Бог умер, коммунизм умер... Кто следующий?

Достоевский в "Легенде о великом инквизиторе" пришел к жестким и горьким выводам. Если в мир вернется Христос, его казнят иерархи христианской церкви, ибо им дороже Церковь как институт власти над паствой и источник личного заработка, чем учение Христа. Вслед за этим Ницше бросил в мир звонкую фразу: "Бог умер". Современному человеку Бог не нужен. Ему хватает йоги, Мулдашева, Кастанеды, Ошо и прочих учителей, сект, теорий, наводнивших безбожный мир. Ему хватает забот о долларе нашем насущном.
На прошлой неделе глава англиканской церкви одобрил новый перевод Евангелия на английский язык. Баптист Джон Хенсон выступил не только переводчиком, но и соавтором священных книг. Цель он преследовал одну: осовременить Евангелие, приблизить его к взглядам молодежи, идеям ТВ-комментаторов и пожеланиям политиков Единой Европы. В результате из послания Павла исчезло осуждение гомосексуализма, зато увеличен кусок, осуждающий воздержание от секса. Такое Евангелие уже можно предлагать диджеям для читки в ночных клубах обалдевшей пастве! Христианство в массы! Дело облегчается тем, что святой Петр теперь именуется Роки, Мария Магдалина — Мэгги. Нет теперь "одержимости дьяволом", есть "психическое заболевание". Нету Воланда, нету Сатаны, есть просто глюки. Феназепамчику выпишут пациенту, и не надо в церковь ходить! Недаром Хенсон перевел "спасение" как "излечение".
А вот место из Матфея (26:69-70) в трактовке Хенсона: "В это время Роки все еще сидел во дворе. К нему подошла женщина и сказала: "Не тебя я ли видела с Иисусом из Галилеи?" Роки покачал головой и сказал: "Ни черта не понимаю, что ты говоришь". Апофигеем попсового Евангелия стала фраза, приписанная Богу-отцу и обращенная к Христу: "Сынок! Ты молодец!"
Один из уроков XX века — тот, что религия есть бизнес. Создать религию (некий свод верований и утешений, пусть даже старых, но перелицованных наново) значит озолотиться несказанно. И вот пошли по миру Муны, Хаббарды и гребут лопатой доллары наши насущные, которые перестают быть нашими. Традиционным (фундаментальным) религиям становится не по себе от натиска новоучителей. Радикальный ислам, к примеру, предлагает, отрубать головы Мунам и Мулдашевым. Католичество намерено спорить и доказывать Истину. Православная церковь предпочитает затыкать уши и жаловаться начальству. А вот протестантские церкви нашли другую методу: обновляться до полного обезличивания, до полного растворения в массе молодежи. В такой церкви и Киркоров за пастыря сойдет, а Пугачева за Богоматерь.
Богу все равно. Власти его не убудет, и не прибудет от ухищрений верослужителей собрать паству, как политики собирают голоса избирателей. Этот бизнес вечен, ибо вечна в человеке тяга обрести в жизни опору покрепче и понадежнее, чем хорошая работа, сексапильный партнер, дом, семья, здоровье. Ибо все это можно потерять, и тогда человек остается один на один с собой и Богом. Человек взыскует вечности, свободы и бессмертия. Он ищет Бога и всегда будет искать. На этом пути на него ставят силки желающие подзаработать на неизбывной тяге к вечному.
Здесь две проблемы: как же отличить истинное от неистинного и как же привлечь к религии молодежь, которой, быть может, скучны обрядовые формы культов, которые неизменны тысячелетия?
Истинное от неистинного очень трудно отличить. Потому так популярна среди молодежи трилогия "Матрица", что там очень четко поставлен основной вопрос современности — "Что есть реальность?". Один из героев фильма говорил, что бифштекс может быть и не реален, не истинен, но он вкусен — и черт с ней, с реальностью. Нужно пройти длинный путь, читать первоисточники, предпочитать устоявшиеся обряды, видимо, чтобы не попасть в какую-нибудь дискотечную секту и не наесться дерьма. Мел Гибсон достоин уважения за то, что снял фильм о Христе, не пытаясь осовременить историю его страданий, "приблизить" к понятиям молодежи. Это скучный, требующий усилий путь для тех, кто полагает жизнь за череду развлечений. Но для них как ни осовременивай Библию, читать ее они не будут. Они в церковь-то придут, когда, по-русски говоря, жареный петух в одно место не клюнет.
