Закоренелый бродяга Николай Пржевальский

Его путешествия в Центральную Азию

Известие о смерти 21 октября 1888 года великого русского путешественника Николая Пржевальского в Иркутск пришло на следующие сутки. Через неделю в музее Географического общества в присутствии генерал-губернатора Восточной Сибири графа Алексея Игнатьева и общественности была отслужена панихида по усопшему. Григорий Потанин — сибирский патриот и путешественник — произнес речь о покойном и его заслугах перед наукой. Он напомнил собравшимся, что Николай Пржевальский в первое свое путешествие отправился из Иркутска.

Окончание. Начало в N 22.

Характер женоненавистника

Самая выдающаяся черта в характере Пржевальского — любовь к страннической жизни. Он был закоренелым бродягой, для которого оседлая жизнь — каторга. Стремление к путешествиям превратилось у него почти в болезненную страсть. Путешествие было его стихией. Здоровье его, слабеющее при оседлой жизни, поправлялось и крепло в пустыне; любовь к независимости и свободе находила полное удовлетворение в экспедиционной жизни. Это стремление к страннической жизни в значительной степени объясняет воззрения Пржевальского.

Николай Пржевальский близких друзей не имел. Он, как говорится, был сам по себе и всегда держался особняком. Стремление к одиночеству было у него всегда — начиная с гимназии и кончая последними годами жизни. Не нравились ему суета, шум и дрязги общественной жизни. Характер его, повелительный и не лишенный властолюбия и нетерпимости, препятствовал слишком тесному сближению с людьми. Он был отличный товарищ, радушный хозяин, надежный вождь, заботливый патрон, но окружал себя только такими лицами, над которыми мог господствовать.

Пуще всего не любил он женщин, называл их сплетницами и решительно бегал от них. Живя в Николаевске-на-Амуре, он получил приглашение давать уроки приемной дочери одного из своих сослуживцев, но отказался и подарил ей свой курс географии с грубой надписью: "Долби, пока не выдолбишь".

"Моя профессия не позволяет мне жениться. Я уйду в экспедицию, а жена будет плакать, брать же с собой бабье я не могу. Когда кончу последнюю экспедицию, буду жить в деревне. Со мной будут жить мои старые солдаты, которые мне преданы не менее, чем была бы предана законная жена". Так объяснил свое отношение к прекрасному полу знаменитый путешественник в автобиографии.

Почести, награды и новый замысел

После завершения первого азиатского путешествия Пржевальский из Урги отправился в Кяхту, а оттуда в Иркутск, Москву, Петербург. С первых же дней по возвращении начались торжественные встречи, поздравления, обеды — всякого рода овации.

Посыпались награды. Военный министр назначил ему пенсию в 600 рублей, следующий чин и ежегодное содержание в 2250 рублей. Берлинское географическое общество избрало его членом-корреспондентом. Парижское географическое общество пожаловало золотую медаль. Наше Географическое общество — Константиновскую золотую медаль.

Три года по возвращении были посвящены обработке его результатов путешествия. Пржевальский жил частью в Петербурге, частью в Отрадном. В Петербурге томился и скучал, проклиная городскую суету, в деревне отводил душу на охоте и рыбной ловле.

Окончив второй том книги "Монголия и страны тангутов", Пржевальский обратился в Географическое общество с проектом новой экспедиции. На этот раз ему хотелось пробраться через Джунгарию к таинственному озеру Лобнор, известному со времен Марко Поло. Отсюда — в Северный Тибет в Лхассу и далее к истокам Иравади и Брахмапутры. Теперь Пржевальский мог говорить как власть имущий, как авторитет, которого слушали с почтением. Географическое общество выделило ему из средств государственного казначейства 27 тысяч 740 рублей.

Прерванная экспедиция

Вторая экспедиция продолжалась недолго. Отряд Пржевальского перевалил Тянь-Шань и достиг озера Лабнор, где провел два весенних месяца — февраль и март, наблюдая за пролетом птиц. Мириады их неслись денно и нощно над палаткой наших путешественников, и зоологическая добыча была громадной.

28 августа 1877 года Пржевальский прибыл в китайский город Гучен у подножия Тянь-Шаня. Тут пришлось отказаться от дальнейшего путешествия. Еще у Лабнора Пржевальский схватил болезнь — зуд тела. Промучившись три месяца и убедившись, что болезнь не поддается лекарствам его походной аптеки (дегтю, табаку и синему купоросу), он решил вернуться в Россию, вылечиться хорошенько и тогда уже идти в Тибет.

Несносная болезнь, туго поддававшаяся лечению, огорчение по поводу отсрочки путешествия в Тибет, а потом жестокий удар — смерть матери — все это дурно повлияло на его настроение, даже вызвало временный упадок сил.

Ввиду всех этих огорчений телеграмма военного министра, предписывавшая отложить путешествие вследствие осложнения наших отношений с Китаем, явилась весьма кстати. Оставив верблюдов и запасы экспедиции в Зайсане, Пржевальский отправился в Петербург.

Результаты своего путешествия он изложил в брошюре "От Кульджи за Тянь-Шань и на Лабнор", которая была переведена на основные европейские языки и вызвавшая восторженные отзывы ученых. В Петербурге его по обыкновению донимали обедами, приглашениями, просьбами о лекциях и прочим.

