В "Надежде" беспризорников превращают в тружеников

Детей, которых забрали у пьющих родителей, приходится всему учить заново

Наша акция "Июнь — месяц защиты детей" продолжается. В рамках этого проекта журналисты "СМ Номер один" уже побывали в детских приютах Качуга и Залари. На этот раз наше внимание обращено к социальному приюту "Надежда", расположенному в поселке Куйтун.

У приютских детей мало надежды

На подъезде к приюту нас чеканно-дружным "здравствуйте" встречает ватага ребят разного возраста. С хозяйским старанием мальчишки из старшей группы помогают выгружать из машины коробки с вещами и игрушками. На лицах напряженная серьезность и, кажется, ни тени ребячьей радости. Но вот спустя несколько минут в общей комнате сливаются в один радостный шум веселые детские голоса: "Это мне, это мне кофта!", "Смотри, какой Аньке платок!".

Социальный приют "Надежда" — единственное учреждение подобного типа во всем Куйтунском районе. Здесь постоянно живут 30 ребятишек в возрасте от трех до пятнадцати лет, еще шестерых на выходные забирают в специальные семейно-воспитательные группы — СВГ, как здесь сокращенно называют один из вариантов приемных семей. Это единственная надежда для приютских детей хоть как-то адаптироваться в жизни, узнать, что такое семейное тепло. Поначалу жители поселка берут приютских в свои семьи на несколько дней в неделю, особенно когда по хозяйству помощь нужна. Заодно и познакомиться можно, присмотреться к чужому ребенку. Случается, потом привыкают, подают заявление на усыновление.

— Вот в этом году четверых ребятишек забрали в семьи, — говорит заместитель директора приюта Тамара Ивановна Сенькина. — Берут в основном взрослых, чтобы воспитывать не надо было, да и по хозяйству хороший помощник был. Бывает, конечно, и возвращают; иногда сами дети уходят от приемных родителей и прибегают назад, к нам. Но чаще остаются в семье.

Меньше везет совсем маленьким: трех-, четырех-, пятилетних на воспитание в приемные семьи не берут. Путевки в детский дом, которые руководство приюта запрашивает для детей, приходится ждать подолгу, да и то получают их только здоровые дети. У большинства же детей, силой вырванных из рук пьющих родителей, наблюдаются задержки в развитии. Шансы таких детей обрести семью или хотя бы попасть в детский дом изначально сведены к нулю. Настоящие родители в "Надежду" не приходят, своих детей не навещают. Деревни в районе, по словам социальных работников, деградируют. Работать, кроме придорожных кафе, негде. Горе-мамаши из бесконечных запоев выходят редко, на лишение родительских прав реагируют вяло.

В пятнадцать лет приютских детей, не получивших путевки в детский дом, отправляют в Заларинское спецучилище, где девушки учатся на швей, а юноши на столяров, шоферов, трактористов.

За побег — семь лет строгого режима

Вдоль окон детской спальни рассажены в кадках кусты помидоров. Рассаду этой весной пришлось выращивать дважды: две недели назад над Куйтуном вдруг прошел сильный град, все высаженные ребятами растения погибли прямо на грядках.

— Два дня град не таял, побило все наши помидоры, — сокрушаются работники приюта, показывая чахлые желтые стебли. — На днях надо садить новые.

Ребята по поводу природных напастей не переживают: работа в огороде на грядках — самая любимая. Восемь соток земли — главное богатство приюта, здесь у каждого куста, у каждого растения свой хозяин.

— Вон у забора Витина вишня, он сам ее посадил, — показывают воспитатели.

Кроме работы на собственном огороде этой весной все ребята сажали деревья в соседнем лесхозе. За это ребята получили от предприятия свою первую настоящую зарплату. На всеобщем совете решили купить на нее гусей. Мальчишки уже построили для них специальный сарай. Теперь все с нетерпением ждут, когда же можно будет поехать за птицами.

Кроме огорода в приюте есть небольшая столярная мастерская для мальчиков, швейная — для девочек. И малыши, и дети постарше делают различные поделки, сочиняют и ставят вместе с воспитателями музыкальные номера.

— Главное занять детей, чтобы они не успевали думать о побегах из приюта, — говорит директор "Надежды" Андрей Иванович Полонин. — В этом году еще никто не бежал.

