Семья нашлась спустя 77 лет

После долгих, бесплодных поисков иркутянин Владимир Мельников отыскал своих родственников в Казахстане

Владимир Мельников не привык рассказывать о своей непростой судьбе. Все прожитые годы уместились лишь в единственной фразе, которую он с горечью произнес при нашей встрече: «Жизнь вредная была. Потому что одинокая…» После смерти мамы и исчезновения отца семилетнего мальчика разлучили с братом и сестрой, отдав его в детдом. Он пережил Великую Отечественную войну, многие годы скитался по городам и весям, не теряя надежды на то, что его родные отыщутся, и сам прилагал отчаянные усилия, чтобы их найти. Однако с каждым годом надежда угасала. И когда Владимир Иванович уже махнул рукой, смирившись с тем, что его ожидает одинокая старость, неожиданная весть, как гром, поразила его: в далеком Казахстане спустя 77 лет нашлись его кровные родственники, о которых он так долго мечтал. Эта новость буквально окрылила его, и теперь его единственное желание — увидеться и крепко обнять близких людей, которых судьба так неожиданно преподнесла ему на склоне лет.

Китаец Ко-Фа

Владимир Мельников вот уже 16 лет живет в Ново-Ленинском доме-интернате для престарелых и инвалидов. Все его имущество, нажитое за годы скитаний, уместилось в одной комнате. Каждый день стал для него однообразным и монотонным: неспешная прогулка по территории учреждения, просмотр телевизора, созерцание мира из окна комнаты и бесконечные размышления. Впрочем, даже сейчас, в 84 года, он все еще подумывает о том, чтобы найти применение своим трудолюбивым рукам — работать плотником или каменщиком. Сидеть на одном месте он просто не привык. Беспокойная, суетная жизнь заставила его с малых лет быть самостоятельным и в одиночку бороться за место под солнцем.

О своем детстве Владимир Иванович помнит немногое. В ту пору его звали совершенно иначе — Юрий Ко-Фа, и по происхождению он китаец. О своих предках он ничего не знает, поскольку родителей потерял рано и спрашивать о своей родословной было просто не у кого. Его воспоминания начинаются с того времени как они жили в Чите. Юрий был средним ребенком в семье. Сестра Галина была старше на год, а братишка Витя младше на 5—6 лет. Маленький Юра смутно помнит, кем работали его родители, но точно знает, что мама трудилась на железной дороге, а папа постоянно уезжал из дома на три-четыре дня. Когда возвращался, привозил много мяса, из которого взрослые затем делали колбасу.

— Я только помню, как ее развешивали у нас дома от одной стенки к другой. Колбаса была длинная. Ее натягивали, как веревку, и цепляли, кажется, за гвоздики. Затем папа увозил ее продавать. Для нас мама из этого же мяса готовила пельмени. Она работала на железной дороге. Жили мы тогда хорошо, дружно. Родители нас очень любили, — рассказывает Мельников-Ко-Фа.

Вот только счастье длилось недолго. В 1937—1939 годах для семьи настали самые тяжелые времена: сначала заболела и умерла мама, а затем и отца забрали неизвестно куда. Трое детей в одночасье оказались сиротами. Из Москвы к ним приехала тетя Груша, родная сестра мамы. Она забрала ребятишек с собой. Однако по дороге, проезжая через Иркутск, она отдала младшего, Витю, чужим людям на усыновление. И брат с сестрой остались вдвоем, но совсем ненадолго. Как только они прибыли в столицу, тетя определила Юру в детский дом в Москве, откуда его передали в Калининскую область. Там его и нарекли Владимиром Ивановичем Мельниковым.

Галю тетка взяла к себе. С тех пор мальчик не видел свою сестру. Незадолго до войны он получил от нее единственное письмо, в котором она рассказывала, что пошла в школу. Там же был указан и ее адрес. Правда, сохранить его Юре не удалось, о чем он жалеет до сих пор. Это была единственная ниточка, которая связывала его с родственниками.

