Тайшетский район: пограничная зона

Тайшетский район поглядывает на Красноярск, но помощь просит в Иркутске

Тайшетский район — самый западный в Иркутской области. До Красноярска остается каких-то триста километров, в то время как до областного центра — более семисот. Неудивительно, что на тайшетских прилавках больше красноярских товаров, а местные жители предпочитают учиться и просто ездить по делам или за покупками в Красноярск, а не в Иркутск. Но при этом город и район живут своей собственной жизнью. Под юрисдикцией Иркутской области.

Молоко и солярка по одной цене
Анатолий Адамович Зелезинский — глава администрации Тайшетского района. Этого человека трудно назвать кабинетным администратором. Он всегда в разъездах, постоянно мотается по хозяйствам, не считаясь с расстояниями, не дожидаясь приглашений. Его видавший виды уазик известен в районе, пожалуй, даже больше, чем в Москве правительственные лимузины.
— Времена, когда многое, если не все, зависело от трудовых коллективов, к величайшему сожалению, прошли, — признается Анатолий Адамович. — Теперь практически все зависит от руководителя. Кто крутится, тот и имеет положительные результаты.
Сколько в конце восьмидесятых было крепких, добротных хозяйств, и где они теперь? Скот съели, технику пропили, землю бросили... Почему? Потому что литр солярки стоит как литр молока, килограмм удобрений — как булка хлеба. А какие сейчас зарплаты на селе?! Меньше двух тысяч в месяц, да и те получить проблематично. А помощь государства — ее еще заслужить нужно. И отработать по полной, иначе в следующий раз можно остаться и без этой поддержки.
Закрыть нельзя уничтожить
За годы работы в условиях развивающегося капитализма Анатолий Зелезинский усвоил одну малоприятную истину: закрытие любого учреждения, любого производства, пусть даже временное, ведет к его полному разрушению. Восстановить "временно закрытое" просто невозможно.
— Мы как-то закрыли один сельский детский сад. Законсервировали, так сказать. Думали, на сезон. Оказалось, навсегда, потому что за несколько дней здание было полностью разграблено: сначала исчезли шифер и стекла, потом все остальное. Поэтому в деревнях не закрываются школы, где в классах учится по три ученика, остаются детские сады с тремя воспитанниками.
...Дорога из Иркутска в Тайшет неблизкая. Вся она немое подтверждение правоты районного руководителя. Начиная от руин военного городка "имени Джохара Дудаева" в Среднем, что под Усольем, и заканчивая бесконечной чередой развалин бывших ферм, элеваторов, МТС. Мертвые фундаменты, покосившиеся и обвалившиеся крыши. На этом фоне любая новостройка кажется аномалией. И все же в Тайшетском районе сельскохозяйственное строительство идет весьма интенсивно. По меркам сегодняшнего дня, естественно.
"Бросайте вы свой город!"
В деревне Березовке начата реставрация сельской школы. Здание деревянное, построенное еще в шестидесятые годы. Сейчас там ведется капитальный ремонт. Строители обещают основные работы закончить к осени, так что вторую четверть 2004/2005 учебного года сельские ребятишки начнут уже в отремонтированном здании.
Что получается после ремонта, нам довелось увидеть в Старом Акульшете. В прошлом году местная школа была удостоена звания "Образцовое учреждение образования". Огромные окна в классах, где даже в очень пасмурный день нет необходимости включать свет. Удивительно свежий воздух — а разве может быть другой в добротном деревянном доме? Аккуратный пришкольный садик. Цветы в фойе и классах. И характерный, пожалуй, только для сельских школ штрих: на окнах ящики с рассадой. Педагоги и ученики активно участвуют в областных конкурсах, занимают призовые места. В частности, по итогам прошлого года заняли первое место в областной выставке "Урожай-2003", первое место в конкурсе пришкольных участков.
К учителям и врачам на селе отношение особое, уважительное, сохранившееся, наверное, еще с дореволюционных времен. Медицина и образование — верный индикатор жизни и здоровья села. Есть школа, есть больница — село живет. Не удивительно, что местные власти так много внимания уделяют закреплению на селе молодых специалистов. В той же Березовке к приезду нового учителя заканчивают строительство деревянного дома. Горожанам такие площади и не снились: 9х12 м, две большие комнаты, просторная кухня, веранда. В "комплект поставки" входят и все необходимые надворные постройки, в том числе дровяной сарай и стайка для домашних животных. Строят дома для молодых специалистов и в Старом Акульшете, и в Талой...
"Бросайте вы свой город, ребята, перебирайтесь к нам!" Мы не раз слышали подобные приглашения от многих совершенно незнакомых людей. Они по-настоящему любят свою землю, свою малую таежную родину и искренне надеются, что растянувшаяся на десятилетие черная полоса жизни скоро закончится.
