Иркутяне лишаются муниципального жилья

Отъем у населения неприватизированного жилья, похоже, входит у властей в привычку

"Мой сын погиб, а меня выгоняют из квартиры"
— Моего девятнадцатилетнего сына нашли мертвым рядом с корпусом областной больницы. Милиция считает, что он сам сбросился с крыши. В это не верит ни один человек, знавший Артема. Я считаю, его убили. Из-за квартиры.
Сделать такие серьезные выводы Светлана Репина, мать погибшего, была вынуждена после того, как столкнулась с чередой непонятных обстоятельств. Точкой в этой череде стал судебный иск о выселении, который был предъявлен ей вскоре после трагической гибели сына.
Исчезновение
...Артем пропал, когда вышел вечером покурить на лестничную площадку. К нему зашел поговорить его малолетний приятель Коля. С 13-летним Колей, мальчиком из неблагополучной семьи, Артем сдружился, несмотря на разницу в возрасте, помогал ему.
{Труп еще не опознали, а в квартиру Светланы уже пришли представители домоуправления.}
— Артем вообще был на редкость добрым малым. А с Колей он много лет дружил. Коля ночевал у Репиных, Артем ему одежду отдавал, — рассказывает Татьяна Шмаракова, мама одноклассницы и подруги Артема, а теперь доверенное лицо его матери.
...Ни в субботу, ни в воскресенье Артем не объявился. Родственники искали его по больницам и милициям. Матери позвонили только вечером в воскресенье. Сказали: приезжайте, посмотрите, по одежде похож на вашего. Окончательное опознание проводилось через три дня, в среду.
А за два дня до опознания, утром в понедельник, домой к Репиным пришли странные визитеры: паспортистка и слесарь из ЖЭКа.
— Соседям сказали, что Артем потерялся, и выспрашивали, кто еще живет в квартире. Спрашивали, нормальная ли я, не пью ли. С сестрой моей, которая была дома, беседовали. Хотели опечатать квартиру.
До сих пор покоя матери не дает вопрос: откуда в РЭУ знали, что Артем пропал? Ведь документов у покойника не нашли и опознание еще не было произведено. Светлана и ее доверенное лицо Татьяна Шмаракова задавали этот вопрос в РЭУ. Ответ получили невнятный.
— Сначала нам сказали, что сообщили из морга. Потом — что из милиции. Но ведь труп еще не опознали!
Всем известно, что домоуправление обычно узнает о смерти кого-либо из жильцов последним. За доказательствами далеко ходить не надо. По спискам избирателей всегда проходит масса покойников. А бабушка Артема, умершая три года назад, так и числится до сих пор проживающей в квартире.
В самоубийство никто не верит
Через два дня после опознания Артема хоронили. На вынос пришло больше двухсот человек.
— Ничто не предвещало такого конца. Он не страдал одиночеством и был открытым человеком, — Татьяна Шмаракова знала парня с детства.
Мать, с которой он доверительно общался с трудом переживает случившееся:
— В школе Артем учился очень хорошо. Закончил музыкальную школу. В последнее время занимался сноубордом в Байкалсерфклубе. Очень было много у него друзей...
Но никто из друзей не смог (или не захотел) сказать, как парень оказался лежащим на снегу возле третьего корпуса областной больницы. Труп с изуродованным лицом — все, что осталось от единственного сына Светланы Репиной.
Милиция, а вслед и прокуратуры разных уровней, куда Светлана носила свои заявления с просьбой возбудить уголовное дело, дали ответ решительный и однозначный: самоубийство.
— Но знаете, когда мы его осматривали, на теле никаких переломов не было. Я каждую косточку прощупала, все на месте. Только лицо...
В акте сказано, что умер от ЧМТ, и больше ничего.
Светлана и Татьяна вызвали телевидение, все вместе выезжали к областной больнице. И убедились, что пробраться на крышу корпуса крайне сложно.
— Там все завалено мусором и висит огромный замок, открыть который в два часа ночи, имея намерение кинуться с крыши, бред. Да и охранники утверждают, что попасть на крышу практически невозможно.
{ "Участковый сказал, что дело темное... А за что Артема еще убивать? Мальчик хороший, и взять нечего, кроме квартиры".}
Преследование РЭУ
Домоуправление интереса к квартире не теряло. Представители во главе с самим начальником явились за день до похорон. Но разговаривать не стали — было очень много народу.
Через пять дней они вернулись снова. И стали требовать свидетельство о смерти, чтобы немедленно выписать умершего.
Светлана и Татьяна, обеспокоенные "преследованием" РЭУ, решили побеседовать с начальницей вышеозначенной организации.
