На берегах священного моря могли появиться каторжане

На байкальском острове чуть не построили тюрьму

В Государственном архиве Иркутской области имеется целый корпус документов, книг и журналов Иркутского губернского тюремного комитета, который до 1917 года ведал положением дел во всех местах заключения на территории нашего края. В частности, в архиве имеется циркуляр, где излагается план "об устройстве каторжной колонии на острове Ольхон, самом значительном из островов на озере Байкал". И хотя этот план так и не был осуществлен, попытки создания тюрьмы на берегах славного моря все же заслуживают внимания и более подробного рассказа об этом малоизвестном факте.

Иркутские тюрьмы нужно разгрузить

Тюрьмы тогда пользовались большим вниманием властей, что было обусловлено и разразившейся в стране революцией 1905 года. В отчете иркутского генерал-губернатора Андрея Селиванова за 1906—1907 годы указывалось, что "неудовлетворительное положение тюрем осложняется еще и тем, что большинство тюремных зданий пришло в совершенную ветхость и непригодно для правильного содержания в них арестантов".

В столицу было направлено ходатайство о постройке в губернии еще одного тюремного здания. Главное тюремное управление одобрило этот запрос и предложило местным чиновникам составить подробную докладную записку и смету расходов на предполагаемое строительство новой тюрьмы и содержание заключенных.

По распоряжению генерал-губернатора главные смотрители всех тюремных замков (так в старину назывались тюрьмы) через некоторое время составили требуемую бумагу. Они предложили разгрузить две губернские тюрьмы, Иркутскую и Александровский централ, от излишнего арестантского контингента, а часть прибывавших в губернию каторжников и ссыльнопоселенцев отправлять на Ольхон. За пример они взяли устройство тюремных колоний на острове Сахалин.

По этапу на Ольхон

К месту заключения арестантов сначала нужно доставить. Ольхонский этап, конвоирование, передвижение арестантов, обязанности стражников устройство тюрьмы были составлен разработчиками проекта вплоть до мелочей.

В Иркутск ссыльные доставлялись по железной дороге. В пересыльной тюрьме предполагалось делить их на партии примерно в 100—150 арестантов. Отсюда до Ольхона они должны были передвигаться пешими этапами или на подводах.

В первом случае путь до Ольхона можно было преодолеть за 10—15 дней, во втором дня за три-четыре, может пять. Этапы (деревянные бараки) предполагалось расположить по Якутскому (ныне Качугскому) тракту на расстоянии 40—60 верст один от другого вблизи населенных пунктов. С материка на остров арестантов должны были переправлять на специальных баржах.

Каждый арестант должен был получать по 10 копеек в сутки на пропитание и покупать съестные припасы у придорожных жителей, промышляющих этой торговлей. Летом одежда ссыльных должна была состоять из рубахи и портов из грубого холста, из таких же онучей, из котов — низких башмаков с кожей на щиколотке для предохранения ноги от трения кандалами. Одежда женщин такая же, с той разницей, что штаны заменялись юбкой. Женщины и дети, следовавшие в Сибирь за мужьями и отцами, могли носить собственную одежду и брать с собой столько багажа, сколько входит в большой парусиновый мешок.

Между уголовными и политическими арестантами не предполагалось делать различия. Но из практики было известно: если арестант принадлежал к привилегированному классу, то в сутки он получал 15 копеек и ехал в телеге. В дальнейшем строились планы заменить пешеэтапное передвижение арестантских партий перевозкой на подводах.

Байкал должен был облагородить арестантов

Тюремную колонию предполагалось расположить в средней части северного побережья острова Ольхон. Где-нибудь в районе между мысом Хужирским и мысом Саса. Песчаные берега этой местности, поросшие соснами и лиственницами, рассеченные скалистыми мысами, произвели на авторов циркуляра из тюремного ведомства незабываемое впечатление. Они почему-то надеялись, что красота байкальских пейзажей благотворно повлияет на исправление арестантов.

Главное здание ольхонской тюрьмы должно было состоять из двух смежных корпусов, образовывающих большой квадрат. Тюремный двор предполагалось обнести оградой. По углам поставить вышки для тюремного караула. В самом здании должно было находиться 10 общих камер, 10 одиночек и тюремная мастерская. Во дворе кухня, баня, прачечная, кладовые и церковь.

Для возведения тюремного комплекса требовался строительный материал. В частности, авторы проекта предполагали в качестве каменоломни использовать древние каменные стены и их обломки пустить в дело. Мало кто догадывался тогда, что эти стены построены много тысяч лет назад древними обитателями острова и являются археологическим памятником. Кстати, эти оборонительные сооружения, избежав разрушения по почину чиновников из тюремного ведомства в начале прошлого века, были все же разрушены в 1963 году — добытый камень употребили для укрепления мола в поселке Хужир.

Вопрос о строительстве тюремной колонии на Ольхоне решался около пяти лет, пока новым иркутским генерал-губернатором не стал Леонид Князев. В его отчете за 1910—1911 годы было указано, что "расходы казны по содержанию и охране таких колоний, в частности ольхонской, по естественным своим условиям невозможны для сколько-нибудь производительного применения сил колонистов".

Метки:
baikalpress_id:  4 948