Заложники Бирюсы
Село Талая расположено на живописном берегу Бирюсы, неподалеку от места впадения в нее притока — бурного, своенравного Тагула. В день нашего приезда Бирюса была словно разделена на две части: ближе к левому берегу плотным потоком шла полоса ледяной шуги. "Тагул вскрылся, с него несет", — объяснили местные жители. Большие и маленькие льдины скоблили непрочный берег, вода вымывала рыхлую почву. В этом смысле Талая — проблемное село. Наводнения здесь не редкость. А подмывание берегов и вовсе грозит превратиться в настоящую катастрофу. Каждый год река смывает несколько метров территории села. Кое-где вода уже вплотную подобралась к домам. Некогда широкая прибрежная улица местами превратилась в узкую тропинку.
— Надо серьезно укреплять берег. Для этого нужна специальная тяжелая техника, какой у нас нет, — делится своими тревогами Александр Федорович Лущик, директор Тальского межшкольного сельхозпредприятия. — Это миллионные затраты. Нам их не потянуть. Пока все, что мы можем сделать, — это строить недолговечные деревянные укрепления, отсыпанные камнем и щебенкой. Но это сизифов труд. Что построено несколько лет назад, уже разрушается, нужно ремонтировать. А река все ближе к домам подходит. Мы уже давно бьем тревогу. Очень надеемся на помощь областной администрации.
Аттракцион не для слабонервных
В здешних местах люди давно пытаются совладать со своенравной Бирюсой. В расположенной неподалеку деревне Соляной на правом берегу реки до недавних пор располагался процветающий леспромхоз. Там были построены школа, Дом культуры — словом, все объекты соцкультбыта. Для связи с левым берегом еще в далеком 1960-м году литовские строители возвели уникальное инженерное сооружение — настоящий вантовый мост. Правда, деревянный. А дерево, как известно, не самый лучший материал для подобных строений. За сорок с лишним лет опоры покосились, удерживающие их тросы с одной стороны предельно натянулись, с другой — провисли.
Не удивительно, что зимой люди предпочитают ходить по ледовой переправе. Путешествие по мосту можно было бы отнести к экстремальным развлечениям. Но для жителей Соляной это повседневная необходимость. Только они могут рассказать, как страшно идти по шатким доскам, когда внизу по черной, пенящейся воде сплошным потоком несутся льдины, а все сооружение гудит и стонет от тяжелых ударов в ветшающие ледорезы. В некоторых местах мост провис настолько, что от бурлящей внизу воды его отделяют от силы пара метров. А теперь задумайтесь: каждый день по этому мосту ходят люди. Борясь со страхом, стараясь не смотреть вниз. Идут в школу дети — туда и обратно. И первоклашки, и выпускники. Каждый день, раскачиваясь над губительной стремниной.
Нам рассказали, что в прошлом году зимой здесь побывал губернатор Иркутской области Борис Говорин. Тогда Борис Александрович настолько емко и выразительно охарактеризовал состояние моста, что местные жители до сих пор вспоминают об этом. Правда, повторить стесняются. Зато с удовольствием повторяют обещание губернатора в самое ближайшее время выделить средства на ремонт этого уникального памятника деревянного мостостроительства. Сожалеют лишь о том, что Борис Александрович не рискнул пройти по мосту. Но все равно надеются на помощь из областного центра.
О другом обещании губернатора нам рассказала Нина Игнатьевна Симутина, директор школы в селе Талая:
— У нас серьезные проблемы с транспортом. Ребята готовятся к участию в конкурсах, выставках, а добраться до места не на чем. Иногда нас подбирают другие школы, но только если в их автобусе есть места. Когда здесь был Борис Александрович, он пообещал нам машину. Речь шла об уазике, наподобие санитарки. Пока мы ничего не получили. Мы, грешным делом, думаем, что, может быть, губернатор и выделял нам машину, но она просто не дошла... Вы, когда про нас будете писать, пожалуйста, расскажите об этом. Ладно, мы взрослые, мы все понимаем и готовы ждать, сколько надо. Учеников жалко. Они ведь готовятся, душу вкладывают. Как детям в глаза смотреть, когда все их старания идут насмарку только потому, что нам не на чем их отвезти?
Перекресток четырех дорог
Несмотря на занятость, Николай Рудольфович Шрайнер, мэр Тайшета, охотно согласился на интервью и поделился своими взглядами на перспективы и проблемы своего города:
— Наша главная задача сформулирована Президентом России. Это удвоение ВВП. Мы ее можем решить единственным путем — за счет интенсивного экономического развития. Тайшет — это прежде всего мощный транспортный узел, работающий на четыре направления: север, юг, запад, восток. Еще во времена плановой экономики для Тайшета была обеспечена серьезная энергетическая и топливная база, ее мы и пытаемся максимально задействовать сейчас.
Главную прибыль может принести алюминиевое производство. Большие надежды возлагаем на развитие лесоперерабатывающего комплекса. Есть планы наладить производство химико-термомеханической массы, то есть сырья для производства технического картона. Ведутся переговоры по организации газосиликатного производства, которое поможет решить массу строительных вопросов.
Если говорить о дне сегодняшнем, то проблем хватает с лихвой. На первом месте — состояние ЖКХ. Было время, когда у нас зимой замерзали дома и даже целые микрорайоны. Но мы взялись за наведение дисциплины и порядка в коммунальной сфере, и сразу же получили положительные результаты. Минувшая зима прошла без ЧП. Однако никакая дисциплина не поможет заменить старые тепловые и водопроводные сети. Изношенность магистралей составляет более 70 процентов. То есть нужны средства, и немалые, а у города их нет. Нужна государственная поддержка.
