На передовую — с Красной площади

Иван Серебренников воевал на самолетах, которые фашисты окрестили «черной смертью»

Время, к сожалению, неумолимо. С каждым годом ветеранов, участников Великой Отечественной войны, становится все меньше. В конце прошлого года ушел из жизни Иван Иннокентьевич Серебренников, ветеран из села Ользоны. В преддверии 23 Февраля «Окружная правда» публикует историю его жизни, которую в своем письме поведали учащиеся Ользоновской средней школы.

1 июля 1941 года Ивана Серебренникова призвали на военную службу из Якутска. С августа по 3 ноября 1941 года он находился на станции Барабинск в Западной Сибири, а 3 ноября в составе отдельного 140-го лыжного полка выехал на фронт. В его составе в основном были якуты. 6 ноября их эшелон прибыл в Москву. Всю ночь готовили парадное обмундирование: белые маскхалаты, лыжи. В 6 часов утра всех подняли и объявили о том, что они примут участие в военном параде, посвященном 24-й годовщине Великого Октября.

Погода стояла пасмурная, нелетная. Волновались все. Волновался и наш Иван. Под звуки марша он пел в первом ряду своего полка, был правофланговым, ближе всех проходил мимо Мавзолея, Сталина и руководителей партии и правительства. Помнил выступление Сталина: «Враг не так страшен, как изображают его некоторые перепуганные интеллигентики. Не страшен черт, как его малюют. На вас смотрит весь мир — как на силу, способную уничтожить грабительские полчища немецких захватчиков. Война, которую вы ведете, есть война освободительная, война справедливая. Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков: Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова».

Прямо с парада войска двинули на фронт. Первую ночь провели в Ярославле, расположились в одной из городских школ. Утром посадили в эшелоны, высадили в Осташкове. Первое боевое крещение. Попали под бомбежку. Долго лежали в лесу под Ржевом. Зима 1941—1942 годов была очень снежной, сугробы буквально по пояс.

Даже бывалым сибирякам такое количество снега было в диковинку. Передвигаться было очень сложно. Условия были суровые. На день выдавали по два сухаря — таков был рацион питания.

Со слезами на глазах ветеран вспоминал, как шли бои близ городов Велеш, Смоленск, Торопец. Видел много смертей. В октябре 1943 года у города Невель Ивана Иннокентьевича впервые серьезно ранило. На лечение его отправили в город Шую Ивановской области, в военный госпиталь. В ноябре Иван поправился и вновь оказался на передовой в составе 45-го запасного полка. Разместили всех в землянке длиной 20 метров. Приехали «покупатели» набирать в штурмовую авиацию 15 стрелков, в их число попал наш земляк. По всем параметрам он устроил: высокий, стройный, крепко сложенный. Попав в воздушный отряд, он обучился азам стрельбы в условиях воздушного боя. Летать ему предстояло в качестве стрелка-радиста на знаменитом двухместном штурмовике Ил-2.

Бронированный Ил-2 отличался высокой маневренностью, на борту его было мощное стрелково-пушечное, ракетное и бомбовое вооружение. Этот новый тип воздушной машины был предназначен для действий по наземным целям с малых высот. Он считался по праву лучшим самолетом поддержки наземных войск в годы Второй мировой войны. Ил-2 мог уничтожить даже тяжелые немецкие танки «Тигр» и «Пантера». Иван Иннокентьевич хорошо помнил, как фашисты называли наши Ил-2 «черной смертью». Гордился тем, что немцам так и не удалось создать ничего похожего на наш «летающий танк».

Летать на такой боевой машине доверяли только коммунистам. Перед боевыми вылетами объявляли, что в бой идут одни коммунисты. В 1943 году Иван пишет заявление с просьбой принять его кандидатом в члены КПСС. Через час его приняли в партию, через сутки он уже был настоящим коммунистом. Он хорошо помнил, как ему вручили партийный билет, как впервые он оплатил свой первый членский взнос, расписался в ведомости. Оказывается, на войне он получал зарплату в размере 250 рублей. 6 февраля 1944 года немцы сбили его самолет. Ему и штурману посчастливилось остаться в живых. Наш земляк с серьезным ранением был направлен в Кемеровский военный госпиталь. В начале апреля его комиссовали. На костылях он отправился домой.

В родную деревню вернулся с войны один из первых, 28 апреля 1944 года, и сразу оказался в гуще событий. Не совсем оправившись от боевых ран, он окунулся в работу — тяжело было видеть, как надрываются женщины и подростки от непосильного труда.

Ранним утром 9 мая 1945 года на 15 подводах с односельчанами Иван отправился за зерном для посева на полях в Баяндай, в заготконтору. Прибыв туда в 8 часов утра, поразился тому, что повсюду висели флаги, транспаранты. Был теплый, солнечный день. Все жители смеялись, ходили необычайно счастливые. Оказалось, что наконец-то пришла великая, долгожданная победа. Им погрузили на каждую подводу по 5 мешков зерна. Казалось, даже лошади почувствовали всеобщее настроение и веселее неслись в Ользоны. Дома земляки об этом счастье уже знали — дети подобрали листовки, сброшенные с самолета, который кружил над селом тем утром.

В 1946 году, 19 сентября, Иван Иннокентьевич пригласил в сельсовет для заключения брака любимую девушку Зинаиду, с которой прожил душа в душу 62 года. Он гордился своими четырьмя сыновьями и тремя дочерьми, пятнадцатью внуками и девятью правнуками. Многочисленные потомки живут в разных уголках необъятной России: в Новороссийске, Рязани, Мурманске, Челябинске, Иркутске. В семье Серебренниковых среди мужчин в почете профессия летчиков, военных и гражданских. Единственное, что беспокоило ветерана, так это его боевые осколки, но он всегда держался мужественно, по-боевому, никогда не жаловался. Он был настоящим мужчиной, настоящим сибиряком. В 2008 году с нетерпением ждал дня Великой Победы, переживал, сумеет ли столица справиться со столь сложной, грандиозной технической задачей — организовать парад современной военной техники.

Ульяна Хулганаева, Анатолий Пермяков, члены историко-краеведческого кружка Ользоновской средней школы

Загрузка...