Сибирские фальшивомонетчики

Краткая история подделок и фальшивок

Россия приступила к выпуску бумажных денежных знаков в 1779 году. С их появлением возникло и фальшивомонетничество, что было характерно для любой страны и любого строя. Уже тогда, в XVIII веке, подделка ассигнаций строго каралась по закону, а фальшивомонетчиков подвергали экзекуции по-русски: секли кнутом, рвали ноздри и навечно ссылали на каторжные работы. Но несмотря на это, появление поддельных купюр в пределах нашего отечества было делом распространенным. Правительство шло на то, чтобы изменять внешний вид ассигнаций, выпускало новые. Старые сжигались на площади перед Сенатом публично.

Читинское дело: следы привели в Париж и Ниццу
В числе многих историй, связанных с подделкой бумажных денежных знаков, особняком стоит так называемое читинское дело, которое интересно не только размерами (фальшивые деньги практически не отличались от подлинных и наводнили всю страну, в том числе и наш город), но и рассказывает о широких связях сибиряков с европейскими городами. Весной 1912 года Кредитная канцелярия известила полицию, что в обращении появились фальшивые сторублевки. Когда руководитель Московского уголовного розыска царской России А.Ф.Кошко получил образцы фальшивок, то был поражен их совершенством. С одной из сторублевок Кошко пошел в Московский купеческий банк. Кассир внимательно посмотрел банкноту и принялся отсчитывать разменные деньги. Только когда посетитель показал удостоверение и объяснился, кассир схватился за голову.
Тем временем сообщения о фальшивых сторублевках стали поступать из разных концов страны. Из Иркутска тоже. Кошко разослал по всем сыскным отделениям Империи необходимые указания. Но особых сведений не поступало. Только из Читы пришло донесение, что шесть месяцев назад бежали два заключенных, приговоренных к длительному сроку за подделки 5- и 10-рублевых банкнот. Чуть позже пришло еще одно донесение из Читы — о трех братьях, местных золотопромышленниках, богатых староверах, пользующихся всеобщим уважением. Живут замкнуто, улик против них нет никаких, но младший брат часто ездит в Париж. После его возвращения поддельные кредитки наводняют край. Это сообщение долгое время ничем не подтверждалось. Но вот один из братьев засобирался в Париж. Слежка ничего не дала, разве только сыщиков удивило, что подозреваемый посетил оперу. Затем он побывал в лавке на окраине города, где продавались дорожные принадлежности. И исчез. Через неделю появился в гостинице с каким-то свертком и снова посетил лавку. Позже лавочник показал, что посетитель приобрел чемодан с двойным дном. Подозреваемый же отбыл на поезде в Россию. Как только он пересек границу, его арестовали. В чемодане арестованного находились 300 000 фальшивых сторублевок. Сумма по тем временам огромная. Обыск на читинской квартире арестованного ничего не дал, а сам он от всего отказывался. Два месяца спустя арестант смог передать из тюрьмы письмо, адресованное в Париж. Там была слежка за домом-адресатом, и вскоре в нем были арестованы бежавшие ранее из читинской тюрьмы каторжники. Как выяснилось при допросе, золотопромышленник помог им бежать из тюрьмы и благополучно переправил в Ниццу. Там для них были приобретены материалы для подделки бумажных денег. Когда они изготовили последнюю партию денег и переехали в Париж, их арестовали.
Колбасный король Иркутска — отпетый фальшивомонетчик
В Государственном архиве Иркутской области хранится дело о фальшивомонетничестве, связанное с Иркутском. Люди, о которых идет речь, очень состоятельны. Кто пользовался дореволюционной литературой, изданной в нашем городе, знает, что во многих изданиях на обложках помещена реклама колбасных изделий Эйхлера. Это был очень богатый и влиятельный человек, и не только в Иркутске, что и сказалось на исходе дела, которое закончилось ничем. В 1914 году в сибирских газетах появилось сообщение об аресте фальшивомонетчиков, в том числе владельца крупнейшей колбасной фабрики в Иркутске Эйхлера, мясоторговцев Кринкевича, Винтовкина, фотографа Горшкова и других. Выходило, что названные лица изготовляли фальшивые кредитные билеты и затем сбывали их, главным образом в Монголию, при закупке скота. Полиция произвела обыск и обнаружила кредиток на 30 тысяч рублей, а у Эйхлера — аппарат для изготовления этих кредиток и необходимые материалы.
Управляющий Новониколаевским (Новосибирским) отделением Государственного банка пишет в Иркутск очень взволнованный запрос о фактах участия иркутских купцов Винтовкина и Кринкевича в сбыте фальшивых кредитных билетов. Он пишет, что сведения эти ему крайне необходимы, так как векселя названных лиц неоднократно представлялись к учету в Новониколаевское отделение госбанка. Управляющий Иркутским отделением Госбанка в ответе пишет: "Дело это возбуждено было местным губернским жандармским управлением в охранном порядке, но прокурор за отсутствием улик дело прекратил, 27 июня я официально запрашивал по этому делу начальника Иркутского губернского жандармского управления, но ответа пока на получил. По мнению лиц местного торгово-промышленного класса, для привлечения Кринкевича, Винтовкина и других в фабрикации и сбыте фальшивых монет оснований никаких не было".