Следует, наверное, прислушиваться к внутреннему голосу, внутреннему чувству правды, которое особенно развито у детей и молодых. И бояться ловцов душ человеческих, которые за грошик ломаный обещают рай земной. Видимо, так. Я не специалист. Ну а у кого нет внутреннего чувства то, как сказал бы "святой Роки": "Ну и черт с ними, пускай делают как все!"
Что касается модернизации обрядов, это внутрицерковное дело, трудно советовать. Хотелось бы, чтобы традиционные религии не впадали в маразм по Хенсону. Да простят меня за неуместное сравнение, но за тысячи лет в сексе не совершено кардинальных модернизаций, и ничего — народу нравятся все эти устаревшие формы плотской любви.
Продолжая тему, хотелось бы заметить, что в ХХ веке возникла новая мощная мировая религия, особенностью которой было "отсутствие Бога" — коммунизм. Десятки лет коммунистическая вера поддерживала в русском народе его нравственное чувство. Попытки всячески модернизировать коммунизм, приделать ему "человеческое лицо" привели к краху. Несколько дней назад произошел раскол Коммунистической партии России. Теперь две компартии. Во главе одной стоит Зюганов, во главе другой — некто Тихонов, губернатор из Иваново. Это означает практическое исчезновение с политической сцены коммунистических сил. Кремлевские политтехнологи могут радоваться: операция по расчленению трупа коммунизма проведена успешно. Можно доложить по команде: "Коммунизм умер. А если явится новый Ленин, то его народ сам распнет. Кому нужны идейки, когда доллары в цене?"
Во всем этом меня лично беспокоит одно. Православная церковь заткнула уши, компартия, хотя и не была по сути коммунистической, а была филиалом чьего-то бизнеса, исчезла. Бог в России умер, коммунизм умер... А что же нам осталось? Во что верить? Путин, конечно, не самый плохой Президент: спортсмен, чекист, отличник боевой и политической подготовки, но он не моральный авторитет нации. И в партии его — "Единая Россия" — что-то не слыхать про вождей и пророков. Все больше склоки за места хлебные развлекают партийцев.
Но тяга-то к вечному, стремление к справедливости остается, оно же не совсем задавлено в людях. И их не обманешь модернизированными идеологиями, под молодежь "забацанными". Вот Лимонов с национал-большевиками носят на знамени серп и молот, но к большевизму 1917 года, по существу, никакого отношения не имеют. Лимонов ратует за свободный секс, за "право каждого на ласку" и создание из русскоязычных жителей ближнего зарубежья нового русского народа — взамен нас, старых русских, место которым на свалке истории. Упаси Бог от таких модернизаторов!
Больше нет в оболганной и обворованной России ни Бога, ни коммунизма. В селе Конь-Колодезь Воронежской области батюшка восстановленной церкви после долгих и безуспешных обращений к властям с просьбой убрать от дверей церкви памятник Ленину с отвалившимся носом сам с паствой снес памятник. За что и был заклеймен в прессе "вандалом в рясе" и отправлен в ссылку в дальний приход. Вот вам и символическая картина пострелигиозной России, где кроме "вертикали власти" — лицемерие, рвачество, фальшь, любовь без любви, вера без Бога, коммунизм без Ленина. А еще — сотни тысяч бездомных, бедных, беспризорных.
А еще — сотни тысяч "русских мальчиков", как называл их Достоевский, которые выключают телевизор с его "мудотой и попсой", выключают Путина, выборы, партии, ЮКОС с его гребаными миллиардами. Они смотрят "Матрицу" и спрашивают себя: "Что есть реальность? Путин и Киркоров, ЮКОС и "Бригада"? Крутой с его вшивыми клипами про свою бабу с барахлом? "Фабрика звезд" с Машами и Дашами? Или моя тоска и любовь к чему-то светлому и далекому?" И пока есть такие русские мальчики, Бог не умер, а коммунизм еще вернется...

Метки:
baikalpress_id:  38 617