Владимир Якубовский: "У нас с губернатором хорошие, человеческие отношения"

День Победы мэр Иркутска встретит в кругу семьи

Владимир Якубовский, мэр Иркутска, стал фигурой областного уровня — в апреле он возглавил региональное отделение "Единой России". В то же время иркутскому градоначальнику посвятили персональный выпуск брошюрки под названием "Компромат", активизировались и его постоянные критики. Ситуация в городе напоминает предвыборную, но до выборов мэра еще далеко, они назначены на 9 октября. Думаем, в этих условиях интересно услышать ответы Якубовского на вопросы, которые мы задали ему как мэру, как политику и как человеку.

Главное — ребята
— Владимир Викторович, давайте начнем с начала. Когда вы пришли на пост мэра, что посчитали для себя самым важным, сказали себе: "Это я сделаю обязательно"?
— В 1997—1998-м я решил, что главное — дети. Дети — это будущее города, и основные усилия были направлены на систему образования. Мы приняли несколько программ, например "Одаренные дети", занялись системной работой, и сегодня есть результат. По данным департамента образования, занимаются в разных кружках, центрах, секциях 86% детей в городе. Школьная преступность сократилась в два раза, в четыре раза уменьшилось число беспризорников. Одновременно мы ставили задачу и по системе здравоохранения. Мы ввели комплекс 8-й городской больницы в Ленинском районе, заканчиваем больницу N 1 с совершенно другими, современными, подходами, приобрели большое количество оборудования. Люди перестали носить в больницы медикаменты, простыни. Сначала мы концентрированно направляли средства на образование и здравоохранение. Следующий этап — обустройство города, занялись фасадами, дорожным полотном. Плитку тротуарную положили в центре города.
Дороги наши тяжкие
— Владимир Викторович, сейчас иркутяне прочтут это и подумают — о чем они говорят? Какое дорожное полотно? Везде ямы и колдобины.
— Есть объективная ситуация, которая не дает нам после зимы видеть идеальные дороги. Когда в пример приводят Европу, надо помнить, что зимой там от 0 до +2, мороза нет и нет такого явления, когда вода попадает в трещины, потом замерзает и просто рвет асфальт. Получаются ямы. От ям мы никуда не уйдем, потому что живем в таких климатических условиях. И все-таки средства, которые выделяются сегодня на дороги, позволяют более-менее приводить их в порядок. Вы сами видите, что к июню-июлю уменьшается количество претензий к ним. В прошлом году мы направили на дорожный ремонт 160 миллионов рублей, в этом году уйдет не меньше. Мы закупили установку по приготовлению специальной мастики, которая позволяет при меньших затратах повышать качество покрытия. В прошлом году сделали пробные участки. На одном участке, по улице Сурнова, есть проблемы из-за нарушения технологии. Эти проблемы мы решим. Но надо учитывать, что покрытие кладется на подготовленный асфальт, а в городе есть дороги, которые еще нужно заасфальтировать, и этим мы тоже занимаемся.
Сколько денег, столько и блеска
— Многие, сравнивая Иркутск даже с соседями по региону — Красноярском, той же Читой, — говорят, что наш город какой-то серый, не блестит. Вы согласны?
— Все познается в сравнении: если мы оглянемся на 5—7 лет назад, то увидим Иркутск в гораздо худшем состоянии, чем сегодня. Конечно, проблемы есть, и насчет "не блестит" в какой-то степени я согласен. Причин много. Серые покосившиеся деревянные дома в центре, которые мы не можем снести, потому что они попали в региональный перечень памятников, — это одна причина. Вторая — деньги. Если говорить, например, о Красноярске, то там все средства, которые собираются городом, остаются в городе. Полностью. Такое положение было заведено еще прежним губернатором Александром Лебедем и сохраняется до сих пор, поэтому объем городского бюджета там совершенно другой. Третье. Практически все областные центры получают финансирование по областным программам, то есть губернаторы вкладывают деньги в столицы регионов. Это происходит в Красноярске, Новосибирске, Хабаровске, даже в Чите — чтобы, как вы сказали, город блестел. У нас таких программ нет.
— Почему?
— Это вопрос не ко мне.
— Хорошо. Тогда скажите, сколько денег остается в Иркутске от собранных им доходов.
— Если за 100% взять сумму, которая остается после отщепления федеральных платежей, то 42% остается в городе, 58% уходит субъекту Федерации, то есть области. Мы не получаем даже субвенций на статус областного центра, которые прописаны в бюджете. В этом году нам полагается 100 миллионов рублей, но апрель заканчивается, а направление этих денег не определено. Мы уже обращались в обладминистрацию, мы готовы какие-то совместные программы с областью осуществлять и по обустройству города, и по сносу аварийного, ветхого жилья. Но пока ничего нет.
— Невольно напрашивается вопрос о ваших взаимоотношениях с губернатором. Похоже, появилась некоторая холодность.
— С моей стороны никакой холодности нет. Отношения мои к губернатору самые нормальные. Какие могут быть отношения у мэра и губернатора? Хорошие, человеческие отношения.
— А вы пытались к нему обращаться по денежным вопросам?
— Конечно.
— И что?
— Если говорить по этим ста миллионам — и обращался, и письмо направлял официальное. Мы получили ответ за подписью руководителя аппарата губернатора, что пока на те цели, которые мы обозначили, деньги направлять нельзя. Сейчас готовим следующее письмо — с обоснованием, что можно.
О жилье