Раньше самым главным "бегуном" в приюте был Рома Иванов. Зимой, даже когда его одежду запирали в раздевалке, он, завернувшись в пододеяльник, разбив стекло, убегал из комнаты-изолятора, куда его — завшивленного, истощенного, побитого — привозили, забрав у матери-алкоголички. Бежал несколько километров по морозу босяком — опять к своей матери, предпочитающей сыну технический спирт.

После нескольких побегов директор приюта решил "приговорить" Рому к семи годам "тюрьмы строгого режима".

— Напечатал приговор на компьютере, прочитал ему вслух, — улыбается Андрей Иванович. — Сказал, что даю ему отсрочку — одну неделю.

Такой язык Рома понял. Больше бежать не пытается, ведет себя примерно. В свои четырнадцать учится в четвертом классе начальной школы.

Выпросил милостыню у самого губернатора

— Это все неправда, что дети из бедных семей работящие и умеют трудиться, — говорят в " Надежде". — Главное ремесло малообеспеченных беспризорников — просить милостыню. Это единственное умение, с которым они поступают в приют.

"Дяденька, подайте, пожалуйста!" — фраза, которую знает даже самый маленький воспитанник приюта. Попрошайничество — главный приобретенный инстинкт этих детей. Даже живя в приюте, они не теряют тяги к попрошайничеству. Стоит таким детям оказаться неподалеку от автомобильной дороги или железнодорожного переезда, как они начинают подбегать к машинам и просить у людей "копеечку". И неважно, сыт ли он, одет ли, все равно будет побираться.

Маленький и чумазый Витька Власов прячется за спинами других мальчишек. В приюте он своего рода звезда: выражаясь языком попрошаек, ему удалось снять стружку с самого губернатора Говорина. Кортеж главы Иркутской области остановился на железнодорожном переезде, и маленький попрошайка подбежал к нему с просьбой подать копеечку. Конечно, Витя не знал, у кого просит деньги. Получив свое, он побежал "работать" дальше. Свидетели Витькиного "мастерства" рассказали потом эту историю в приюте.

Большинство детей опустившихся родителей, попав в приют, впервые узнают, что такое школа. Другой Витя, тоже воспитанник "Надежды", попал в приют прямиком из больницы. Родители-алкоголики, потеряв всякий интерес к своему сыну, предоставили его самому себе. Мальчик играл во дворе со своим единственным другом — большим дворовым псом. Во время одной из таких игр собака напала на ребенка — разодрала ему лоб и лицо. После лечения в больнице мальчика в шрамах привезли в "Надежду".

— Сколько тебе лет? — спрашиваем мы стриженного под ноль Витьку.

— Девять.

Мальчик разжимает кулачок и показывает четыре пальца.

— А ты считать умеешь?

— Умею. До десяти.

— Сколько будет десять плюс десять?

— Не знаю, — задумывается Витя.

— А десять рублей плюс десять рублей?

— Двадцать рублей! — радостно восклицает пацан и добавляет: — А сто рублей плюс сто рублей будет двести рублей!

Внимание!!!

Проект газеты "СМ Номер один" и программы "Вести — Иркутск" продолжается. Все, кто пожелал помочь центру помощи детям, оставшимся без попечения, могут обратиться к его директору Анатолию Анастасьевичу Кулядюку или к его заместителю Лидии Васильевне Гавриловой по телефону в пос. Залари: 9-11-60. Адрес центра "Сибирячок": п. Залари, ул. Ленина, 13.

Готовясь к поездке в этот приют, редакция "СМ Номер один" приготовила детям небольшие подарки: развивающие игрушки, мягкие игрушки для маленьких, спортивные мячи, канцелярские принадлежности и т. п. Больше всего центр помощи детям нуждается в обуви и одежде, а также в полноценном витаминном питании. Напоминаем, что поездки по детским домам журналисты будут совершать целый месяц. Пункт приема вещей открыт и работает в редакции "СМ Номер один" по адресу: ул. Советская, 109, 5-й этаж. Некоторые иркутяне уже откликнулись и начали привозить в редакцию подарки для детей. Спасибо всем за участие. Дополнительную информацию можно получить по телефону 20-60-40 (спросить Евгению Василенко, заместителя редактора газеты).

Метки:
baikalpress_id:  3 228