Прятался среди бревен

Когда началась война, детей из детдома начали отправлять в Татарстан. Вместе с остальными ребятишками Юру посадили в поезд и отправили в долгий путь. Однако, не доезжая до Калинина, их эшелон попал под обстрел немецкого самолета. Этот момент жизни маленький Юрий запомнил совершенно отчетливо, поскольку все боевые действия разворачивались у него на глазах и вселяли ужас. Были уничтожены вагоны с продуктами, продовольствием. Дети и воспитатели молились о своем спасении.

— Поезд был маленький, и мы находились в прицепном вагоне. Помню, как он толкался по рельсам и пыхтел, чтобы немецкие снаряды не попали в нас. Мы катались туда-сюда. Было очень страшно, — вспоминает дедушка. — Затем прилетели наши истребители и угнали его. Один из них сопровождал нас до Калинина.

После этой жуткой поездки детей на станции отвели в столовую, накормили манной кашей с молоком и посадили на пароход. Теперь путешествие продолжилось по Волге. Следующая остановка произошла в городе Титюши, где их посадили на обоз, запряженный быками, и отправили уже в конечный пункт назначения, татарскую деревню Старые Юмралы, в детский дом № 2. Там мальчик и провел все военные годы. Старших ребят отправляли на фронт, а младшие должны были помогать в местном колхозе. Они вручную пололи рожь, пшеницу, картофель, а взамен их столовую снабжали продуктами. 

По словам Владимира Ивановича, школа там была совсем плохая — не было ни ручек, ни бумаги, ни книг. Кроме того, деревня была татарская, где все разговаривали лишь на своем языке. В том числе и школьные учителя. У русских детей был свой класс, но воспитатели, которые приехали вместе с ними, могли им дать только общие знания: как писать, читать и считать. Постепенно детдомовские ребятишки освоились и стали говорить на татарском. Пели их песни, общались. Однако Юра так и не нашел среди сверстников близких друзей. Он жил лишь воспоминаниями о родных.

С 14 лет он начал сбегать из детдома. Мальчик во что бы то ни стало хотел найти свою сестру. По его предположениям, после начала войны тетка с Галей перебралась вновь в Читу, и он стал рваться туда. Однако каждый раз его ловила милиция и вновь доставляла в детдом. Один раз ему удалось без билета добраться почти до границы с Башкирией. На станциях, чтобы его не схватили стражи порядка, он прятался в товарных поездах.

— Я был маленьким, худеньким, прятался между бревнами и ждал, когда поезд тронется. Есть было нечего, поэтому я был постоянно голодный, а высовываться лишний раз не хотелось. Чтобы не замерзнуть ночью, я забивался в какой-нибудь темный уголок и там, сжавшись, ночевал. Для меня было главным найти свою Галю, — со слезами рассказывает Владимир Иванович.

Однако мальчику так и не удалось уйти от представителей правопорядка. После трех-четырех дней скитания его обнаружили и вернули в детдом. Там решили принять к мальчику жесткие меры. Раздели догола, завернули в простыню и поставили в угол, где он простоял длительное время. Следить за ним стали строже, поэтому попытки сбежать становились реже.

Сестра боялась искать

Через два года, в 16 лет, его отправили учиться в Казань — в профессиональное училище, на фабрично-заводское отделение. Там он освоил ремесло маляра. После войны началось бурное строительство, поэтому рабочие руки требовались повсеместно. Особым спросом пользовались плотники, каменщики, столяры. Все эти премудрости Владимир также освоил. В 18 лет он ушел в армию, три года прослужил в сухопутных войсках и после окончания службы уехал на стройку в Ангарск. Своего угла у Владимира Ивановича так и не появилось, поэтому несколько лет он прожил в рабочих общежитиях.