— Я к этому времени стала серьезно опасаться, что меня вдобавок ко всему выкинут на улицу, и хотела подать документы на прописку. Но меня не прописали — на том основании, что я, мать, не являюсь членом семьи своего сына и не проживала по данному адресу. Начальница РЭУ Ольга Спиридоновна пообещала, что выселять будет с милицией. В итоге администрация Свердловского района подала в суд на выселение. В исковом заявлении написали, что я самовольно вселилась в квартиру, когда сын умер.
Теперь Светлане Репиной, недавно потерявшей сына, предстоит печальная перспектива остаться фактически бомжем. В том, что это возможно, сомневаться не приходится. Ведь официально прописка у нее есть — на улице Седова, в полуподвале неблагоустроенной деревяшки, предназначенной под снос. Там давно никто не живет.
Кто заселяется в освобожденные квартиры?
Родные и друзья семьи Репиных считают, что в деле замешаны и РЭУ и милиция. Ясное дело — и для милиции жилья не хватает, и для работников администрации. И решить все можно справедливым российским судом. Естественно, огульные обвинения хоть со страниц газеты, хоть со слов родственников должны всячески порицаться. Но что делать с тенденцией, заставляющей думать так, а не иначе?..
Соседи из ближайших домов припоминают не один случай, когда родственники умерших граждан в законном, то бишь в судебном порядке лишались права на муниципальное жилье. Взять, например, дом N 4.
Проживала здесь не так давно тетя Галя, у которой было не все в порядке с головой. Когда она умерла, приезжала милиция, что-то искала. Брат Галины хотел квартиру отсудить, но ордер куда-то запропастился.
— Милиция наверняка ордер нашла. Теперь в этой квартире милиционеры живут.
В соседней квартире проживал мужчина с Севера. Когда он умер, приезжал его сын, но ничего сделать не смог. В квартире живут работники милиции.
В соседнем подъезде лет пять назад проживала лишенная родительских прав женщина. Двое ее детей росли в детдоме. Когда дети выросли и попробовали заявить свои права на квартиру, их вещи выкинули на улицу. Живут в квартире опять же работники милиции.
Что, скажите, остается думать гражданам при таком вот раскладе?..
Пенсионерку выселили по иску администрации
Для того чтобы читателю не казалось, будто дело о смерти Артема Репина и выселении его матери — частный случай и скорее совпадение, чем тенденция, мы приведем еще один — настолько же частный — случай.
В том же Свердловском районе, на территории РЭУ "Приморский" (совсем недалеко от РЭУ "Юбилейный"), на ул. Академической проживала пенсионерка Валентина Евсюкова с неблагополучным племянником. Племянник баловался наркотиками, не работал. Она опекала его, кормила. Жила, так сказать, на два дома.
Однажды, в ноябре 2002 года, Валентина Георгиевна ушла на работу (она работала посуточно), а через два дня ей сообщили что племянник умер.
— Он был совершенно нормальным, когда я уходила... В морге мне не хотели показывать труп, вынесли в целлофане, сказали, что труп разложился.
Но сначала пенсионерка просто смирилась с мыслью о смерти и во всякие подробности вдаваться не стала. А вот когда ее по решению суда выселили из квартиры, начала припоминать детали, которые наросли в целый ком вопросов, на которые она не нашла ответа.
Например, как за такое незначительное время труп успел разложиться? Кто в квартире племянника, пока он был в милиции (его время от времени задерживали на некоторое время), поставил железную дверь, решетки и т.д.?
Гражданка Евсюкова много жаловалась — в самые разные инстанции. Ведь в ордер на квартиру она вписана. И жила там вместе с мужем некоторое время. И даже Бог бы с ней, с этой племянниковой квартирой, если бы не тяжелые жилищные условия у племянницы: сестра умершего, с тремя детьми и мужем-туберкулезником проживала в одной комнатке в бараке в Иркутске II. Племянница выписалась из той самой спорной квартиры из-за беспокойного брата.
— Я пошла прописываться после смерти племянника и по требованию РЭУ погасила большую задолженность (все родственники деньги собирали), у меня взяли документы. А потом прописывать отказались. Сказано было, что квартира бесхозная.
Я подала в суд, а они встречный иск на выселение, подписанный главой Свердловского округа Воронцовым. Мотив — согласно статье 89 ЖК (на основании того, что есть жилплощадь в Ново-Ленино, приватизированная на мое имя), выселить без предоставления другого жилья.
...В итоге квартира отошла администрации. Валентина Евсюкова пыталась защитить свои права, обратившись в Комиссию по правам человека.
— Они сказали: имеете право на жилье. Но я уже не знаю, на что я реально имею право. Ни на что, наверное...

Метки:
baikalpress_id:  20 337
Загрузка...