Подземный огонь перезимовал и вышел на поверхность

Представители Гринпис помогли потушить первые торфяные пожары

В первый раз представители Гринпис прибыли в Иркутскую область летом 2015 года, когда в нашем регионе царил горящий армагеддон — массово полыхали леса и тлели торфяники. В этом году Михаил Крейндлин, руководитель программы по особо охраняемым природным территориям, и Наталья Максимова, координатор противопожарной программы Гринпис по северо-западу России, приехали весной, чтобы предотвратить торфяные пожары. Были большие опасения, что зимой сохранится много пожаров, но, к счастью, этого не случилось. Небольшие очаги были выявлены только в Усольском районе. На их ликвидацию вместе с представителями Гринпис выехал и корреспондент «СМ Номер один».

Поджигатели на джипе

— В прошлом году мы застали катастрофическую ситуацию. Из-за последних маловодных лет торфяники схватывались быстро, в итоге горели огромные площади, — говорит Михаил Крейндлин. — Дым, который стоял в Иркутске, возник не столько от лесных, сколько от торфяных пожаров. Он по запаху отличается. Мы много работаем с торфяниками  в европейской части России, и этот запах хорошо знаем. Благодаря усилиям государственных служб, органов местного самоуправления и добровольцев отряда «15.08» удалось ситуацию улучшить. И тогда мы договорились, что приедем весной и поможем понять, как ситуация с торфяниками изменилась после зимы.

В ходе мониторинга представители Гринпис выяснили: по сравнению с прошлым годом ситуация значительно лучше — сплошных массивов горящих торфяников сейчас нет. Большинство пожаров «не пережили» многоснежную морозную зиму.

В прошлом году горело болото в Бурдаковке. Наталья и Михаил дали местным властям рекомендации по прокладке дорог, окапыванию участков. Администрация прислушалась, принятые меры помогли. В этом году представители Гринпис обследовали территорию с земли и воздуха при помощи квадрокоптера и очагов не обнаружили.

Опасения вызывает другое: бурдаковские торфяники имеют густую поросль сухой травы, которую в этом году уже поджигали вредители. История похожа на детектив. В поселок приехали двое молодых людей на джипе, спросили, где поля, и в этот же день за поселком полыхнула трава. Кто были эти люди, для чего они создали опасность торфяного пожара, неясно. Не исключено, что у их поступка была политическая подоплека. К счастью, из-за действий поджигателей торфяники не загорелись, но пакостников разыскивают. Напомним, что штраф за учиненный пал травы достигает 500 тысяч рублей.

В ходе недельного мониторинга очаги были выявлены только в Усольском районе. Чтобы не повторилась ситуация прошлого года, их нужно было  потушить.

— Как только произойдет уход воды и высыхание торфа, очаги начнут разрастаться. Они угрожают сильным задымлением поселку Култук. Потушить — это первая задача. Вторая — не допустить поджогов травы, — подчеркнула Наталья Максимова.

Михаил Крейндлин развенчал миф о том, что торфяники могут загораться сами по себе. В природных условиях этого не происходит. Подземный пожар возникает в двух случаях. Первый — когда торфяник, загоревшись в теплое время года, тлел всю зиму, а весной огонь выбрался на поверхность. И второй — это банальный поджог.

В прошлом году был внесен запрет на поджоги травы. Даже Агентство лесного хозяйства Иркутской области отказалось от профилактических отжигов.

Картагонский постапокалипсис

Ранним утром в субботу  вместе с Натальей Максимовой и Михаилом Крейндлиным мы выдвигаемся в Усольский район, населенные пункты которого — Большежилкино, Большая Елань, Култук — уже прочно ассоциируются с торфяными пожарами. Картагонские болота, находящиеся близ поселков, дымят на протяжении нескольких лет. Именно на этих болотах в ходе мониторинга и выявлены очаги. Перед отправлением Наталья кладет в багажник необычный прибор, представляющий собой электронное табло на длинной палке. Это незаменимый на торфотушениях термощуп.

— Во время торфяного пожара дым не самый лучший ориентир, — говорит Михаил. — Гореть может в одном месте, а дым выходить — в другом. Термощуп помогает определить границы очага, плюс он помогает проверить качество тушения. Можно полить сверху водой, и дыма не будет, а на следующий день снова задымится. На сегодняшний день не существует более эффективного способа тушения, как пролить торф водой на всю глубину горения. Но перед проливкой его надо, разумеется, раскопать. Воды требуется очень много — тонна на квадратный метр.

Казалось бы, все просто: копай поглубже, заливай побольше. Но в деле тушения торфа даже такие усиленные старания не гарантируют результата.

— Во время тушения горящий торф, соприкасаясь с водой, может превратиться в твердую корку — кокс, — продолжает Михаил. — А кокс воду уже не пропускает. Корку эту надо вскрывать и проливать водой.

