Толмач и разведчик Илларион Рассохин

Некоторые открытия сначала совершаются за письменным столом. Это относится и к архивным поискам, что хорошо знакомо тем, кому приходилось ими заниматься. В моей картотеке несколько лет лежали и дожидались своей очереди материалы об Илларионе Рассохине, русском знатоке Китая, прожившем много лет в Пекине. После долгих поисков мне более-менее удалось восстановить некоторые фрагменты из биографии этого человека.

10 лет на чужбине
Уроженец Сибири, он юношей поступил в монгольскую школу, открытую в 1725 году в Вознесенском монастыре под Иркутском. Бурятский лама Лапсан, впоследствии Лаврентий Нерунов, и Николай Щелкунов учили Иллариона Рассохина монгольскому письму. Прошло два года, и юношу решили послать в Пекин вместе с двумя другими учениками ламы Лапсана.
В 1727 году в Китай отправился торговый караван под начальством Л.Ланга и Дмитрия Молокова. С этим караваном и отправились в путь три юноши из монгольской школы в Иркутске. На второй день Рождества русские путешественники пришли в Пекин.
В столице Китая вскоре был утвержден русско-китайский договор о вечном мире, границах, торговле, а также о постройке в Пекине русского посольского и торгового подворья. В договоре был пункт, прямо касающийся юного ученика из монгольской школы в Иркутске: русские получали право держать в Пекине трех священников и шесть молодых людей "для узнания китайского языка".
В одной из бумаг архива Академии наук от 1734 года есть упоминание о том, что в Пекине живет русский студент, "который в сочинении китайского лексикона в Китайской земле трудится". Речь, видимо, идет о Рассохине.
В так называемых "Портфелях" Миллера лежит помеченный 1736—1737 годами план Пекина. На нем обозначены посольский двор, кладбище и русские церкви. Вместе с планом Пекина в этих бумагах хранился и журнал похода русского каравана в Китай через Маньчжурию и возвращение его другим путем — пустыней Гоби на Кяхту. Рассохин писал примечания к журналу.
В 1737 году Илларион Рассохин со своим старым знакомым Л.Лангом и комиссаром каравана Ерофеем Фирсовым покинули Китай.
Обратно на родину
Затем Рассохин (вероятно, вместе с Фирсовым) отправился из Чикойской стрелки (русская крепость на реке Чикой, неподалеку от Кяхты) водой на Иркутск и Москву. Четыре дощаника были нагружены самоцветами, шелком, серебряной и золотой утварью и слитками, чаем "Джуланом" и "Манихвалом", финифтью. Среди этих даров Китая находилось четыре больших ящика с пекинскими книгами и рукописями. Трудно сказать, что именно было в этом плавучем книгохранилище. Но, без сомнения, Рассохин вез в Россию отпечатанное в Пекине в 1723 году описание путешествия китайского посольства к хану волжских калмыков Аюке. Это посольство было пропущено через Сибирь с согласия Петра Великого.
Отчет о походе из Пекина на Волгу был составлен китайским толмачом и историком Тулишеном, сопровождавшим посольство к Аюке в 1712 году. К сочинению была приложена редкостная карта Сибири. Впоследствии Илларион Рассохин перевел записки Тулешена, надписи на карте и напечатал их в "Ежемесячных сочинениях" (1764 г.). Забавно описывая ископаемых сибирских мамонтов и считая, что они обитают в подземных норах, Тулешен лишь повторял слова своего августейшего покровителя китайского императора—маньчжура Кан-си (1662—1723 гг.), который в одном из своих сочинений писал о фен-шу — подземной крысе севера Китая величиною со слона.
Сразу же после возвращения на родину Рассохин был произведен в прапорщики "за сыскание географической карты всего Китайского государства и за перевод ее". Произошло это в 1738 году. Какую же карту сыскал и перевел Рассохин?
Переводчик с китайского
"Краткое известие Дайцинского или Китайского государства о маньчжурских ханах" — так называлась рассохинская рукопись о состоянии китайского столичного города Пекина. А на последней странице написано: "Собрано из разных книг и переведено на российский язык через прапорщика Лариона Рассохина".