— Давайте поговорим о нашем дорогом жилье. Хотелось бы услышать принципиальную позицию мэра, стратегию городской администрации по этому вопросу.
— Много говорится, что цены на жилье в Иркутске растут, но они не выше, чем в других сибирских регионах. Это во-первых. Во-вторых, есть сейсмика, которая увеличивает цену квадратного метра на 20—25% за счет усиления конструкций. Третье. Мы очень много завозим стройматериалов, в том числе и из-за рубежа. Поэтому задача власти и города (и, считаю, области) — развитие стройиндустрии, которая дала бы возможность использовать местные строительные материалы. Сейчас мы помогаем тем структурам, которые начали заниматься у нас производством стройматериалов — выпускать лакокрасочные материалы, металлический профнастил, плитку и каменные изделия. Но главное — мы сегодня строим квартиры силами нашего управления капитального строительства, и этим пусть небольшим количеством жилья мы сдерживаем рост цен в новостройках в других фирмах. Кстати, каждый год специальным постановлением мэра утверждается стоимость квадратного метра жилья, которое мы строим. В этом году она составит по Ленинскому району около 16 тысяч за квадрат, там сейсмика порядка 6 баллов, а в Октябрьском районе около 18 тысяч, там на наших стройплощадках расчеты порядка 8 баллов.
— А продают квадрат сейчас за 24 тысячи рублей.
— Но это не УКС продает, который, учтите, сдает квартиры с отделкой. Коммерческие организации продают и за 20, и за 24 тысячи, причем без отделки. Есть спрос — поднимают цены. И все-таки мы сдерживаем их рост. Это первое направление — строительство и сдерживание цен. Второе — дать возможность человеку получить кредит. В городе действует два варианта. Первый — 70/30, только для бюджетников, которые отработали более 10 лет. Они оплачивают 30% стоимости жилья, остальное — бюджет. В прошлом году запустили и другой вариант — строительство жилья по кредитам Сбербанка. Подписали соглашение, по которому Сбербанк дает долгосрочный кредит на 10—15 лет, чтобы человек мог построить жилье, а расчет за половину банковской ставки бюджет берет на себя. Прошлый и этот год переходные, мы еще строим жилье по системе 70/30. С 2006 года останется только система кредитования.
— И что, эта система может охватить достаточно большое число людей?
— В прошлом году 112 человек оформили кредиты, летом мы вводим два дома в Ново-Ленино. В Октябрьском районе начали работы. Кстати, сегодня уже Внешторгбанк предложил нам более низкую кредитную ставку — 15 процентов. И чем больше будет заказов, тем меньше кредитная ставка. Все желающие могут обращаться.
Как голосуют в партии
— Почему вы пошли в политику? Чего ждете от партийной работы?
— Я привык от жизни ничего не ждать, а делать дело. Никогда не играл в политические игры. Интриги — это не мое. Я вижу состояние, в котором находятся муниципалитеты, территории. Думаю, на уровне партии можно сегодня решать многие их проблемы. Надеюсь, мы выстроим с местными парторганизациями принципы решения многих вопросов по улучшению жизни людей.
— Но на партконференции против вашей кандидатуры в политсовет было наибольшее количество голосов — 80 из 240. Значит, есть какое-то противостояние?
— А знаете, я в этом голосовании вижу не отрицательный, а положительный момент. Вы же понимаете, что протестное голосование организовывали, что у большинства делегатов ко мне не может быть серьезных претензий. Кто-то же с этими людьми работал. И что меня в этой ситуации порадовало: таких людей, голосующих против, должно было быть более 120 человек — чтобы я не прошел в политсовет, а их оказалось 80. 160 человек (согласитесь, это немало), несмотря на то что на них давили, все-таки выразили свое мнение, а не чье-то навязанное.
О губернаторстве
— Владимир Викторович, все-таки чем вы объясняете некоторый ажиотаж, возникший вокруг мэра? Эти компроматы?
— Не знаю. Для меня это непонятно. Думаю, что у какой-то категории неизвестных для меня лиц появились лишние деньги.
— Но ведь времечко-то какое, скоро президент должен представить областному парламенту кандидатуру губернатора, и некоторые наблюдатели связывают суету вокруг вас с возможностью вашего назначения на этот пост.
— Ничего сказать не могу. Со мной на эту тему никаких разговоров не было.
— А как вообще вы оцениваете переход к назначению губернаторов?
— Считаю, что губернаторы должны назначаться. Понимаете, в выборную кампанию на уровне субъекта Федерации, как правило, вкладывают деньги олигархи. Но когда в человека, который пришел на этот уровень, кто-то вложил деньги, он теряет самостоятельность. Начинаются совсем другие процессы, даже помимо его воли. Поэтому решение президента абсолютно правильное.
Особый день
— Эта газета выйдет в канун Дня Победы. Уже много сказано о праздничных мероприятиях. А для вас лично что значит этот день, для вашей семьи? Как вы отмечаете его?
— Нет, наверное, ни одной семьи, которая была бы непричастна к этой дате. Также и мои родные. Отец был на фронте. Получил там серьезное легочное заболевание, когда повалялся раненый в болотах... А как отмечаем... Раньше мы всегда в этот день собирались у отца. Была такая традиция, мы приходили к родителям, приходили их друзья, однополчане, ветераны, вспоминали те непростые годы. Я отца потерял в прошлом году, но думаю, что 9 мая мы традицию нарушать не будем, соберемся так же, с близкими, вспомним родителей и всех тех, кто отстоял тогда нашу страну.

Метки:
baikalpress_id:  21 040