Деревня сказителя Парамона

Жители Ворот-Онгоя мечтают о собственном клубе

История деревни Ворот-Онгой, что находится в Нукутском районе, вполне типична. Когда-то процветавшее хозяйство с большими наделами земли, богатые урожаи, работа день и ночь... И вслед за этим — полный развал, опустевшие поля и безработица. Тем не менее и сегодня здесь традиционно занимаются сельским хозяйством, в каждом подворье держат немалое количество крупного рогатого скота, овец и коней... И надеются только на лучшее.

Лиственничные ворота Онгоя

Согласно легенде, свое название деревня получила по имени родоначальника этих
мест Онгоя, сына Обогона. Обогон имел трех сыновей: Хоогоя, Онхотоя и Онгоя. Они
положили начало трем большим родам. В долине реки Куды им стало тесно жить,
тогда Обогон уехал с сыновьями и поселился в долине реки Осы, в местности Алтан
Хээрэ. Когда он умер, во главе хозяйства встал старший сын. Скота у братьев было
много, немало они добывали и зверя. Когда братья выросли, Хоогой женил их на
хороших девушках. Потом он принес березу с тремя ветвями и велел братьям ломать
ее.

Первым взялся Онгой, у него отломилась ветка, у второго брата — тоже одна.
Старшему брату остался ствол с одной веткой. Тогда он сказал: «Нашим предкам
угодно, чтобы я остался на этом месте». Онгой переехал и поселился в устье реки
Осы, оттуда часть его потомков переселилась на левую сторону Ангары — в
Унгинскую долину. Известно, что жена Онгоя Мудай была шаманкой, имела все
регалии шаманского титула. Ее возили не только по соседним улусам и родам, но
даже в Кудинскую долину. Она похоронена на горе Улан-Ундер по существовавшему
обряду захоронения шаманов. Шаманка Мудай среди западных бурят известна как
онгоевская бабушка — онгойн тоодэй. Ей приносили в жертву не только онгоевцы, но
и другие роды.

В XIX веке на месте нынешней деревни Ворот-Онгой находился небольшой улус
Бартаа (Лиственничные Ворота), названного так потому, что при въезде в улус
стояли ворота, которые выполняли роль своеобразного заграждения для скота,
оберегали покосные угодья от потравы.

Образование самой деревни произошло уже в 20—30-е годы XX века. В период
коллективизации и укрупнения хозяйств в одно селение слились два улуса. А в 50-е
годы в состав Ворот-Онгоя вошла и русская деревня Залман, находившаяся
неподалеку.

Условий нет, потенциал есть

История деревни складывалась точно так же, как и во многих других селениях:
от некогда богатого и благополучного хозяйства остались только воспоминания и
скелеты бывших построек. Однако местным жителям повезло в том плане, что их
населенный пункт расположен совсем недалеко от районного центра, поэтому многие
трудятся в поселке Новонукутском. Часть работает на Нукутском гипсовом заводе.
Маршрутка до центральной усадьбы ходит несколько раз в день, так что трудностей
с транспортом в деревне не испытывают.

Все население Ворот-Онгоя составляет около 400 человек. Здесь традиционно
занимаются сельским хозяйством, в каждом подворье держат немалое количество
живности. Особенно много в селении коней, практически в каждом подсобном
хозяйстве имеется до 40 голов. Радует селян и наличие молодых семей, которые
оседают на своей малой родине, активно застраиваются и ведут хозяйство.
Единственное, что огорчает население деревни, — отсутствие в Ворот-Онгое своего
клуба. Когда-то он здесь был: большой, белый, каменный, однако со временем на
него перестали выделять финансирование, здание заморозили и не уберегли. Кто что
мог потихоньку растащил от него на свои нужды, и сейчас он представляет собой
довольно унылое разоренное строение. Глядя на него, сложно представить, что
когда-то это солидное полуразвалившееся здание было центром культурной жизни
селян.

Вместе с тем, как признаются жители, молодежь подрастает талантливая, есть
певуны и танцоры, вот только заниматься им негде. В деревне хотели организовать
свой местный фольклорный ансамбль, но для репетиций места не нашли. «Условий
нет, а потенциал хороший», — сокрушается население. В далеких перспективах по
развитию деревни здесь планируется построить культурно-досуговый центр, в
котором будут располагаться клуб, библиотека, детский сад и спортзал. Когда это
будет, сказать довольно сложно, но жители верят в стройку и связывают с ней
большие надежды.

Бурятский сказитель и воин-освободитель

Главным учреждением в Ворот-Онгое является неполная средняя школа. В
настоящее время здесь обучается 49 детей. Как отметила Вера Батуева, директор
школы, раньше учили только начальное звено, средней школа стала в 1988 году,
когда к зданию сделали пристрой. В то время в учебном заведении обучалось больше
100 детей. Несмотря на то что учеников с той поры стало значительно меньше, по
словам педагогов, количество детей должно в скором времени заметно вырасти.
Подрастающего поколения становится больше. По рождаемости Ворот-Онгой занимает
второе место в районе. В связи с этим в селении возникла новая проблема —
отсутствие детского сада. Для того чтобы хоть немного выйти из положения, в
школе организовали подготовительную группу для ребятишек 5—6 лет. Благодаря
этому дети в первый класс приходят более подготовленными.