Запретный город Лхаса — столица Тибета

Пожив в деревне, вылечившись, воспрянув духом, он стал хлопотать о путешествии в Тибет. Государственное казначейство выдало ему 20 тысяч рублей в дополнение к суммам, оставшимся от Лабнорской экспедиции. 20 января 1879 года он выехал из Петербурга, а 28 марта отряд, состоявший из 13 человек, выступил из Зайсанска.

В горах Тан-Ла экспедиция подверглась нападению еграев — разбойничьего племени, занимавшегося грабежом караванов. Человек 60—70 конных еграев атаковали путешественников в одном ущелье, но были отбиты и отступили с уроном.

Среди всех этих лишений и опасностей караван неудержимо стремился вперед. Оставалось уже не более 250 верст до Лхассы, когда за перевалом Тан-Ла пришлось остановиться. Тибетское правительство не хотело пускать Пржевальского в столицу страны. Местное население было настроено против путешественников. Около тысячи солдат и милиционеров загораживали им путь. После продолжительных переговоров Пржевальский должен был отступить.

Впрочем, научные результаты путешествия от этого не пострадали. Посещение Лхасы, запретного для европейцев города, придало бы экспедиции больше блеска, больше шика, но то, что составляло ее суть (великие географические открытия — драгоценные естественно-исторические коллекции и наблюдения), все и теперь остается грандиозным памятником.

Обратное путешествие было сопряжено с большими затруднениями. И люди, и животные ослабли, запасы продовольствия истощились, а впереди еще предвиделось нападение еграев.

И здесь, как в монгольских пустынях, мужество путешественников окружило их легендарным ореолом. Рассказывали, что они трехглазые, что их ружья стреляют на расстояние в целый день езды и прочее. В конце января 1880 года экспедиция вернулась в Цайдам — частью прежним путем, частью новыми местами.

Из Цайдама экспедиция пришла к Кукунору, отсюда — к верховьям Хуанхэ, исследование которых, пополненное в четвертом путешествии, составляет одну из крупных заслуг Пржевальского перед географией. 19 октября 1881 года экспедиция прибыла в столицу Монголии Ургу.

Генерал-майор Пржевальский

Возвращение Пржевальского в Петербург было триумфальным шествием. Начиная с города Верного (Алма—Ата) посыпались поздравительные телеграммы, обеды, торжественные встречи.

Всем членам экспедиции были пожалованы награды, Пржевальскому пожизненная пенсия в 600 рублей в дополнение к прежним 600, а также орден. Петербургская дума избрала его почетным гражданином и ассигновала 1500 рублей на постановку его портрета в думской зале, но он попросил употребить эти деньги с благотворительной целью.

Четвертое путешествие Пржевальского в Центральную Азию продолжалось более двух лет. Исследованы были истоки Желтой реки, завершено и дополнено исследование Цайдама, Лобнорского бассейна и колоссальной системы Куэнь-Луня. За эту экспедицию Пржевальский получил новое звание — генерал-майор, пенсия его была увеличена до 1800 рублей.

Так отнеслось правительство. Ученый мир — русский и иностранный — также не замедлил выразить свое одобрение славному путешественнику. Открытый им хребет Загадочный был назван хребтом Пржевальского. Шведское географическое общество назначило ему свою высшую награду — медаль "Вега".

Смерть в экспедиции

По возвращении из четвертого путешествия Пржевальский жил большей частью в своем поместье Слобода, составляя описание экспедиции. Иногда выезжал в Петербург, после чего отводил душу охотой. Между тем Пржевальский подумывал о пятом путешествии. На этот раз он намеревался отправиться в Тибет через Восточный Туркестан — кратчайшим, но и самым опасным (ввиду возможных столкновений с китайцами) путем.

Пятая экспедиция была снаряжена в более грандиозных размерах, чем прежние. В состав ее входило 25 человек, государственное казначейство выдало на расходы 80 тысяч рублей. Но сам начальник экспедиции был уже не тот, что прежде. Злые предчувствия мучили его. Он не чувствовал в себе бодрости и увлечения прежних лет. Без сомнения, причиной этого упадка духа было физическое расстройство, которого он сам не замечал. Болезнь уже свила гнездо в его богатырском организме, но еще не могла свалить его с ног и только отражалась на его душевном настроении.

К октябрю 1888 года экспедиция добралась до Кароколя (Туркестан), откуда должно было начаться путешествие. Неожиданно 16 октября Пржевальский почувствовал себя так худо, что согласился послать за врачом. Больной жаловался на тошноту, рвоту и отсутствие аппетита (есть предположение, что Пржевальский выпил стакан сырой воды и заболел брюшным тифом). Врач осмотрел его и прописал лекарство. Но болезнь продолжала развиваться, и 19 октября Пржевальский уже осознал, что его карьера завершается.

Путешественник отдал последние распоряжения и, заметив слезы на глазах окружающих, назвал их бабами. "Похороните меня, — сказал он, — на берегу озера Иссык-Куль, в моей походной одежде. Надпись просто: "Путешественник Пржевальский".

Известие о смерти Пржевальского произвело сильное впечатление на наше и западноевропейское общество. Ученые всего мира спешили выразить свое сожаление по поводу безвременной кончины великого путешественника. Наше Географическое общество учредило премию и медаль имени Пржевальского. На могиле его воздвигнут памятник. Город Караколь переименован в Пржевальск.

При подготовке статьи использован очерк Михаила Энгельгардта "Н.Пржевальский".

Метки:
baikalpress_id:  21 104