Ангара притягивает самоубийц

Старый Ангарский мост и мост на Нижней Набережной становятся излюбленными местами для тех, кто пытается свести счеты с жизнью

Статистика неумолимо свидетельствует, что каждый год только в Иркутске 200—220 человек гибнут добровольно. Время от времени кто-то из них забирается на старый Ангарский мост или (как "облегченный" вариант) на парапет Нижней Набережной, и, как в известной песне "Уно моменто": "...сняла с себя последнюю одежду, бросилась в море, и сия бурная пучина поглотила ее в один момент. В общем, все умерли".

Как удалось выяснить, с сентября прошлого года четыре девушки попытались найти последнее пристанище на дне Ангары. Все четыре — неудачно. Что наводит на размышления: либо их было больше, но об "удачных ныряльщицах" мы уже никогда не узнаем; либо, что и утверждают местные психологи, прыжки с моста являются парасуицидами, то есть демонстративными действиями, не направленными на самоубийство, а призванными доказать кому-либо что-либо.
Рациональных причин этим глупым поступкам, забегая вперед, автор так и не нашел. Была версия, что "проклятие Ангарского моста" связано с рабочими, его строившими и, по рассказам некоторых старожилов, в процессе строительства репрессированными, расстрелянными и похороненными прямо на "боевом посту". Легенда красивая, но документально подтвердить ее не удалось — председатель общества "Мемориал" Александр Александров сообщил, что у него нет подобной информации. Тем не менее автор прошел по следам "ангарскимх ныряльщиков", поговорив и с одной из них, и с теми, кто с ними непосредственно общался сразу после купания в Ангаре.
Нижняя Набережная — проклятое место
Как говорила Масяня, "Добро пожаловать в наш дерьмовый мир обратно!" Первые, кого видят несостоявшиеся утопленницы, это вовсе не те, кому они что-то пытались доказать, а совершенно посторонние люди — рыбаки и те, кто работает по берегам Ангары ниже по течению от Ангарского моста — благо там хватает частных лиц и организаций, время от времени поневоле вынужденных выступать в роли спасателей.
Вечером 22 марта этого года сторож лодочной станции "Ветерок" делал обычный обход территории. По его словам, никаких криков или необычных звуков он не слышал, просто проходил мимо летнего причала (зимой он наполовину вмерзает в лед) и увидел плывущую у самого берега девушку.
— Уже темнело, было около восьми часов вечера. Я глянул на Ангару и увидел, как плывет человек. Она была в светлой куртке, брюках, каких-то ботиночках со шнуровкой, с длинными волосами, — вспоминает Николай Петрович. — Я выскочил на лед, ухватил ее за куртку и вытащил на берег. "Ты что, ненормальная?" — спрашиваю, а она молчит, только дышит тяжело.
— Она ничего не говорила?
— Да я с ней не особенно и разговаривал — сразу побежал на остановку ("Рынок "Фортуна". — Прим. авт.) скорую помощь вызывать. Потом, когда врачи приехали, выяснилось, что она прыгнула с Нижней Набережной, с моста за Вечным огнем.
Николай Исаенко очень обиделся на одну из местных газет, которая написала, что он вытаскивает из Ангары "в год с десяток человек" самоубийц:
— Надо мной теперь смеются. Что, говорят, Петрович, вместо того чтобы территорию сторожить, ты самоубийц тут десятками багром из реки вытаскиваешь? Было, конечно, несколько случаев. Кстати, через неделю после той девчушки с того же места прыгнула еще одна женщина. Но ее выловили до меня сотрудники железнодорожной милиции... На кой черт вообще этот мост построили!
С Ангарским мостом шутки плохи
Врачам скорой помощи вызов поступил в 19.57. Через 13 минут бригада травматологов во главе с врачом Владимиром Соловьевым была на месте происшествия.
— Да, я помню эту девочку. Ее звали Аня, ей было восемнадцать лет. Только это не совсем самоубийство. Она наблюдается у психиатра, у нее склонность к бродяжничеству, она постоянно уходила из дома.
Врачи из бригады Соловьева вспомнили, что мачеха этой девушки утверждала, что накануне происшествия у отца Ани пропала крупная сумма денег, что могло послужить причиной ее прыжка в воду.
— Этой девчонке сильно повезло. Мы не нашли у нее никаких травм, она только сильно замерзла, — рассказал Владимир Петрович. — Я помню, лет десять назад с моста спрыгнули двое выпускников школы. Это было в конце июня, во время выпускных балов. Два молодых парня перепили, гуляючи по набережной с одноклассниками, решили повыпендриваться и на спор нырнули с моста неподалеку от правого берега. Тот, который нырнул поближе к берегу, промахнулся, попал мимо воды и погиб от черепно-мозговой травмы и перелома основания черепа. Второй выплыл без единой царапины.
По словам врачей скорой помощи, прыгуны гибнут по одной из трех причин: удар о воду, утопление и переохлаждение. Поэтому их доставляют либо с травмами головы в нейрологическое отделение третьей Кировской больницы, либо в ожоговый центр, с диагнозом "гипотермический ожог" — в соседнее с больницей здание.
Врачи также утверждают, что Ангарский мост не так уж популярен у самоубийц, как может показаться: гораздо больше людей травятся содержимым домашних аптечек или вешаются в укромных уголках своей квартиры. Однако с мостом, даже не считая постоянных ДТП на нем, время от времени случаются и другие криминальные истории.
