17-летний иркутянин мечтает стать террористом-смертником

С молодым человеком, который под впечатлением последних терактов сам решил стать шахидом, я познакомилась случайно. Выделить его из толпы сверстников трудно: он такой же, как они; пожалуй, только менее общительный. Тем не менее разговор у нас получился. В процессе этой исповеди первое впечатление о том, что имею дело с обыкновенным трепачом, как-то улетучилось. К своим убеждениям Сергей относится вполне серьезно.

Чувствовалось, что Сергей хочет поговорить, поделиться своими планами. Можно сказать, что разговор о терроризме он сам начал.
— Так ты что, террорист, что ли? — как бы в шутку спросила я.
— Почти. Будущий! — с твердостью в голосе ответил он.
— А зачем тебе это надо?
— Во-первых, в стране нет нормальных людей, поэтому от них ото всех надо избавляться. Была бы моя воля, людей бы уже не было. Во-вторых, это легкий путь к тому, чтобы прославиться!
— Неужели не существует других путей к славе?
— Меня они не интересуют. У меня есть свой план. Сначала я соберу людей в политическую партию и уже оттуда буду делать то, что я хочу. Есть нацисты — появятся и террористы. И я уверен, что будут люди, заинтересованные в моей партии. Главное — правильно объяснить суть партии. Люди будут свободны в своих действиях. У каждого будет оружие.
— Ты настолько безжалостен?
— Да, конечно. И при всем этом я оптимист! А лучше — эгоист! Хотя нет, эгоист ведь себя любит, а я никого не люблю. Когда я был маленьким, то наша кошка часто приносила потомство, которое некуда было девать. И я помогал от них избавиться. Все, что я с ними делал, — это топил и душил.
— И не возникало жалости при этом?
— Мне мало знакомо это чувство! Первый раз — да! А потом — как будто так и надо. Мне даже понравилось.
— Тебя в жизни кто-нибудь сильно обижал? У тебя есть враги?
— Не помню такого.
— А друзей много?
— А кто такие друзья? И для чего они нужны?
— У тебя есть цель в жизни?
— А зачем жить ради чего-то? Надо жить сегодняшним днем, ради того, что есть. А когда мне станет плохо, я введу свой мегаплан — это разработка теракта, который будет реализован мной. Я хочу быть террористом-смертником.
— А ты не боишься умереть?
— Все рано или поздно умирают. Надо оставить после себя что-то такое, о чем бы еще долго вспоминали. Таким образом, люди будут говорить обо мне. Я уйду из этого мира, оставив после себя след на долгое время. Это то, чего я хочу!
— А как же твоя будущая семья, дети?
— Я даже не задумывался о них. Дети — это большая ответственность. А я не хочу быть кому-то чем-то обязанным. Они мне не нужны. Мне и без них хорошо.
На этой фразе я окончательно отчаялась, и вопросов больше не возникало. Тогда я призналась, что я журналист.
— Мне все равно, печатай. Из того, что я рассказал, не изменю ни слова.
{Комментарий психолога
Тамара Прокопьева, психолог Центра медицины катастроф:
— О том, что молодой человек сам хочет стать террористом-смертником, я слышу впервые. Заочно трудно оценить, насколько реальны такие желания, чего он добивается, какую преследует цель. Необходимо встретиться с ним, побеседовать. И все-таки могу предположить, что проблема в детско-родительских отношениях. Ведь у нас время такое, родители заняты материальным обеспечением детей, а на то, чтобы разобраться, что у них творится на душе, времени не хватает. Скорее всего, такими заявлениями сын хочет привлечь внимание родителей. Этого же добиваются, например, подростки из благополучных семей, пробующие наркотики или алкоголь.
Тамара Николаевна считает, что оставлять без внимания заявление "хочу быть террористом-смертником" нельзя, ведь нет гарантии, что молодой человек на самом деле не причинит вреда себе и окружающим. Квалифицированных психологов, которые в состоянии помочь в данной проблеме, можно найти в Центре медицины катастроф (телефон 38-53-76) либо в кризисном центре (42-46-83).}

Метки:
baikalpress_id:  39 489