Пятьдесят лет без единой аварии

Водительский стаж ветерана и инвалида войны 2-й группы Анатолия Петровича Тарбеева продолжается до сих пор. Сейчас Анатолий Петрович ездит на полученной от государства "Оке". Зрение у бывшего снайпера по- прежнему стопроцентное, здоровье тоже достаточно крепкое для управления автомобилем, что и подтвердила специальная комиссия.

Между Усть-Ордой и Иркутском, среди полей, расположилась деревня Еловка Эхирит-Булагатского района. От основной трассы Еловка недалеко, но тишина и даже запустение царит на улицах. Никого не видно, люди пережидают осеннее сырое ненастье во дворах.

— Сейчас придет хозяин, — Мария Ивановна Тарбеева прислушивается в звукам, доносящимся из сеней, — пошел на огород за овощами, да, видно, уцепился за какое-то дело.

Самой Марии Ивановне ходить трудно — болит нога, недавно лишь залеченная после перелома. Удружили питомцы — две собаки, от радости, видно, сбившие с ног кормилицу.

Вот и Анатолий Петрович — невысокого роста, крепкий, седоволосый, с ясными и смешливыми глазами.

— Почему нету никого в деревне? Работают во дворах, да и вообще людей стало мало. Деревня старая, в прежние времена до трехсот дворов бывало, улицы полны народу. Наша изба здесь уже около двухсот лет. Дед жил, отец, теперь вот и я. Деревня начала разъезжаться еще с 20-х годов — коллективизация. Кого сослали, кто сам уехал, от греха подальше. А моих родителей не тронули...

Призвали Анатолия Петровича на фронт в 1943 году. Сначала направили в Нижнеудинск — в школу снайперов. После учебы приписали к пехоте. Воевал в Ленинградской области, Прибалтике, Восточной Пруссии. Много пришлось повидать, еще больше — пережить.

— Один раз чуть не погибли морской смертью, хоть и пехота, — рассказывает Анатолий Петрович. — Брали острова у фашистов, дело было в Прибалтике. Высадили нас на специальных катерах на эти острова, а после боев погрузили на баржу, прицепили ее к пароходу и повезли на материк. А в море пароход отцепился и ушел. Может, вредительство какое-то было или авария. Так мы четверо суток болтались на этой барже, пока нас другое судно не подобрало.

Ранило Анатолия Петровича в ногу уже в Восточной Пруссии, в конце Великой Отечественной войны. Санитары вытащили солдата и поместили в землянку к артиллеристам. В темноте да тесноте лежали.

— Прошу пить — не дают. Сначала удивился: почему? Потом понял: видно, решили что я "животник", в кишечник ранен, а для таких вода — верная смерть. Разобрались потом, после боя, прооперировали, сунули осколок в руку — на память...

Лечиться Анатолия Петровича отправили в госпиталь, что находился в городе Шяуляе. Там солдат пережил еще несколько операций, после чего его перевели в госпиталь в Кировской области. Затем комиссовали. Началась мирная жизнь...

После войны Анатолий Петрович выучился на шофера, курсы прошел по направлению Иркутского аэропорта. Какое-то время отработал в городе, потом вернулся в свой совхоз. Здесь и познакомился с будущей женой, Марией Ивановной, которая с 1947 года работала в местном доме ребенка. Скоро они поженились.

Сейчас у четы Тарбеевых трое детей, два сына и дочь, все живут в Иркутске, родителей регулярно навещают. Есть и внуки. Одна внучка даже в Москве на артистку учится.

Анатолий Петрович вышел на пенсию в 1986 году, но еще десять лет после этого работал в совхозе. Мария Ивановна всю жизнь провела с детьми — отработала 21 год заведующей детским садиком. Сейчас там работает уже воспитанница Марии Ивановны.

— Нормально живем, — рассказывает Анатолий Петрович, — дети помогают, собаки у нас, телушка есть. Вот только недавний ураган напугал. У нас рядом с домом росла ель, так ураган ее вывернул и нам на крышу опрокинул. Трубу повредил, покрытие. Правда, сын все наладил. А так — все в порядке.

Есть и досада у Тарбеевых — сарай прохудился.

— И с эти разберемся, будет время.

В феврале Анатолию Петровичу исполнится 80 лет.

— Отмечать, наверное, будем, — улыбается Мария Ивановна. — Как не отметить — праздник!

Загрузка...