Несколько лет назад, зимой, глубокой ночью, на мосту остановилась легковая машина. Несколько плечистых молодых людей вытащили избитую девушку, одетую не по сезону легко — чулочки, мини-юбка, яркий макияж. Ей перемотали ноги проволокой, а руки связали ее же собственным шарфом. Лаконично сообщив, что надо делать отчисления в их "пенсионный фонд "Крыша" и их терпение закончилось, ее деловито перекинули через ограждение моста и уехали. От удара о воду шарфик слетел, она доплыла до водолазной станции, расположенной на берегу, и через некоторое время ее стоны разбудили людей на станции. Что называется — у кошки девять жизней.
Отдам жизнь за кофточку
По словам врачей третьей Кировской больницы — основного пристанища самоубийц-прыгунов, — больные с суицидальными наклонностями попадают к ним все реже и реже. Подавляющее большинство — пьяные висельники, из тех, кто в состоянии алкогольно-депрессивного психоза лезут в петлю. Утопленницы встречаются реже, что не спасает медиков от мистической путаницы.
— Да, я помню девочку, о которой вы спрашиваете, — вспоминала заведущая терапевтическим отделением Раиса Кутузова. — Ее действительно привезли вечером, в конце месяца, ей действительно 18 лет, но это было не в марте, а в сентябре. И была она не в куртке, а в пальто — мы его потом сушили, поэтому я хорошо помню.
В конце концов выяснилось, что это было мистической совпадение. Две восемнадцатилетние девушки, между собой не знакомые и живущие в разных концах города, одна воспитывалась только матерью, вторая — отцом и мачехой. С разницей в полгода, с точностью до минуты и даже дня недели они прыгнули в Ангару с одного и того же места. Но если во втором вышеописанном случае это темная история с пропавшими деньгами, замешанная на психическом нездоровье девочки Ани, то первый — сентябрьский — прыжок в Ангару — это классический, как из учебника по психиатрии, истерический парасуицид, по тексту песни Земфиры: "Маме доказано самое главное".
Завотделением Раиса Ивановна много разговаривала с Леной — ее привезли на скорой с набережной с сильным переохлаждением. К слову сказать, к вопросу о мистических совпадениях: как и Аня, прыгнувшая через полгода Лена совершенно не пострадала от купания в Ангаре: у нее не случилось даже легкой простуды, а из сопутствующих травм была царапина на ноге, скорее всего полученная при спасении грубыми и неуклюжими рыбаками. Через неделю Лену выписали домой.
Между тем ее история незамысловата, но очень поучительна. Лена — молодая и весьма привлекательная особа с достойными пристального внимания противоположного пола лицом и фигурой. В свои восемнадцать она уже твердо знает себе цену и при случае не продешевит. Есть у Лены такая слабость — она хочет всего и сразу. То есть быстро и побольше. Проблема только одна: нет у Лены первоначального капитала, дабы придать алмазу в лице себя должную огранку и оправу. Воспитывает Лену одинокая мама из простого пролетариата. Она, конечно, для Лены все сделает и все отдаст единственной дочери, только этого мало. В общем, для Лены мама авторитет небольшой. И когда мама в очередной раз отказалась выдать дочери некоторую сумму денег на некую шмотку, то Лена вспылила. И пошла топиться — не напрочь, а так, чуть-чуть, чтобы мама поняла, что в конфликте отцов и детей она уже проиграла.
— Лена девочка умная и очень циничная. Она прекрасно понимала, что она сделала, и к своему поступку относилась критически — не к истории с мамой, а к самому прыжку в воду, — рассказывала Раиса Ивановна. — Да и нам всем было понятно, что человек, который хочет покончить с жизнью, не станет прыгать с моста Нижней Набережной. Кроме того, она всем рассказывала разные версии причин, по которым она прыгнула в воду. Медсестрам она говорила, что работает продавцом в ТЦ "Манеж" и у нее не то случилась недостача, не то украли деньги.
Бабушка прыгнула в шубе и валенках
По мнению Раисы Ивановны, не все, кто прыгает в Ангару, стараются просто привлечь к себе внимание. Среди этих людей встречаются и те, кто искренне решил расстаться с жизнью. Три года назад в самый разгар январских холодов с Ангарского моста спрыгнула 65-летняя женщина. Несмотря на то что она была в шубе и валенках, ее успели подобрать вездесущие рыбаки. В больнице она рассказала свою немудреную историю. Она из Ангарска. Сын женился, невестка выжила свекровь из дома. Тогда старушка подалась в Иркутск, сама и не объяснит зачем. Органы соцобеспечения назначили ей пенсию, но жилья она так и не нашла. Когда жизнь совсем стала невыносима — пошла на мост, спрыгнула, но попала в больницу. Потом нашлась какая-то подруга, и жизнь наладилась.
— Вообще, вы знаете, мне кажется, что не всем суждено умереть от собственной руки, — поделилась своими наблюдениями Раиса Ивановна. — У меня в практике был такой случай: женщина из Молдавии приехала жить в Иркутск, что-то не получилось — и она решила повеситься. Дело было зимой, поздним вечером. Она пошла на Ушаковку, куда-то в район аэропорта, в рощу, где не может быть случайных прохожих. Затянула веревку, уже прыгнула — и тут идут лыжники, возвращаются из похода. Успели снять — у нее только борозда на шее осталась, больше ничего.

Метки:
baikalpress_id:  20 643