С первых дней — темнота

Только с помощью операции маленькой ангарчанке Софье Байдалиной можно вернуть зрение

Соне всего 8 месяцев, и живет она среди любящих ее людей — мамы, бабушки и двух братьев,которым 10 и 7 лет. Рождение девочки было большим подарком для ее мамы Анны, но оно же стало и самым большим испытанием в жизни женщины. Софья появилась на свет глубоко недоношенной — в возрасте всего 25 недель. Без помощи медиков малышка не смогла бы выжить, врачи сделали все, чтобы сохранить ей жизнь. Увы, без последствий не обошлось: из-за избытка кислорода, который применяли для искусственной вентиляции легких, у младенца началось отслоение сетчатки глаз. Сегодня Софья живет в полной темноте — она не видит даже света. Однако еще есть шанс вернуть ей зрение, но только сделав операцию.

Удивительный ребенок

— Я никогда не мечтала стать многодетной мамой, — с улыбкой, не теряя оптимизма, говорит Анна Байдалина. — Но мне всегда хотелось девочку. Можно сказать, что к этому я шла целых 10 лет. Сначала родила Данилу — ему сейчас 10 лет, потом появился Федор, ему семь. И вот наконец сбылась моя мечта — родилась Софа.

Анна — коренная ангарчанка. Ей было всего 19 лет, когда она впервые стала мамой. С отцом своих мальчишек она развелась, когда младшему едва исполнилось два года. Женщина говорит, что никогда ни за кого не держалась, со всеми жизненными трудностями справлялась сама. К тому же ей помогала мама, Ирина Петровна, да и старший, Данила, очень быстро взял на себя роль помощника. Он, например, любил нянчиться с братиком, а теперь сестричка узнает его по прикосновениям.

Со своим вторым мужем Анна познакомилась шесть лет назад. Когда стало известно, что Анна беременна, для всех, в том числе и для ее избранника, это была радостная новость. Проблемы начались через 11 недель: у Анны резко подскочило давление, и началась отслойка плаценты.

— На сроке в 14 недель меня положили в больницу на сохранение, — рассказывает Анна. — Последние три недели счет шел на дни: врачи сохраняли мою беременность до последней минуты, тянули, чтобы ребенок подрос как можно больше.

В итоге датой рождения маленькой Софьи стало 8 июня — в этот день она родилась с помощью кесарева сечения. Больше тянуть было нельзя, иначе был риск, что ее мама умрет от большой кровопотери. Сама же малышка была развита в соответствии со своим возрастом: родилась она, когда ей было всего лишь 25 недель, а весила 770 граммов. Малышку перевезли в Иркутский перинатальный центр, где шансов выжить у нее было гораздо больше. Несмотря на то, что она уже могла сама дышать, врачи подстраховались — положили в кувез, подключив искусственную вентиляцию легких. Здесь девочка провела следующие два месяца своей жизни под наблюдением врачей.

— Все это время врачи говорили, что Софа — удивительный ребенок, — продолжает рассказ Анна. — На самом деле у недоношенных детей очень много проблем со здоровьем — и с нервной системой, и со слухом, и с желудком. А у моей кровиночки один раз только было воспаление легких, ей сделали переливание крови. Но это вообще ерунда по сравнению с тем, что могло быть.

Впрочем, на тот момент Софье еще не поставили диагноз — ретинопатия обоих глаз. На самом деле угроза появления ретинопатии существует у всех недоношенных детей. Из-за того, что сосуды глазного дна к моменту рождения недоношенного ребенка не успевают закончить свое формирование, сетчатка начинает отслаиваться, происходит ее постепенная замена рубцовой тканью. Ребенок в результате становится слепым.

— Уже позднее я узнала, что установлена связь между нарушением роста сосудов сетчатки и высокой концентрацией кислорода в кувезах, — говорит Анна. — Софьи же давали кислород постоянно, а окулист осматривал ее лишь каждые три дня. Шел уже третий месяц, когда мне сообщили: ночью у дочки резко началась третья стадия ретинопатии. Куда девались первая и вторая — я так и не поняла.
Девочке тут же сделали две операции — одну за другой. Но это не помогло.

— Когда меня пустили к Софе после операций, я увидела, что моя девочка лежит в палате при ярком солнечном свете, а глазки ничем не защищены, — возмущается Анна. — И уже на следующий день, с гноящимися глазами и капитальной отслойкой сетчатки, мне отдали дочку на руки с рекомендацией отправиться на лечение в Калужский филиал МНТК. Оказалось, что в Иркутске нет специалистов и оборудования, чтобы лечить недоношенных детей с ретинопатией.

Учитесь жить в темноте?