Он писал о крепостных стенах и воротах китайской столицы, составил несколько таблиц с различными учетными сведениями о Пекине. Затем следовала глава "С какого года маньчжурские ханы стали писатца ханами, где прежде государствовали, сколько было всех ханов, как называетца и сколько лет который хан государствовал...".
Далее Рассохин поместил в своей рукописи нечто вроде биографического словаря о китайских императорах вообще — плод упорного и вдумчивого изучения десятков, если не сотен китайских книг и рукописей. Вероятно, в Пекине Рассохин был вхож в библиотеку, собранную трудами императора-писателя Кан-си.
Это огромное книжное собрание находилось при Ученой коллегии, и доступ туда был открыт далеко не каждому. Но мы знаем, что Илларион Рассохин в Пекине пользовался особым покровительством Трибунала внешних сношений и ему даже поручали обучение молодых китайцев русскому языку.
Сокровища библиотеки Кан-си, очевидно, были основным источником знаний для Рассохина. Ко времени его пребывания в Пекине знаменитая библиотека насчитывала до десяти тысяч книг. Она была разделена на множество отделов, облегчающих поиск книг и рукописей.
Ходячая энциклопедия Китая
Остается рассказать о жизни и трудах Рассохина после его возвращения из Пекина. Искушенный в китайских делах русский прапорщик в 1741 году числился переводчиком и преподавателем китайского и маньчжурского языков при Академии наук в Петербурге.
В том же году он просил себе в помощники крещеного китайца Федора Петрова (Джогу), жившего в то время в Москве. Но вместо Джоги к Рассохину послали четырех солдатских детей, в числе которых были Леонтий Савельев и Яков Волков. Их было велено обучать китайскому языку. Через пять лет солдатские дети, одолев китайскую грамоту, свободно читали книги и рукописи, привезенные из-за Великой стены. Федор Петров-Джога в свою очередь обучал чтению иероглифов другого русского китаеведа — Алексея Леонтьева. Впоследствии Рассохин вместе с учеником почтенного Джоги перевел "Маньчжурскую историю".
Около 1750 года промелькнуло известие о том, что Илларион Рассохин закончил составление разговорника на русском, маньчжурском и китайском языках. В это время он совмещал свои ученые занятия со службой в Книжной палате — так называлась книжная лавка Академии наук, помещавшаяся на Васильевском острове. Тогда же в первом русском научном журнале "Ежемесячные сочинения к пользе и увеселению служащие" были напечатаны некоторые его труды, в том числе "Известия о шелковых заводах в Китае".
По всей вероятности, Илларион Рассохин в те годы был живым справочником по китайским делам. С ним должны были советоваться, когда в Пекин отправлялись с торговыми караванами ученые, монахи и светские ученики знаменитой Пекинской миссии. В 60-х годах XVIII века в Пекин ездили русский посол Василий Батищев, полковник Иван Кропотов, Федор Бакшеев. Последний стал известен потом как составитель первого маньчжурско-русского словаря, оставшегося, как и многие труды наших первых знатоков Китая, в рукописи.
Алексей Леонтьев, побывав в Пекине, вывез оттуда разные книги и рукописи, в том числе и книжку "Депей китаец", которая была переведена Леонтьевым и вышла в 1771 году, когда Рассохина уже не было в живых. Проведя десять лет на русском подворье в Пекине, Леонтьев перевел "Четырехкнижие" Конфуция, труд о происхождении маньчжуров и книгу по географии Китая. Это были героические годы русского китаеведения, и, рассказывая о Рассохине, нельзя не вспомнить о его современниках и продолжателях.
Скудные сведения о Рассохине обрываются на 1762 году. В это время он еще состоял переводчиком при Академии наук. Есть предположение, что он умер около 1770 года, прожив 50 лет.

Метки:
baikalpress_id:  21 010