В социальной сфере самая больная точка — отсутствие здания Центральной районной больницы. Его строительство было начато еще в начале 90-х гг., но потом заглохло. Сейчас из федерального бюджета выделяют около 2 млн рублей, но это мизерные деньги для такой стройки. Пока наши доктора вынуждены работать в бывших гулаговских постройках барачного типа.
Еще одна острая проблема — наркомания. Перекресток четырех транспортных направлений — это и транзитный пункт наркодилеров. Так что в городе обстановка довольно напряженная. Правда, на мой взгляд, рост наркомании у нас остановился. Поначалу этот вал подмял под себя определенную категорию людей, имевших соответствующие наклонности, а теперь остановился. Здоровая молодежь выберет себе другие ориентиры: образование, спорт, культуру.
О чем говорят на улицах?
Как и в любом российском городе, мнение мэра не всегда совпадает с мнением рядовых граждан. Вот типичные выдержки из разговоров на улице. Отчасти это ответы на простые вопросы, которые задает любой командированный, впервые прибывающий в незнакомый город. Отчасти — на вопросы, заданные после разговора с мэром.
"Столовых вы здесь не найдете. Есть бары и рестораны. На базаре шашлыки и чебуреки можете купить. А так, чтобы дешево покушать... Купите чего-нибудь в магазине да в гостинице приготовьте".
"Музея города у нас нет. Говорят, в какой-то школе кто-то занимается историей города, там поспрашивайте".
"Со спортом у нас туговато. Более-менее нормально живет только школа бокса. Там понятно, для чего ребят готовят. А остальные перебиваются как могут. На голом энтузиазме".
"В нашем доме в подвале частенько собираются нарки и варят какую-то дрянь. Вонь стоит, на первом этаже в квартирах дышать нечем. И по-людски с ними разговаривали, и милицию вызывали — все без толку... Менты, похоже, все прикормлены, нормальных почти не осталось".
Игла для желающих
О наркоманах в Тайшете говорили многие. Врачи, учителя, просто прохожие. С болью, со страхом. Уколотых и обкуренных можно без труда встретить средь бела дня на улицах Тайшета. Как, впрочем, и на улицах Иркутска и других городов области. Но в Иркутске городские власти хотя бы делают вид, что борются с наркоманией (уж простите за "делают вид", но шуму много, а ощутимых результатов пока не видно). Николай Рудольфович Шрайнер считает, что рост наркомании в Тайшете прекратился... Дескать, кто хотел стать наркоманом, тот уже стал им. Странно это, особенно если вспомнить, что уровень смертности среди наркоманов во всем мире невероятно высок. Россия не исключение, скорее наоборот. Так что "прекращение роста" означает всего лишь, что на смену погибшим от дурмана приходят очередные искатели новых ощущений. Сколько умерло, столько и прибыло. Так что, откровенно говоря, особого повода для оптимизма здесь нет.
Странным показалось и то, что в тайшетских киосках, торгующих аудио- и видеопродукцией, кассеты с, мягко говоря, эротическим кино стоят на самых видных местах. Мэр города, похоже, считает эту тему недостойной серьезного внимания, поскольку ни один нормальный взрослый человек такую мерзость смотреть не станет, а детям родители не позволят.
...Наверное, есть задачи более насущные, чем борьба с наркоманией и распространением порнографии. Но в основе больших проблем обычно лежат малые. Алюминиевые и прочие надежды Тайшета будут воплощать в жизнь обычные граждане. И если они будут озабочены новинками порноиндустрии или получением очередной дозы, то ни удвоения ВВП, ни гигантских экономических рывков не получится.
Бои мясного значения
Еще совсем недавно на карте предприятий Иркутской области можно было найти Тайшетский мясокомбинат. В годы постперестроечной неразберихи он работал, вернее выживал, только потому, что был на балансе гидролизного завода. Но и на гидролизном начались проблемы, содержать мясокомбинат стало в обузу. Два года назад комбинат закрыли.
Сейчас он больше напоминает развалины времен Второй мировой войны. Издали (да и вблизи тоже) кажется, что по этому предприятию отработали бомбардировщики или тяжелая артиллерия безжалостного врага.
Говорят, после того как с комбината сняли охрану, не прошло и месяца, как он приобрел свой нынешний разбомбленный вид. В ходе грабительских "боев" были и жертвы. Кого-то придавило рухнувшей стеной, кто-то попал под упавшую балку.
Сельские жители не раз говорили о том, что вполне могли бы обеспечить мясом Тайшет, да и весь район, будь здесь свой мясокомбинат. Может и смогли бы. Да только сейчас об этом говорить поздно. Наверное, мелкие колбасные заводики и коптильни когда-нибудь решат задачу переработки местного мяса. Но их еще нужно построить. А пока на тайшетских прилавках в основном лежит мясная продукция из соседнего Красноярского края.

Метки:
baikalpress_id:  1 237