Правда, еще предстояло добиться направления в Калужский МНТК: то ребенка не было в списках на квоту, то документов не хватало. Нужно было найти деньги на дорогу. Для этого Ирине Петровне, бабушке Софьи, пришлось взять кредит на 100 тысяч рублей. Поехали уже в ноябре, втроем — Анна, Софья и 10-летний Данил в качестве помощника. Бабушка осталась с младшим, Федором, а отец малышки ушел из семьи еще в сентябре.

— Он просто сказал: «У меня нет денег на операции», — горько усмехается Анна. — Тут мне стало понятно, что ребенок-инвалид никому, кроме мамы, не нужен.

Увы, в Калуге ее ждал неутешительный диагноз. Оказалось, что у Софьи уже практически неизлечимая пятая стадия ретинопатии с воронкообразной отслойкой сетчатки. Но хуже всего было узнать, что болезнь смогли бы остановить на более ранней стадии, если бы приехали в эту больницу вовремя.

— Я рыдала, успокоиться не могла, а врачи говорили: учите ребенка жить вслепую, — вспоминает Анна ужасные минуты. — С такой стадией, мол, ничем не поможешь. И действительно, карие до этого глаза Софьи уже стали голубеть — можно было наблюдать, как сетчатка отходила. Они и сейчас становятся все светлее и светлее...

И все-таки Анна не хотела сдаваться. К тому же врачи сами советовали оперировать глаза хотя бы для того, чтобы сохранить их, иначе они перестанут расти, и тогда веки у девочки просто срастутся. Безутешная мать стала сама искать разные клиники по всему миру: отправляла запросы в Германию, Израиль. Но в Германии, оказалось, тоже нет таких специалистов, а в Израиле просят за операцию на одном глазу 16 тысяч долларов. Уже в январе Анна обратилась к Олегу Дискаленко, детскому хирургу-офтальмологу, заведующему отделением микрохирургии глаза Ленинградской областной детской клинической больницы.

— Интернет полон восторженных отзывов: бывало, что даже самые безнадежные дети с пятой стадией ретинопатии начинали видеть после его операций, — говорит Анна. — И не только свет. У них появлялось предметное зрение. Ведь Олег Дискаленко — один из лучших специалистов в этой области не только в России, но и в Европе! Я поняла, что упускать такой шанс нельзя, и созвонилась с ним.

На данный момент Анна уже оформила дочке инвалидность и записалась на первую консультацию к Дискаленко, которая состоится в конце марта. Очень хорошо, что сама операция будет бесплатной — в рамках полиса ОМС. Но каждый раз надо приобретать одноразовые инструменты — они стоят около 30 тыс. руб. Кроме того, придется оплатить проживание и билеты. Также неизвестно, сколько потребуется хирургических вмешательств. Одни дети начинают видеть уже после первой операции, а кому-то приходится пройти через десяток. При этом сразу два глаза не оперируют, так что Софе и Анне предстоит не один визит в Питер. Всего же на одну поездку требуется около 120 тыс. руб. Таких денег у Анны, которая сидит с ребенком и получает только пособие по уходу за ним — в размере 6 тысяч, и у Ирины Петровны, которая хоть и работающая, но все-таки пенсионерка, на данный момент нет.

— Еще я четыре раза обращалась в суд с заявлением на отца Софы, но мне его постоянно возвращают, потому что оно неправильно составлено, — негодует Анна. — Говорят: обратитесь к юристу. А юрист за это 5 тысяч берет! У меня же и так каждая копейка на счету...

Всем миром

Впрочем, мир не без добрых людей. Жители Ангарска уже многократно доказывали, что в этом городе живут отзывчивые люди. Прошло лишь две недели с тех пор, как в местных газетах и на телевидении рассказали о беде маленькой Софьи, а маме девочки уже удалось собрать деньги на одну операцию.

— Я даже не думала, что люди у нас такие отзывчивые, — удивляется Анна. — Звонят постоянно, желают здоровья. Кто-то лично приносит деньги, игрушки. Как-то позвонила незнакомая женщина и обещала помочь. А ночью пришел перевод аж на 50 тысяч!

Анна Байдалина признается: шансов на полное выздоровление у дочки нет. Однако при успешном исходе у Софьи есть шанс избежать полной слепоты. Да, у нее будет большая дальнозоркость — до плюс 25, ей придется носить очки и линзы. И все-таки она сможет видеть.

Всем, кто хотел бы помочь Софии обрести зрение, сообщаем номер карты Сбербанка, на которую можно перевести средства: 639002189010832867 (Котенева Ирина Петровна). Также можно класть деньги на номер телефона Анны: 89641074478.

Метки: Жизнь, Иркутск