За парнем числился условный срок, а в ближайшее время его ожидал новый суд. В первом случае криминальный мальчик напился и пырнул ножом человека. А в этот раз его подозревали в попытке убийства возле деревни Гаханы: двое избили до полусмерти человека. Жертва выжила и написала заявление в милицию.

Парень был очень нервный, неуравновешенный. К тому же пил. В брата своего стрелял. И в деревне считают, что он удавился из страха перед предстоящим судом. Хотя говорят, что он неплохо и заинтересованно учился в СПТУ. Но социальная обстановка сделала свое дело. Многодетная семья (у родителей погибшего еще трое детей) жила сезонной работой (грибы, ягоды) и батрачила где придется. Сегодня многие в деревнях живут как батраки: на день нанимаются к более успешным соседям выполнять какую-либо работу. Частенько с батраками расплачиваются суррогатной водкой, устойчивой деревенской валютой. В день трагедии самоубийца, так же как и его мать, были выпивши.

В Новониколаевске помнят еще одно самоубийство. Года четыре назад застрелился за деревней парень. Семья была почти зажиточная: отец его работал управляющим, мать — библиотекарем. Слух был, что комиссовали парня по болезни. И от этой болезни спасаясь, он застрелился.

А в нескольких километрах от Новониколаевска, в деревне Хабаровское, этим летом удавился молодой, недавно женившийся мужчина. Осталось двое детей. Молодые проживали в родительской семье. Всем вместе было тесновато. С деньгами перебивались кое как. Самоубийца не работал. Есть две версии случившегося, одна из которых так и осталась в тайне. А другую — семейную — озвучил местный участковый. Вроде бы мужчина был в ссоре с женой. На день рождения жены молодые гуляли в гостях. Но жена не захотела идти домой. Мужчина ушел один. Дома сначала порезал себе вены, потом удавился. Кстати, в большой семье весной этого года уже была трагедия — младшая сестренка будущего самоубийцы близ Усть-Орды была сбита насмерть машиной.

В Муромцовке, что в противоположную сторону от Хабаровска, 2—3 года назад был жуткий случай суицида, который породил массу потусторонних слухов. Две девушки пошли в лес, и одну на глазах у другой задрал медведь. Оставшаяся в живых девушка лишь некоторое время смогла жить со страшным грузом воспоминаний. Мучимая ими, она удавилась.

Новониколаевск раньше цвел как город-сад. В каждом дворе здесь были телефоны. Теперь здесь разруха. Социальная обстановка напряженная. Многим не во что одеть-обуть подросших детей. Становится непосильным дать детям образование, особенно если в семье 6—7 человек. Никакой работы в Новониколаевске нет. Едва только начали разводить скот. Но многие пьют и ничего делать не хотят. Только батрачат время от времени за суррогат или в сезон собирают ягоды.

Люди вешаются от пьянства и бедности

Все, с кем удалось нам переговорить, считают, что самоубийства происходят из-за пьянства и бедности. Заместитель главы администрации Аларского района (этот район на втором месте по числу суицидов. — Прим. авт.) пояснила нам, что раньше такого не было:

— С алкоголем все это связано.

— Что предпринимает администрация?

— Впервые цифры обнародовали. Прошел административный совет, профилактические мероприятия проводятся...

Начальник окружной милиции считает, что все связано с социальной обстановкой. В этом же уверен и шаман из Еланцов Валентин Хагдаев.

— Социальные причины — безработица и алкоголизм, конечно. Не смогли люди перестроиться и привыкнуть к новой жизни. Считаю, что это социальная болезнь, которую надо лечить во всех направлениях.

— Ну а, может быть, это проклятия родовые или какие-то иные потусторонние причины?

— Возможно, и такое есть. Но вы видели, как люди живут?.. Надо избегать думать об этом, надо думать о позитивном и создавать благое поле.

Метки:
baikalpress_id:  20 415
Загрузка...