Вездесущий Мих. Сах.

Бывший радиожурналист написал книгу о родном крае

Выпустив книгу, Михаил Николаевич Сахидаков (Мих. Сах.) пожаловался друзьям:
— Мне всю жизнь не хватало объективного отношения к себе со стороны окружающих. То хвалят до небес, какой, мол, я хороший: и память-то у меня отменная, и скромняга-то я, и бессребреник... Одна учительница как-то на полном серьезе сказала мне: "Удивляюсь, Михаил Николаевич, почему вам до сих пор памятник на родине не поставили, а в Нукутах нет улицы вашего имени. Давно пора". То ругают на чем свет стоит: лезу, мол, не в свои дела. Комиссии создавали по оценке моей деятельности, с работы хотели снять... А я обыкновенный, из мяса и костей, советский человек. Память, правда, у меня на самом деле хорошая. Но главное — ноги...

Пешим ходом

Современному журналисту Мих. Саха не понять: на попутках, а чаще на своих двоих он исследовал весь округ. Побывал в каждом районе, в каждом улусе, кроме Кырмы Баяндаевского района — как-то не довелось. Беседовал с руководителями, животноводами, хлеборобами. Легкие ноги ему обеспечивала хорошая спортивная подготовка (известен он как чемпион Бурятии и округа по бегу и футболу, имеет достижения в якутских прыжках, метании копья и гранаты), а быстрый ум — игра в шахматы и шашки. Мих. Сах. восьмикратный чемпион области среди сельских шашистов, чемпион округа по молниеносной игре в шахматы...

Но далеко не каждая командировка проходила гладко и благостно. Однажды Мих. Сах. добирался из Кахи в Осу. Дело было под вечер, стояли январские морозы, а попутка из геолого-разведочной партии шла лишь до Майска. Поразмыслив, Мих. Сах. решил притормозить в этом незнакомом ему селе. Начало шестидесятых. Ни фонарей, ни электричества в домах. Тьма. Воют где-то собаки. Метет и крепчает мороз. Мих. Сах. прошелся в один конец села, в другой. На улицах ни души. Постучался в один дом, во второй — не отвечают. Вот тогда-то и закрался в его душу холодок: "А ведь замерзну, и знать не будут, кто я такой..." И в этот момент, как последняя надежда, отразился в его глазах слабый свет семилинейки из далекого окошка. Постучался в дверь уже тяжелыми руками — и ответно скрипнув, она позвала путника в хлебосольное тепло. Сделав шаг, Мих. Сах. встал как вкопанный: перед ним был громадный мужик с хмурой внешностью бывалого уголовника. Мих. Сах. разинул было рот, но мужик, схватив его за шиворот, втащил в дом.

— Ох, и напугался же я тогда, — вспоминает со смехом Михаил Николаевич, — а он нормальным человеком оказался. До сих пор фамилию помню — Петров. А хмурым был, потому что похмельем мучался.

Кредо Мих. Саха

Этот урок — не суди о человеке походя — стал для Мих. Саха своего рода журналистским кредо. В журналистику Мих. Сах. пришел вроде бы случайно. Окончив Бурятский сельхозинститут (у него три высших образования), стал главным зоотехником колхоза в Нукутском районе и, общаясь с людьми, вникая в их заботы, невольно стал пописывать в районную газету, куда вскоре его перевели решением райкома на постоянную работу. Любимым жанром был фельетон. Из 20 псевдонимов, которыми он подписывал свои сатирические опусы, прижился один — Мих. Сах. Был он язвительным и одновременно справедливым. Может, потому ни один из его фельетонов не был опровергнут. "У меня был свой почерк, — делится секретами своей творческой кухни Мих. Сах., — только искренность и никакого полета фантазии. Человек должен читать о себе и не оскорбляться. Фельетон — вещь серьезная: покрепче скажешь, так человек может и в гроб скатиться".

Творческой фантазии Мих. Сах. не давал особо разгуляться даже в сугубо художественных вещах. Неопубликованные повесть "Зима в Нухэде", сборник рассказов "Юлины песни", поэма, стихотворения, сонеты и эмблемная песня "Моя Унгинская долина" (гимн Нукутского района) на первый взгляд грешат излишней статичностью и документализмом. Не грешат — они действительно таковы. Мих. Сах. предпочитает рассказывать о том, что видел собственными глазами, к чему смог прикоснуться, и совсем равнодушен к вымыслу и абстракции. Занимаясь радиожурналистикой и фоторепортерством, он записал на пленку около семи тысяч голосов и сделал больше 200 тысяч кадров, и это стало как бы основой его творческих изысканий: "Зачем выдумывать, если жизнь за нас все уже выдумала". Свою единственную напечатанную книгу (случилось это буквально на днях) Мих. Сах. окрестил в подзаголовке романом-экскурсом, хотя в ней нет и толики художественного. Перечень хозяйств, руководителей, знатных людей, простых тружеников и спортсменов. Сотни реальных имен. Говорят, что Мих. Сах. знает и помнит едва ли не всех жителей Нукутского района. Судя по книге, это похоже на правду.

"На земле Гэсэра"

Свою дебютную книгу Мих. Сах. назвал "На земле Гэсэра". "Легенды и улигеры повествуют, что эпос "Гэсэр" родился в степях унгинских, — пишет автор во вступительной статье. — В нашем народе живет такое предание: исполин Гэсэр пробил луком гору Турон, что невдалеке от села Камск (теперь Новоленино), и в этом месте образовалась глубокая седловина, а выброшенная земля образовала гору Оксогор, это между горой Даглан и улусом Дальний Хамхар. Этот факт еще никем не оспорен и не подлежит таковому". Можно придраться к стилистике Мих. Саха., пожурить его за нападки на предполагаемых спонсоров, отказавших ему в деньгах на издание книги, но отрицать тот факт, что автор достаточно широко и объемно видит свой край и хорошо знает его людей, бессмысленно. В этом плане книга, по мнению первых ее читателей, может представлять интерес как для краеведения, так и для всех неравнодушных к своей истории жителей округа. К тому же Мих. Сах., несмотря на почтенный возраст (давно за 70), планирует выпустить вторую и даже третью части книги. Дело осталось за малым — за желанием спонсоров делиться своими деньгами. На первую книгу потребовалось 37 тысяч рублей, выделил которые директор ОАО "Приморский" Аполлон Иванов. Но найдутся ли у Мих. Саха другие помощники?

Метки:
baikalpress_id:  37 133