Обманутые вкладчики умирают, не дождавшись своих денег

Дело негосударственного пенсионного фонда "Байкал" до сих пор не закрыто

31 марта 2004 года арбитражный суд Иркутской области вынес решение взыскать с оставшихся учредителей негосударственного пенсионного фонда "Байкал" около 580 тысяч рублей и выплатить деньги обманутым вкладчикам. История этой финансовой пирамиды длилась почти шесть лет. Не все пенсионеры, доверившие свои сбережения фонду, дожили до сегодняшнего дня. Часть вкладчиков умерли, другие сумели получить определенные суммы, третьи махнули рукой, и, по решению суда, из 905 обманутых пенсионеров свои деньги должны были получить только 200 человек. Однако и они теперь под вопросом. Учредители фонда — ООО СПА "Иртас-сервис" и ОАО АНХК — подали апелляцию, и арбитражный суд Иркутской области внял их доводам. Сейчас конкурсный управляющий НПФ "Байкал" собирается обжаловать это решение в окружном арбитражном суде.

МММ и не снилось
Нынешнему конкурсному управляющему НПФ "Байкал" Ильдусу Галяутдинову потребовалось несколько лет, чтобы разобраться в этой запутанной финансовой пирамиде. Документов практически не осталось — только книжки вкладчиков.
Негосударственный пенсионный фонд "Байкал" был создан в 1993 году. Его учредителями стали "Иртас-сервис" в лице Валерия Соколова, ныне возглавляющего отделение Пенсионного фонда РФ по Иркутской области, Иркутский областной совет профсоюзов и уже почивший в бозе Финпром.
В 1996 году в составе учредителей произошли изменения: совет профсоюзов в списке уже не числился, но добавились Ангарская нефтехимическая компания, Иркутский коммерческий банк социального развития и братская ассоциация независимых предприятий "Дело".
Фонд был организован с благородной целью — помочь пенсионерам получать дополнительную прибавку к пенсии.
Негосударственный фонд ширился и рос. Его сеть охватывала Иркутск, Ангарск, Братск, Шелехов и некоторые близлежащие поселки. В то время инфляция была бешеная, а проценты по вкладам фонда были значительно выше, чем в банках.
По словам Николая Гадючко, вкладчика фонда и председателя комитета кредиторов, "Байкал" предлагал семикратное увеличение вкладов за три года.
Пенсионеров привлекали условия накопления средств, но не только. Подкупало само название — пенсионный фонд — это не "Хопер-инвест" и не МММ. К тому же все учредители фонда были местные. Но самое главное — филиал фонда в Ангарске располагался прямо на территории АНХК, и бывший директор этого предприятия Федор Середюк на собраниях заверял народ, что с деньгами вкладчиков ничего не случится. Люди ему верили, и впоследствии средства в фонд "Байкал" стали перечисляться с зарплат работников через бухгалтерию комбината.
В других городах сомнений у вкладчиков тоже практически не возникало — в договорах было записано, что в случае закрытия фонда учредители будут отвечать перед вкладчиками всем своим имуществом. Однако позже эта строчка из договоров была исключена.
Один из героев этой истории пишет мемуары в известных местах
Первые год-два фонд работал нормально. Ряды вкладчиков росли. Действовали реклама и розыгрыш однокомнатной квартиры в Иркутске.
По уставу, высшим органом управления фонда являлся совет учредителей. Председателем совета был Валерий Соколов. А исполнительным директором фонда — Сергей Убугунов.
Сотрудники исполнительной дирекции, в том числе Убугунов, вскоре после открытия фонда создали ЗАО "Восточно-Сибирский фондовый центр". В качестве уставного капитала они взяли деньги вкладчиков НПФ "Байкал".
ВСФЦ стал управлять активами фонда, а именно кредитовать различные организации. Но после того как некоторые кредиторы, в том числе московский Базис-банк, разорились и не вернули деньги, ВСФЦ решил исправить ситуацию путем вложения всех средств в акции АНХК.
Инспекция негосударственных пенсионных фондов, проверив деятельность "Байкала", обнаружила нарушения — все активы нельзя было размещать в одном эмитенте. Действие лицензии фонда было приостановлено, но он продолжал работать, как раньше.
Дальше, по словам Ильдуса Галяутдинова, пошла большая политика.
— Кому-то понадобилось купить АНХК за бесценок, и произошло искусственное обрушение активов, — рассказывает Ильдус Ильясович. — У огромного комбината было все — оборудование, мощности, люди, заказы, потребители, но финансовые дела пошли плохо. Потом Федор Середюк, бывший директор АНХК и бывший депутат ЗС Иркутской области, переехал в Москву, чтобы работать в головном офисе ЮКОСа. ЮКОС стал счастливым владельцем таких огромных производственных мощностей, как Ангарский нефтехимический комбинат. НПФ "Байкал" со своим долгом в 400 тысяч долларов — мелочь в многомиллиардной долларовой обойме, которая стояла на кону. Один из главных героев этой истории, как известно, пишет сейчас мемуары в известных местах.
После того как средства фонда лопнули вместе с акциями АНХК, финансовые дела "Байкала" пошли из рук вон плохо. В 1997 году вкладчики перестали своевременно получать свои доходы.
