Жизнь настоящего бурята

Девяносто лет исполнилось со дня рождения Степана Ихенова

Мы продолжаем получать письма от наших читателей. Вот какой рассказ о своем родственнике прислали потомки Степана Ихенова.

Последний поклон родной земле

Был погожий майский день. В бурятской усадьбе у костра на низеньком стульчике сидел почтенный старик. Рядом с ним стояли родственники, шаман проводил обряд. Старик не слушал шамана, он был погружен в свои мысли, думал о том, что здесь, на родной харатиргенской земле, он, скорее всего, в последний раз...

Вспоминал в те минуты Степан Ихенов и свое трудное детство, когда, будучи старшим сыном Афанасия и Елены Ихеновых, уже с восьми лет начал работать — ведь в крестьянском хозяйстве для мальчишки всегда найдется дело. Пешком ходить в боханскую школу было делом привычным, особенно хорошо в дороге было весной и летом — настоящее раздолье в Мудае! В возрасте почти восьмидесяти лет Степан Афанасьевич однажды запросто пешком пришел из Хохорска в Мудай — захотелось по летнему лесочку в одиночестве пройтись, вспомнить прошлое.

Богатая биография

Степан рос способным парнем. Его отец понимал, что сыну нужно серьезно учиться. Судьба распорядилась так, что Афанасий Ихенов стал членом правительства молодой Бурятской республики — он взял сына к себе в Улан-Удэ. От тех лет у Степана самым ярким воспоминанием остался приезд в Бурятию легендарного маршала Советского Союза Василия Блюхера. Пока руководство республики принимало высокого гостя на правительственных дачах в Верхней Березовке, Степан и другие мальчишки вдоволь насмотрелись на красивого усатого военного в белоснежном кителе, впервые увидели автомобиль, целую кавалькаду кавалерийского сопровождения и еще много чего диковинного.

Врезалось в память Степана, когда волею судьбы остался он один в пустом доме в центре села Агинского, где он жил с отцом, работавшим тогда заместителем председателя Агинского аймисполкома. Однажды отец подозвал сына к себе и что-то говорил, Степан понял главное: отца несправедливо обвинили и вызывают в Улан-Удэ, чтобы арестовать. Больше отца он никогда не видел. Оставшись один, подросток был отчислен из педучилища как сын врага народа. Голод привел его в воровскую шайку, где мальчишек заставляли лазить в оконные форточки, резать карманы. Неизвестно, чем бы это закончилось, но, к счастью, однажды Степана встретил кто-то из земляков и отправил к матери в Харатирген. Дома Степан стал работать в сельхозартели, в 1939 году пошел служить в армию, а вскоре началась война. Только своей кровью, и немалой, удалось Степану снять с себя клеймо сына врага народа — с фронта его комиссовали после двух тяжелых ранений.

Вспоминать войну Степан Афанасьевич не любит. Начинал в штрафбате, потом минометчиком воевал на Волховском фронте, почти год мотался по госпиталям, инвалидом вернулся домой.

Боевые награды и звание коммуниста наконец-то открыли путь к образованию, к журналистике, о которой он мечтал. Уже будучи отцом двоих детей, поехал Степан учиться в высшую партийную школу, стал журналистом, потом главным редактором газеты Аларского района. Свою жизнь в Кутулике они с женой Валентиной Имековой вспоминали как самые лучшие годы — были молоды, рожали и растили детей, работали сутками, с соседями жили как одна семья, ни один концерт-спектакль в клубе не пропускали. В те годы у Степана Афанасьевича к боевым прибавились трудовые награды, а дальше он пошел на повышение — стал завотделом в Усть-Ордынском окружкоме КПСС, откуда потом и ушел на пенсию, но продолжал работать на разных должностях вплоть до семидесяти пяти лет.

Делай все честно

За долгие годы работы Степан Афанасьевич выработал несложные правила: делай все честно, чтобы потом не было стыдно. Если делать дело, то делать его только отлично. Он всегда следовал этим правилам сам и того же требовал от подчиненных и от своих детей. Удивительно, но пострадавший от несправедливости со стороны государства Степан Ихенов никогда не позволял себе говорить плохо о Родине, партии, Сталине. Когда после 1991 года все в стране изменилось, он не подавал вида, что все эти перемены потрясли его до глубины души, а только говорил: «Да, я коммунист, но мне нечего стыдиться! Какой такой застой, когда мы всегда работали?!» В изменившейся жизни он находил положительное и интересное — например, восхищался электронной почтой и Интернетом, до последнего времени ходил в библиотеку. Радовали четверо взрослых детей, пятеро внуков и две правнучки. Пожалуй, последним ярким событием стало для него посещение памятника Георгию Жукову, открытому в честь 60-летия Победы в Иркутске, где он с семьей жил последние годы.

Не так часто бывая на родине, Степан Афанасьевич незадолго до смерти посетил родной Харатирген, помолился предкам и родной земле — этим он закончил свои земные дела. Оттого и было ему спокойно и легко, когда сидел он в родном усадьбе теплым майским днем...

Умер он в возрасте восьмидесяти четырех лет дома, в своей постели, на руках у жены, подавившись кусочком мяса. Умер как настоящий бурят, достойно проживший длинную жизнь. Похоронен, как и завещал, на боханской земле. В эти дни (19 сентября) ветерану войны и труда, кавалеру двух орденов Славы, ордена Жукова, ордена «Знак почета» и многих других наград, персональному пенсионеру республиканского (российского) значения, любимому отцу, деду и прадеду Степану Афанасьевичу Ихенову исполнилось бы 90 лет.

Метки:
baikalpress_id:  37 825