На Картогонском болоте нас уже ожидали малый лесопатрульный комплекс и пожарная автомашина «Урал». Сотрудники лесопатрульного комплекса  установили мотопомпу у Черного ручья и протянули рукава к пожарной машине, которая остановилась неподалеку от очага. Пожарные начали перекапывать торф, а в скором времени к ним присоединились добровольцы отряда «15.08» и местный депутат Максим Буздыган.

Организовав работу, представители Гринпис вместе Сергеем Шлегером, начальником 17-го отряда Федеральной противопожарной службы Иркутской области, и корреспондентом «СМ Номер один» отправились показывать остальные очаги. Несмотря на то что в этот день по поселку курсировали пожарные и лесоохранные машины, жители Култука ухитрились поджечь траву на пустыре. Мы затоптали огонь.

...По дороге к очагам из окон машины открывается удручающая картина: на Картагонских болотах, представляющих собой гектары выжженной дочерна, провалившейся земли, можно снимать фильм-постапокалипсис. И, несмотря на слова местных жителей «столько лет тут все горит, и ничего вы не сделаете», представители Гринпис полны оптимизма: если сейчас потушить очаги, не поджигать траву, регулярно патрулировать поля и оперативно гасить мелкие возгорания, то жителям Култука и окрестных сел больше не придется дышать дымом.  

Пожар как коварный  крот

Во время перекопки торфяников — а копать приходилось глубоко — веселые добровольцы шутили про кротов. Торфяной пожар и похож на коварного крота: зароется глубоко под землю, прокопает-прожжет ходы, и неясно, в каком месте выползет на поверхность дымом. Добровольцы отряда «15.08», чтобы максимально эффективно тушить подземные пожары, проходили специальное обучение в региональном МЧС.

Когда же торфяной пожар тушат люди, не понимающие природы этого явления, их действия — сизифов труд: мало того что он не приносит результата, так еще и на тушение тратятся десятки миллионов рублей. А торфяники как дымили, так и продолжают. Тушение торфяного пожара — очень трудоемкое и сложное занятие. В идеале болота вообще не должны гореть.

— Торф не горит, когда он достаточно увлажнен, — говорит Михаил. — Но, к примеру, в Усольском районе болота осушили, чтобы использовать поля под нужды сельского хозяйства. Была система мелиорации, которую надо было поддерживать в рабочем состоянии. Все это было заброшено, плюс гораздо чаще стали проводиться сельхозпалы. На все это наложилась маловодность прошлых лет. Торф стал сухим, начались пожары. В то же время технологии тушения оказались забыты. В итоге борьба с горящим торфом не приносит существенного эффекта.

Один и тот же очаг на Картагонских болотах добровольцы и пожарные прокапывали и проливали на два раза. Только после нескольких часов ударного труда термощуп показал, что температура торфа существенно снизилась и дальше пожар точно не пойдет.

Ближе к вечеру на поле показался трактор, принадлежащий хозяйству, в чьем ведении находятся торфяники. Трактор рьяно взялся за следующий очаг, но, запнувшись о глубокую канаву, плавно завалился набок. Тракториста это происшествие не смутило. Он сообщил, что во время тушения торфяников переворачивается уже в четвертый раз. Мол, в хозяйстве есть еще один трактор, который придет на помощь; а завтра перекопка торфа будет продолжена.

Наша общая беда

— В прошлом году общество, СМИ апеллировали к властям: мол, почему вы ничего не делаете с пожарами?  Но необходимо понять, что это наша с вами общая беда, это проблема, которая исходит от самого общества, — говорит Сергей Мядзелец, представитель отряда «15.08». — Сейчас происходят поджоги. В этом году произошел поджог Бурдаковки, поджог Чертугеевского острова, а недавно в Слюдянке отряд «15.08» уже тушил лес, который тоже кто-то умышленно поджег. Происходят и непреднамеренные поджоги. Давайте обернемся не к властям, а к себе и подумаем, что каждый из нас может сделать. Тот минимум, что может сделать человек, когда видит лесной или торфяной пожар, — это сообщить о нем. Обычно в таких случаях звонят на номер 112, но если туда дозвониться не получается, то можно позвонить 8-800-100-94-00.

Пожарные во время тушения торфяников работали старательно и добросовестно. Результатами совместной работы представители Гринпис остались довольны и подарили 17-му отряду противопожарной службы термощуп.
Пожарные во время тушения торфяников работали старательно и добросовестно. Результатами совместной работы представители Гринпис остались довольны и подарили 17-му отряду противопожарной службы термощуп.
Представители Гринпис ведут Сергея Шлегера  к очагам, обнаруженным ими накануне.
Представители Гринпис ведут Сергея Шлегера  к очагам, обнаруженным ими накануне.
Загрузка...