Большевистские и колчаковские фальшивки
Много свидетельств сохранилось о фальшивомонетничестве периода Гражданской войны. В 1918 году в ставке Булак-Балаховича в Пскове печатались "керенки". Сначала в особой комнате гостиницы, а затем в районной комендатуре. В преступную организацию входили все видные члены ставки. Объяснение было простым — мол, деньги нужны для армии. На самом деле они пускались на кутежи. Деньги распространялись по деревням. Идея их выпуска принадлежала штабу генерала Родзянко. Маловероятно, что именно эти поддельные керенки имели хождение здесь, в Сибири, но при обмене денег во времена Колчака фальшивок было много. Правительство Колчака сочиняло листовки по поводу обмена керенок. Оно упрекало большевиков, что те наводнили страну фальшивыми деньгами. При обмене керенок Иркутским отделением Госбанка в 1919 году выявилось очень много фальшивых денег. В каждой партии денег, предоставляемых для обмена, были фальшивые купюры.
В Государственном архиве Иркутской области хранится документ, который составлен в Иркутском отделении Госбанка, о том, "что при пересчете присланных казначейских знаков Киренским казначейством при ведомости от 6 июля сего года за N 1808 на сумму 584 540 рублей оказались фальшивыми 10 листов 20 р. достоинства и 2 листа 40 р. достоинства, всего на сумму 280 рублей". Первый этап обмена керенок закончился 15 июня, а поступление фальшивых денежных знаков все продолжалось.
В июле 1919 года Иркутское отделение Госбанка, уведомляя Олонское кредитное товарищество в получении казначейских знаков на 380 рублей, сообщает, что из упомянутой суммы 300 рублей оказались фальшивыми. И таких примеров можно привести множество.
Фальшивки новейшего времени
Закончилась Гражданская война. В стране установилась стабильная денежная система. До начала перестройки у нас, как известно, данные о фальшивомонетничестве не публиковались. Если не брать во внимание два-три года после Великой Отечественной войны, можно считать, что фальшивомонетничество находилось на достаточно низком уровне. Если в обороте и появлялись кустарно изготовленные знаки, их быстро вылавливали.
В Иркутске около тридцати лет назад небольшая группа людей изготовила клише и печатала 5-рублевые купюры. Поиски были длительными, тщательными, но фальшивомонетчиков не находили. На помощь пришли экстрасенсы. Точно был описан дом на берегу Ангары, где изготовлялись деньги. На момент ареста преступной группы клише уже было унесено ангарской водой. В Иркутском областном краеведческом музее хранится одна, скажем прямо, необычная коллекция, которую собрала главный специалист отдела современной истории Е.В.Прядко. Эта коллекция характеризует работу милиции по борьбе с фальшивомонетничеством в Иркутской области. Вещественные доказательства борьбы с преступностью представлены 36 предметами, полученными в УБХСС УВД Иркутского облисполкома в 1990 году. Здесь и фальшивое водительское удостоверение с талоном предупреждений, изготовленное преступником Рукавишниковым в 1989 году, и забытые уже нами талоны на приобретение винно-водочных изделий в 1990 году, и такие же талоны для Ангарска, напечатанные в Иркутске, и клише для изготовления талонов на покупку дефицитных товаров профкома ИркАЗа, и клише для печатания фальшивых талонов на покупку колбасы в городе Ангарске.
Но предмет нашего разговора — фальшивые денежные знаки, и, конечно, в коллекции их не мало. Здесь представлены не только фальшивые денежные знаки достоинством в 1 рубль 1989 года, но и фальшивые юбилейные рублевые монеты в честь 60-летия Великого Октября и московской Олимпиады-80, а также клише для их изготовления. Фальшивые денежные знаки представлены фотокопиями. Здесь чеки Внешторгбанка СССР за 1989 год и денежные знаки в 500 рублей 1989 года, 10 рублей 1989 года, 50 рублей 1990 года, 25 рублей 1990 года и 3 рубля 1990 года. Не переводятся мошенники, которые вместо пачки денег вручали при сделке так называемую куклу. В коллекции музея представлены 10-рублевая и 50-рублевая куклы. Все эти необычные предметы экспонировались в музее в 1990 году и привлекли внимание посетителей.
На этом можно было бы закончить обзор коллекции, но 4 апреля 1997 года в кассу музея от посетителя поступил денежный знак в 5000 рублей, который при сдаче денег в банк был признан фальшивым и пополнил коллекцию музея. История фальшивомонетничества продолжается.

Метки:
baikalpress_id:  20 733