В Заречном закончили задерживать влагу

Сначала увяз новенький "Беларус" — МТЗ-2110. Попытались его вытащить гусеничным трактором, но и тот сел по самые уши. Замдиректора ЗАО "Заречное" Сергей Головченко так объяснил этот прокол:

— Низина — много влаги скопилось.

— А может, пьяные? — заметил кто-то из случайных свидетелей происшествия.

Сергей Григорьевич даже обиделся:

— Да вы что! Не пьют. Работают сутками. Я им сам припасы из села вожу — одно молоко.

Сильное звено

Задерживать влагу в ЗАО "Заречное" (Аларский район) начали 25 апреля — раньше погода не позволяла. Сначала обработали собственные поля в районе Теплой горы (здесь, говорят, температура всегда выше, чем в других местах на три—четыре градуса, к тому же суглинок — земля сохнет быстро), затем приступили к арендуемым у Ныгды. Здешние поля имеют свои названия, унаследованные от старинных бурятских поселений, — Багандай, Саган-Бурунг, Худынжалгай... Работали посменно, по 12 часов в сутки, но когда очередь дошла до поля под названием Долонхон, работать решили без отдыха — приближался родительский день. На Долонхоне и увязли. Тем не менее работу закончили в срок.

Соседи над зареченцами посмеиваются: "Влагу задерживаете, бороните — зря только топливо переводите". Головченко возражает: "Смеяться будем по осени". В позапрошлом году главный агроном из "Белореченского" тоже иронизировал: "Послепосевное боронование вам только вредит — вы же ростки ломаете. И топливо зря тратите". А по осени подсчитали — в "Заречном" получилось 32 центнера с гектара, у смешливых соседей — 16.

— Что-что, но агротехника у зареченцев — сильное звено, — считает доктор экономических наук Александр Кириленко, работающий в эти дни в хозяйстве по приглашению директора хозяйства Футорного.

Слабые звенья Александр Степанович называть отказался: "Работаем над этим". Но назвал еще одно сильное звено — директор хозяйства.

В прошлом году "Заречному" присвоили звание хозяйства высокой культуры земледелия. На базе хозяйства прошел областной семинар семеноводов. Осмотрев поля, гости заметили, что таких посевов не видели уже лет 15.

Кодировка

Об Александре Футорном нелестно отзывается только ленивый: "Он же работой замотает. Сам не спит и другим не дает". И это действительно так. Даже во время задержания влаги директор нередко проводил ночи на полевом стане — охранял ГСМ от лихих людей, а началась посевная — дома и вовсе потеряли.

— Тем не менее сейчас мне стало спокойней работать, — признается Александр Васильевич. — Раньше надо было за людьми следить, чтобы не пили. Сейчас, кажется, эту беду искоренили...

В прошлом году в хозяйстве закодировались 23 человека. Объясняется это просто — работать хорошо, без прогулов, в "Заречном" выгодно. Дисциплинированные работники получают две зарплаты в месяц, но стоит только совершить один прогул, как лишаешься не только второй зарплаты, но и центнера пшеницы по итогам года.

В прошлом году Футорному позвонили с НТВ и предложили рассказать об опыте кодирования своих рабочих. Александр Васильевич отказался: людям, мол, неудобно будет. Да и неизвестно еще, как поведут они себя после кодировки. Но теперь, по прошествии года, можно сказать: надежды оправдались. Один из закодированных продвинулся по служебной лестнице — стал ближайшим помощником Футорного. Пятеро купили новые автомобили. Не обошлось, правда, и без перекосов: двое из закодированных, бросив пить, стали торговать спиртом. Футорный долго думал, как бороться с этой бедой. Закон-то бессилен против спиртоторговцев. И нашел выход — разрешил торговать спиртом в открытую. Вместо двух—трех точек, торгующих спиртом, в селе появилось десять. Торговать суррогатом из-за обилия конкурентов стало невыгодно, и вскоре работа точек была свернута. Торговать разрешили даже во время посевной. Только желающих нет.

Метки:
baikalpress_id:  2 998