Пожары: за дело взялись добровольцы

В прошлые выходные бойцы отряда «15.08» справились с шестью очагами подземных пожаров в Бурятии

«Друзья, жители Бурятии просят помощи. А значит, отряд «15.08» готовится к выезду. Республика Бурятия тонет в торфяных пожарах. Сегодня подземный огонь уже охватил большие территории. Он валит лес и местами переходит на лесные пожары. Многие очаги находятся возле населенных пунктов. Это угрожает здоровью людей» — такое сообщение появилось на сайте отряда «15.08», представители которого прошлым летом тушили полыхавшие прибайкальские леса и сражались с горевшим торфом. На момент выезда отряда в Бурятии из-за горящего леса и торфа уже был введен режим ЧС. Из-за того что площади, охваченные огнем, огромны, а сил не хватает, бурятский «Добровольческий корпус Байкала» был вынужден обратиться с просьбой о помощи к иркутянам.
Иркутские добровольцы не оставили просьбу без внимания.

Байкал опять в дыму

Отправиться в Бурятию сражаться с подземным пожаром бойцы отряда «15.08» решили, можно сказать, спонтанно. В четверг бросили клич в социальных сетях, информация о поездке прошла в СМИ. Ехать вызвались три добровольца и корреспондент «СМ Номер один». Такое скромное количество участников объясняется отнюдь не равнодушием к беде соседнего региона. Как объясняет руководитель отряда Александр Деев, желавших поехать было немало, но объявление вышло всего лишь за день до поездки и потенциальные огнеборцы просто не успели перестроить свои планы на выходные (у некоторых, кстати, выходные — это рабочие дни).

Чужой земли не бывает: иркутяне тушили торф в Бурятии

— Добровольцы из Бурятии каждую неделю выезжают на свои торфяные пожары, — рассказывает Александр Деев по дороге в Селенгинск. — В прошлом году вдохновленные нашим примером жители Бурятии организовали «Добровольческий корпус Байкала», но действовали несколько иначе, чем мы: собирали ресурсы и делись со службами — обеспечивали пожарных тушенкой, сгущенкой, топливом. В этом году у нас ситуация с торфяными пожарами обстоит более благополучно. Выезжали только на разведку и один раз на тушение небольших очагов в Усольском районе. В прошлом году в это время там была катастрофа. Недавно мы выезжали в район — наверное, впервые за несколько лет у людей появилась возможность дышать свежим воздухом.

Напомним: благодаря усилиям представителей Гринпис, пожарных и бойцов отряда «15.08» подземный пожар в Усольском районе удалось задавить в зародыше еще по весне.

— А Бурятия ездит тушить каждую неделю с начала мая, — продолжает Александр. — Народу ездит немного — со всей республики максимум пять человек. Это люди, у которых болит душа за свой родной край и которые понимают, что если не они, то за эту проблему никто не возьмется.

В Бурятию добровольцы едут уже не первый раз. В прошлом году 15 бойцов отряда ездили туда на учения, которые проводил Гринпис. Тренировались и одновременно делали полезное дело — тушили глубокие торфяные очаги.

По словам Александра Деева, ответ на вопрос, ехать ли помогать Бурятии, у иркутских добровольцев был однозначный: ехать. Мы живем на одной земле, которую нельзя делить на чужую и свою. С Бурятией нас объединяет великое озеро Байкал, и на какой бы его стороне ни вспыхнул пожар — Иркутской или Бурятской, — это общая беда, сражаться с которой необходимо всем вместе. И вместе бить в колокола, привлекая к решению проблем пожаров власть и жителей обоих регионов.

По дороге в Кабанский район мы останавливаемся на смотровой площадке у поселка Култук. Взору открывается удручающая картина. На улице погожий солнечный день, но Байкал сер и хмур — великое озеро затянуто пеленой дыма.

Поставили 500 лайков, но тушить не пришли

В ситуации с торфяными пожарами часто возникает вопрос, кто должен их тушить. Вопрос этот настолько мучительный и сложный, что на его решение у чиновников уходят долгие месяцы. А подземный пожар тем временем расползается все шире.

Селенгинску, поселку городского типа, находящемуся в Кабанском районе, не слишком повезло с расположением — его построили на болоте. При возведении градообразующего предприятия — целлюлозно-картонного комбината — строителям пришлось вколачивать в землю 25-метровые сваи. Болота окружают Селенгинск, ирригационная система приказала долго жить, залежи торфа высыхают и, по словам местных жителей, стабильно горят каждый год. Дым из-под земли идет весной, летом и осенью и берет передышку лишь на время январских морозов.