В 1957 году по воле судьбы его закинуло на целину в Казахстан, в совхоз имени Джамбула, где занимались выращиванием зерновых и кормовых культур. Сейчас для Владимира Мельникова это место стало иметь особое значение. Ведь, как выяснилось, в то же время совсем неподалеку от него, в Северном Казахстане, в городе Кустанае (сейчас Костанай), находилась его родная сестра. Судьба сыграла с ними злую шутку. Ведь Галина также мечтала найти своих братьев, но открыто разыскивать их она боялась. Во времена сталинского режима ее сослали в Казахстан из-за того, что она отказалась менять свою фамилию, и строго-настрого запретили искать родных. Она переживала, что своими поисками она может причинить вред братьям, и только спустя годы, перед самой смертью, она слезно и настойчиво просила свою дочь Елену найти их родных.

«Он стал чаще улыбаться»

Владимир Иванович пробыл в Казахстане недолго и осел в Бурятии, в селе Кырен. Там он женился и воспитывал двух детей жены. Работал кочегаром, сторожем, пожарным. После 22 лет совместной жизни жена умерла, а Владимир Мельников перебрался в Иркутск. Работал на заводе Куйбышева, а после выхода на пенсию его устроили в дом-интернат для престарелых и инвалидов. Там он также не сидел без дела, трудился сторожем и подсобным рабочим. Дедушка уже практически отчаялся найти своих близких, ведь прошло более 70 лет, и в качестве последней надежды в 2011 году обратился к библиотекарю интерната Инге Добрыниной. Та в свою очередь обратилась за помощью в программу «Жди меня».

— Шли дни, месяцы ожидания... Ждали и надеялись. И чудо свершилось спустя пять лет — мне позвонили с программы и сообщили, что на их запрос пришел отклик из Казахстана, из города Костаная. Нашего дорогого Владимира Ивановича нашла дочка его сестры Галины — Елена Ко-Фа, а также ее семья. По последней просьбе мамы она искала ее братьев. Я связалась с ней по скайпу, чтобы удостовериться, что это действительно родственница нашего дедушки. Когда я увидела ее, все сомнения сразу отпали. У Елены и Владимира Ивановича схожие черты лица. Мы обе не могли поверить, что настоящее чудо свершилось. И теперь самым волнительным для меня было сообщать эту счастливую новость ему. Я очень переживала за его эмоциональное состояние, но, слава богу, все обошлось. Если бы вы видели, как лицо Владимира Ивановича светилось от радости! Весь день он всем рассказывал, что теперь у него есть семья. Он стал чаще улыбаться, появился уверенный шаг при ходьбе. Теперь у него есть смысл жить и радоваться, — рассказала Инга Добрынина.

Владимир Иванович через скайп познакомился с племянницей, ее дочерью и сыном, внучкой Камиллой. Конечно, в первую очередь они говорили о родителях Владимира Мельникова, об их судьбе, о сталинском режиме, который разлучил их на долгие годы. Елена рассказала о том, что ее мама Галина работала закройщицей. После маминой смерти ее и брата Алексея отдали в детский дом. Выпустившись оттуда, она работала швеей на фабрике «Большевичка», жила в общежитии. Вышла замуж, родила двоих детей, но с мужем разошлась и воспитывала их одна. Сейчас Елена работает швеей на заводе по пошиву полипропиленовых мешков. Ее брат Алексей рано ушел из жизни… Теперь, после воссоединения, счастливые родственники пишут друг другу письма, отправляют гостинцы. Владимир Иванович очень хочет навестить своих долгожданных родственников, наконец-то обнять их и провести хоть какое-то время вместе. Однако эта поездка для обеих сторон слишком дорогостоящая, но они надеются, что найдут выход, ведь не зря же, пусть и 77 лет спустя, они нашли друг друга.

Кроме того, Владимир Мельников решил подать документы на реабилитацию своего отца, репрессированного в 1937—1939 годах, и, конечно же, попытается найти своего младшего брата — Виктора Ко-Фа.

Возможно, он не уезжал из Иркутска, по-прежнему находится где-то совсем рядом и так же, как и его старшие брат и сестра, ищет своих родных.

Метки: Жизнь, Иркутск
Загрузка...