По словам вкладчика Николая Гадючко, людям предлагали вместо денег одежду — купальники, тенниски, пижамы...
Однако кампания по вовлечению в ряды все новых и новых клиентов продолжалась. Это уже была откровенная пирамида. Вкладчики не могли забрать вложенные деньги и не получали проценты. Но общественная волна не поднималась. В Ангарске Середюк успокаивал вкладчиков, и они верили. Верили до того момента, пока он не улетел в Москву.
В то время, когда в Ангарске филиал фонда уже был закрыт, в Иркутске пенсионеры продолжали клевать на рекламу и несли свои скромные сбережения строителям пирамиды. Такая ситуация тянулась до 1998 года. Но, как известно, сколько финансовую пирамиду ни строй, она все равно рухнет. Что и произошло.
Фонд признал себя банкротом и составил реестр должников, который включал в себя 905 человек. Долг по тем деньгам составлял 1 миллиард 816 981,57 руб., или, в приблизительном переводе, около 400 тысяч долларов.
Воры вскрыли подвал и украли документы
После процедуры банкротства в фонде пошла смена конкурсных управляющих. Каждый обвинял исполнительную дирекцию в неправильном менеджменте, но дело не могло сдвинуться с мертвой точки по известным причинам.
Вторым по счету конкурсным управляющим фонда стал Юрий Курин. Но когда он получил статус депутата ГД РФ, то не смог заниматься всеми этими вопросами, и дела отошли его помощнику Сергею Ивасюку.
— Управлял Ивасюк так успешно, что все, что ему было передано в виде имущества НПФ "Байкал" — компьютеры, принтеры, столы, стулья и прочее, — испарилось, — рассказывает Галяутдинов. — Кроме того, ему были переданы акции АНХК. И если бы они сохранились на сегодняшний день, то люди бы получили все свои деньги. Но Ивасюк получал у Соколова зарплату. Поэтому от фонда не осталось вообще ничего, ни одного документа.
В 2000 году началась избирательная кампания, и Валерий Соколов стал баллотироваться в ЗС по своему округу. В это же время баллотировался туда и Галяутдинов. Избиратели пришли к Ильдусу Ильясовичу с проблемой фонда, и он стал заниматься этим вопросом.
Комитет кредиторов фонда принял решение сменить конкурсного управляющего Ивасюка на Галяутдинова. Но арбитражный суд им отказал. Только в 2001 году комитету кредиторов удалось добиться своего, и Ильдус Ильясович поехал принимать у Ивасюка документацию.
— Приезжаю на прием документов, а он говорит: "У меня их украли. Они были в подвале, воры вскрыли, утащили папки, возбуждено уголовное дело". Я затребовал акт, но так его и не получил. Кроме того, когда Ивасюк понял, что его начинают снимать, он начал продавать акции, хотя это запрещено законом. В общем, пришлось начинать с нуля. Давать объявления, искать вкладчиков. И в конце-концов мне все-таки удалось начать процесс привлечения к субсидиарной ответственности учредителей фонда. Процесс длился три года. 31 марта 2004 года суд внял аргументам и принял решение о привлечении к субсидиарной ответственности ООО СПА "Иртас-сервис" и ОАО АНХК. Каждому было предписано выплатить по 285 тысяч 208 рублей 37 копеек.
Как теперь, после отмены решения арбитражного суда, удовлетворяющего претензии вкладчиков, будут развиваться события — неизвестно. Тем более что предыдущим решением суда, отмененным впоследствии, вкладчики фонда все равно были недовольны.
— Есть реестр из 905 вкладчиков, и все эти люди должны получить свои деньги, — говорит председатель комитета кредиторов Николай Гадючко. — Если кого-то нет в живых, деньги должны получить родственники. Я шесть лет веду эту войну и останавливаться не намерен. Уже инфаркт схлопотал, ночами не сплю... Судья поступила неправильно — каждый вкладчик должен был явиться в суд с оригиналами своих книжек. А люди-то все старые, еле ходят. Получается, что по решению суда деньги должны получить те, кто способен передвигаться. А самые незащищенные останутся за бортом. Поэтому я не успокоюсь, пока не добьюсь справедливости. Буду в прокуратуру писать, Путину... Я никого не боюсь. Душа изболелась из-за нечестных людей, которые дорвались до власти и никакие законы им нипочем.
Вкладчики фонда не понимают, почему такие крупные организации, как АНХК и "Иртас-сервис", воюют со стариками и не хотят выплатить даже такой мизер, как по 285 с небольшим тысяч рублей. Члены совета кредиторов фонда, присутствовавшие на последнем заседании арбитражного суда, не могли сдержать слез отчаяния. Люди уже устали бороться с ветряными мельницами и то ли в шутку, то ли всерьез поговаривали, что на следующее заседание суда они придут с гранатами и пистолетами.
P.S
АНХК и "Иртас-сервис" уверены, что не должны вкладчикам НПФ "Байкал" ни копейки. Представители этих организаций заявили в суде, что в 1995 году была принята первая часть Гражданского кодекса, и, согласно статьям 118, 119 ГК РФ, фонды не отвечают по долгам учредителей, а учредители не отвечают по долгам фондов. Вклады — это добровольные имущественные взносы.

Метки:
baikalpress_id:  20 638