По дороге в Селенгинск добровольцы замечают приличное задымление возле железной дороги. И конечно, бойцы отряда не могут его игнорировать. Мы подходим к железнодорожной насыпи и обнаруживаем, что горят прошлогодняя трава и сухие обломки деревьев. Наломав березовых веников, добровольцы начинают сбивать огонь. По словам огнеборцев, причиной пожара мог стать бычок, выброшенный из окна поезда.

В Селенгинск мы прибыли вечером и сразу отправились на местные болота. Поскольку на улице уже сумерки, работа по тушению возгораний окончена. Вдоль дороги сидят уставшие, покрытые копотью люди. Это волонтеры из Улан-Удэ, сотрудники турбазы, приехавшие отдать свой гражданский долг. Как это ни странно, из самого Селенгинска в тушении торфа участвует один-единственный человек — Екатерина Грудинина.

— Каждый год поселок задыхается, — рассказывает Екатерина. — В прошлом году стояло жаркое, сухое лето. Из моего окна соседнего дома уже было не видно. Вся республика была в дыму. И уже когда ситуация была доведена до крайности, нашли деньги, подзатушили. На протяжении 15 лет наши болота горят. Больше тысячи гектаров уже выгорело. Недавно я обратилась в местную администрацию. Обещали через неделю чем-нибудь помочь.

Недельное промедление представители администрации объяснили необходимостью официально все оформить, договориться с пожарными. Выделение продуктов и бензина для волонтеров, по словам чиновников, тоже займет время. А вот руководитель «Добровольческого корпуса Байкала» Андрей Бородин драгоценного времени терять не намерен. Он привозит из Улан-Удэ мотопомпы, рукава, лопаты, берцы, энцефалитки, котлы для полевой кухни. Часть оборудования берет у местных пожарных, привлекает волонтеров — и на горящем болоте закипает работа. С материальным обеспечением у «Добровольческого корпуса Байкала» все в порядке. Единственное, чего катастрофически не хватает, — это человеческих рук. Когда строился Селенгинский целлюлозно-картонный комбинат, сюда приезжали молодые энтузиасты со всей страны, а вот их потомки, к сожалению, энтузиазм подрастеряли.

— Екатерина — единственный житель Селенгинска, который переживает за торфяники, — замечает Андрей Бородин.

— Переживают-то у нас многие! — говорит Екатерина. — Я вчера в «Одноклассниках» написала объявление: мол, приезжают волонтеры, приходите помогать. Пятьсот человек поставили лайки, но тушить не пришел ни один. Одна девушка порывалась приехать, но потом написала, что надо грядки поливать. Кто-то написал, что позвонит Наговицыну (президент Бурятии. — Прим. ред.). Но мы же понимаем, что это проблемы не решит.

Совсем без внимания пожарных Селенгинские болота не оставались. Горевшую землю заливали водой, но эта технология вскоре обнаруживала свою неэффективность — на этом же месте снова закурился дымок. Торф нужно перекапывать — вода не в состоянии пробить все слои.

Труд «бодровольцев»

Самоотверженный борец с подземными пожарами и гостеприимная хозяйка Екатерина разместила иркутских добровольцев у себя дома. Наше утро началось с запаха дыма, который ветер задувал в открытое окно. По дороге к месту пожара мы рассматриваем живописные пики Хамар-Дабана — Селенгинск расположен у северного подножия горного хребта. Из-за дымки горы имеют ярко-синий цвет, который можно было бы назвать красивым, если не знать, что подобный эффект создают опасные пожары. Над горами грустное бледно-серое небо.

— Не знаю, то ли из-за пожаров, то ли из-за изменения климата, только небо у нас почти всегда такое, — замечает Екатерина.

Мы едем в деревню Закалтус. Это населенный пункт, обреченный дышать дымом, если никто не возьмется за обводнение болот. Он получил свое название от сибирского диалектного слова «калтус», что значит «невязкое болото». Калтусы примыкают к деревне и регулярно возгораются, задымляя не только населенный пункт, но и федеральную автомагистраль «Байкал». По словам местных жителей, власти не могут повлиять на работу пожарной охраны. Деревня задыхается. В прошлом году в Закалтус приезжал глава республики. Ему продемонстрировали показательную кучу снега, перемешанную с торфом, и торжественно объявили: над горящим торфяником одержана победа. Но прошла зима, пожар вышел из-под земли и побежденным явно не выглядел.

Тем не менее именно в этой деревне нами был найден повод для оптимизма. На калтусах была прокопана глубокая траншея, которая уже начала заполняться водой и остановила пожар, а на месте очагов, которые тушил Андрей Бородин со своими соратниками, мы застали выкопанные экскаватором ямы, тоже полные воды.