В школе активно занимаются спортом: работают спортивные секции по настольному
теннису, легкой атлетике. Собственного школьного автобуса в учебном заведении
нет, поэтому на различные мероприятия, соревнования учителя вывозят учащихся на
личном транспорте или маршрутке.

Главная достопримечательность Ворот-Онгоя — памятник солдатам, павшим в
Великой Отечественной войне. Скульптура солдата была установлена в 1974 году. По
словам Елены Кирпиченковой, библиотекаря, очень долго решался вопрос, в каком из
близлежащих населенных пунктов его установить. После долгих раздумий выбор
остановили на Ворот-Онгое, так как он в то время являлся центральной усадьбой
бывшего совхоза «50 лет Октября», между селами Макарьевск, Хамхар и Нукуты. Для
создания монумента был приглашен художник-скульптор из Иркутска. Он приезжал со
своим 14-летним сыном-подмастерьем. Образ солдата, русского воина-освободителя,
был списан с рабочего из поселка Нукуты Владимира Татарникова.

Есть в Ворот-Онгое и свои известные люди. В этих местах жил улигершин Парамон
Дмитриев. Он по праву относится к числу выдающихся бурятских сказителей, в общей
сложности знал наизусть не меньше 200—250 тысяч стихов из устно-поэтического
творчества бурят. В его репертуаре было множество сказок, легенд, преданий,
песен, благопожеланий, пословиц и загадок. Кроме того, Парамон Дмитриев хорошо
знал шаманский фольклор, легко запоминал молитвы, заклинания, интересовался
историей возникновения и жизнью этого вида народного творчества. Он, например,
рассказывал, что в давние времена Гэсэр воевал с ханом, догнал его на
перекрестке, затоптал его войско, в результате чего образовалась яма (нухэн),
где теперь образован поселок Нукуты.

«Запах хлеба помню до сих пор»

Историю современную может поведать Розалия Шанарова. Бабушка делится не
только собственными воспоминаниями, но и рассказами других.

— Старики говорили, что раньше в этом месте жили все только по родам, здесь
располагались летники для скота. Люди жили везде: в горах, в лесу. У каждого
рода было свое место, но когда образовались совхозы, улусы объединили. Все
вместе сеяли зерно, держали хозяйство, — рассказывает Розалия Матвеевна. — В
20-е годы приехали сюда белые — капеллевцы, остановились здесь. Все были больны
тифом, детей своих отдавали местным бурятам. Те их выхаживали, хотя и сами
голодали. В 30-е годы, во времена коллективизации, сюда наведывались так
называемые уполномоченные. Они забирали молоко, сметану, зерно, домашний скот.
Буряты пугливые были и все отдавали, а сами питались чем могли. Печи тогда
топили травой и соломой.

В свое время в Ворот-Онгое жили переселенцы из Польши, Литвы, Чувашии. Они
привезли свои народные вещи, и местные жители с особым интересом знакомились с
их бытом: разглядывали вязаные шали, диковинные сапожки, платья из необычного
тогда материала. Для них специально построили улицу, но в 60-е годы переселенцы
вернулись на родину. Однако сейчас доносятся еще отголоски того времени,
некоторые бывшие жители хотят приехать и вновь посмотреть, как жили.

Сама Розалия Матвеевна родилась во время существования колхоза «25 лет
партсъезда». По ее словам жили тогда селяне очень дружно и весело.

— Я совсем маленькой была. Помню, что зимой все женщины собирались у моей
бабушки. Делали нитки из говяжьих сухожилий, шили, мяли кожу, да дедушка
Парамон, наш сказитель, рассказывал легенды, пел. Он всю ночь мог петь. Мы
недалеко жили от него, поэтому к нам он часто приходил. Его везде принимали с
большим радушием, он мог в любом доме остаться ночевать, все его боготворили.

По словам бабушки, в те времена жили вольно, все трудились. В деревне была
своя пекарня, плодово-ягодный сад, пасека, огород большой, около 5—6 гектаров,
на котором выращивали огурцы, морковь, капусту, картофель. Для ухода за ними
были полеводческие бригады.

— Мы детьми помогали всем. Проголодавшись, бежали на пекарню, там нас всегда
поили молоком и угощали горячим хлебом. До сих пор я помню этот запах хлеба. В
нашем отделении колхоза было 16 тысяч овец, 400 голов дойных коров, 800 голов
молодняка. В годы войны колхоз отдал на фронт тысячу коней, — вспоминает Розалия
Шанарова. — Сейчас времена уже не те, все изменилось, но, слава богу, продолжаем
жить, развиваться. Надеемся только на лучшее, что все у нас будет
хорошо.

Загрузка...