60 лет вместе — и в горе, и в радости

Супругам Кутюговым из села Апхульта на двоих более полутора веков

В мае 1945-го Иннокентий и Тамара встретились. Через год на свет появилась первая дочка. Потом Кутюговы родят еще четверых, дождутся семнадцати внуков, более двух десятков правнуков. Отметят 60-летний юбилей совместной жизни и в свои восемьдесят с лишним будут говорить: гостя из дома без чая не выпускай!

Места, по которым ведет дорога в село с названием Апхульта, можно снимать в детской сказке: такие кругом стоят ели под снежным бархатом, такой простор до синего неба!

Апхульта среди снегов. Село старое, но годами лихолетья не убитое. Живет и вспоминает времена, когда здесь были тысячные овечьи отары, тоннами надаивали молоко на ферме, а в каждой небольшой деревушке работал свой Дом культуры. Пока живы старики, жива и память. Уйдут старики — заберут ее с собой...

Одну половину большого дома занимает самая главная семья Кутюговых, давшая начало большому роду. В другой половине обитает внучка, через дорогу напротив — дочка. Остальные дети-внуки разъехались по всему свету, свили гнезда, но про старый дом в Апхульте не забывают.

В начале декабря родня съехалась праздновать сразу два дня рождения — у деда и бабушки Кутюговых они в один день, 2 декабря. В этом же году справили и бриллиантовую свадьбу.

Дом большой, на три комнаты. Топится печка, за окном огород в снегу, бегает собака солидной породы. Тамара Ивановна, несмотря на свои восемьдесят с гаком, торопится на кухню — готовить чай.

— Глупости говоришь, — отвечает на мои возражения. — Гость из дому голодным уйти не должен. Хоть чай пустой да с хлебом, а поставь. Только ты мне поможешь — уже руки не те.

Чай у хозяев не пустой. Режем колбаску, сыр, вареное мясо. Хлеб дочка привозит из Черемхово.

— Ранее сами пекли, — говорит Тамара Ивановна, — и калачей напечь, и булок на семью надо было. Теперь уж не пеку.

Из закромов бабушка достает яблочко, шоколадные конфеты.

Жили не в богатстве, в бедности

Несмотря на девятый десяток, на лице Тамары Ивановны все еще видны следы былой красоты. Красота досталась, видно, от матери-польки — Юзефы, которая вышла замуж за политического и прожила с ним в Сибири жизнь. Иннокентий же Петрович, как бывший руководитель, и сейчас верховодит столом. "Петровна!" — строго говорит он мне, намекая на стоящее в бабушкиных тайниках домашнее вино. Мол, уговори-ка хозяйку! "Петрович..." — смущенно отвечаю я ему. Вино появляется. Ну, за разговор! Гости в доме. Гости — значит, разговор, можно вспомнить всех, кто еще жив, здоров и тоже знает те, полувековой давности времена.

Наперебой Кутюговы вспоминают деревенских старожилов:

— Андрей Арзаев, бывший директор школы, еще наших ребят всех учил; Владимир Имегенов, механик; Осип Токуев, механик на маслозаводе; Николай Матющенко, механик; Николай Самойлов, управляющий...

Следом, зацепившись, идут воспоминания о том, как работало когда-то крепкое хозяйство. На ферме в Кондое, где жили тогда Кутюговы, трудилось сразу несколько доярок-пятитысячниц: Катя Новикова, Дуся Миронова, сама Тамара Ивановна...

— Тогда не так, как сейчас, — говорит бабушка.

(Руки лежат на коленях, пальцы истончились от работы, которую делали все эти годы, — такие же руки у моей матери...)

— Коровушку надо было вымыть, вычистить. На ферме все — и зоотехник, и директор совхоза, и парторг. Спросят: как здоровье, как дома дела?

Всю жизнь Тамара Ивановна проработала на ферме. Глава семьи в свое время был направлен на поднятие сельского хозяйства в Аларский район. Работал шофером, комбайнером, заместителем директора совхоза по хозяйственной части. Досталось с детства: в апреле 1938 года был репрессирован отец, в июле его расстреляли. Клеймо сына врага народа осталось надолго. В войну Иннокентий не получил офицерского звания, а позже многих льгот. Обида сохранилась до сих пор.

"Ругаться было некогда"

Шестьдесят лет для семейной жизни — огромный срок

— Ругаться было некогда, — говорит Тамара Ивановна. — Жили в бедности, да дружно. Дети уж маленькие все понимали, помогали. Между собой были в ладу, и чем были богаты, тем и рады. И в кирзовых сапогах девчонкам не стыдно было ходить — вся деревня так жила.

— В доме одна хозяйка — женщина, — говорит Иннокентий Петрович. — Она решения принимает, она за дом отвечает, дети ей ближе. Ее мнение главное.

— Доярок-то, — спрашиваю у бабушки, — в деревне молодых много было?

— Много! — сразу сообразив, хитрит Тамара Ивановна. — Они по лету-то все раздевались: жарко, мол. То придет весь водой облитый — мол, доярки окатили, документы вымочил.

— Высушили документы-то?

— Высушили! Это ничего. Как без этого? Побегает, да и вернется, — отвечает Тамара Ивановна.

Так и вырастили Кутюговы пятерых детей. Несколько лет назад случилось несчастье: в аварии погиб один из сыновей, Валерий. Это горе едва не убило стариков. Тамара Ивановна на долгие годы ослепла. Только нынче сделали операцию на один глаз — разглядела бабушка всех своих многочисленных внуков и правнуков, собравшихся на день рождения. За операцию в Иркутске пришлось отдать 12 тысяч рублей. Никакой компенсации восьмидесятилетняя женщина не получила.

— И Бог с ними, — бодро говорят Кутюговы.

На девятом десятке лет Иннокентий Петрович еще числится главой крестьянско-фермерского хозяйства, которое когда-то возглавлял погибший сын. Хозяйство съедает больше сил, чем приносит дохода, но это все-таки способ существования для нескольких человек. Работы в селе сейчас нет, поэтому приходится выкручиваться самим.

До сих пор Кутюговы помнят послевоенный голод. Родилась дочка-первенец, а молодой матери и поесть-то было нечего. Калач роженице принесла работница местной пекарни, а сам новоиспеченный папаша набрал ягод — сварить и "разнообразить рацион". Позже Кутюговы пережили пожар, когда сгорел дом со всем имуществом, и все начинали с нуля. Было в жизни и много хорошего: праздники, поездки к родне и даже на ВДНХ.

— Гостей мы всегда привечали, — говорит хозяйка. — В деревне народ хороший: у тебя погостили — к себе зовут.

Почаевничав, убрали посуду со стола. Наказали старикам дождаться в гости еще раз.

— Тогда уж завтра возвращайтесь, — подумав, ответил хозяин. — Если мимо куда поедете, чтобы не объезжали. Всегда ждем.

Еще свидимся. И не завтра, а через год или пять. Долгих вам лет, хозяева Кутюговы!

Загрузка...