Поскольку калтусы в нас не нуждались, было принято решение продолжить тушить болота под Селенгинском. Работа на торфяниках начинается с проливки. Необходимо сбить температуру, снять дым, чтобы охладилась основная масса торфа и земли — словом, чтобы снизился уровень опасности для огнеборцев.

Бойцы отряда «15.08» Сергей Мядзелец и Анатолий Мирничук в шутку называют себя «бодровольцами». Тушение лесных и торфяных пожаров требует приличных физических усилий, вялое ковыряние в земле не принесет никаких результатов. Так что без бодрости на пожарах делать нечего.

Подход к тушению торфяных пожаров иркутских «бодровольцев» высоко оценила Екатерина Грудинина, уже имевшая опыт совместной работы с другими
волонтерами.

— Сразу видно, что приехали опытные, выносливые люди, — замечает Катя. — Видно невооруженным глазом, когда люди приезжают сознательно, а когда по принуждению. Как-то раз приехали субтильные ребята. Поодиночке парни не могли удержать пожарный ствол. Держали его вдвоем, потом устраивали долгие перекуры, сидели на кочке, приходили в себя.

Патриотка Виктория

В процессе работы замечаем, что к болоту подъехали люди на машине и что-то копают. Как выяснилось, молодой человек и две девушки приехали набрать торфа.

— Есть желание принять участие в тушении торфяных пожаров? — задали мы вопрос молодым селенгинцам.

— А что нам за это будет? — хитро улыбаясь, спросила одна из девушек.

— Свежий воздух, чистое небо.

— Ну, бесплатно у нас работать никто не будет, — не оценила нарисованные нами перспективы жительница Селенгинска.

— И вообще, у меня грядки и трое детей.

— А ваши друзья, знакомые, у которых больше свободного времени, не хотят поработать на благо родного поселка?

— В нашем поселке молодежь сидит без работы, каждый выживает как может. Бесплатно работать никого не заставишь.

После разговора с жителями Селенгинска вспомнилась история, которую рассказал за ужином Андрей Бородин. Это история о девушке, которая покинула родную Бурятию, но остается патриоткой своей малой родины. Уроженка Улан-Удэ Виктория Крупинникова уехала учиться в Германию. Когда в прошлом году девушка узнала, что пожары атаковали ее родину, то провела агитработу среди немцев и собрала деньги, чтобы помочь своим землякам. 

— В прошлом году, когда мы сильно горели, Виктория перевела собранные деньги своим родителям, чтобы они купили канистры, лопаты, продукты и передали нам, — рассказал Андрей Бородин. — Потом остро встал вопрос о зимовке животных на особо охраняемых территориях. Специалисты сообщили, что из-за пожаров сбились пути миграции, в привычных для лесных животных местах исчезла кормовая база. Виктория отправила родителям деньги на покупку уазика, а также средства на приобретение зерна и сена. Так что ездили всю зиму и подкармливали лесных зверей. Когда в этом году мы поняли, что ситуация сложная и нужно выезжать на тушение каждые выходные, Виктория прислала еще 70 тысяч рублей. Мы их потратили на рукава и бензин.

Чтобы власти не смогли отмахнуться

«Добровольческий корпус Байкала», который возглавляет Андрей Бородин, как и отряд «15.08», является полностью автономной структурой.

— Когда в прошлом году начались пожары, я следил за деятельностью иркутян и понял, что тоже должен собрать людей, — говорит руководитель корпуса. — О создании централизованной группы я задумался еще в 2014 году, когда в Аршане сошел сель. На ликвидацию последствий правительство Бурятии выделило деньги. Приобреталась обувь, одежда, другая амуниция для волонтеров. А потом это все собрать не смогли, вся амуниция «ушла». Эта ситуация и прошлогодние пожары стали толчком для создания добровольческого корпуса. Сейчас корпус зарабатывает статус. Без привлечения бюджетных средств мы умудрились создать хорошую материальную базу, и, что очень важно, виден результат нашей работы. Все это, я надеюсь, приведет к тому, что в будущем власти не смогут от нас просто так отмахнуться.

За день было потушено шесть крупных очагов. После ударного рабочего дня Екатерина и Андрей пригласили нас искупаться в знаменитом радоновом источнике в Энхалуке, который как рукой снимает усталость и дарит крепкий сон. На следующее утро в Селенгинске дыма было заметно меньше. «Это направление ветра изменилось», — скептически заметил сторож автостоянки, где мы забирали машины.

Скорее всего, работник автостоянки прав, потому что после нашего отъезда на болотах остались очаги, охватить которые не позволяло ограниченное количество времени. Но хочется верить, что к Екатерине и Андрею в следующий выезд присоединятся другие жители Бурятии и помогут спасти от огня родную землю.

Загрузка...