Они воевали на «Муромцах»

Георгиевские кавалеры в 20 лет уже водили тяжелые корабли.

Когда знаменитый «Руссо-Балт» кроме вагонов и автомобилей стал строить аэропланы, один из акционеров завода — Михаил Владимирович Шидловский — заболел навязчивой идеей. Ему виделся большой самолет, способный катать пассажиров с семьями. Вскоре Шидловский нашел в Киеве такого же человека, фанатично влюбленного в авиацию.

И этот недоучившийся 24-летний студент Игорь Сикорский необычайно быстро построил первый в мире четырехмоторный, по тем временам гигантский (размах крыльев до 35 м) самолет «Илья Муромец». Однако грянувшая

Первая мировая война превратила «Муромца» в грозное оружие. И всю войну Сикорский, не упуская случая полетать сам, непрерывно улучшал свое детище и довел его технические характеристики до немыслимых.

В итоге вес нагруженного корабля составил 7,5 тонны (считая бензин, масло, экипаж — до 8 человек, пулеметов — до 8 штук, бомб — до 1500 кг), продолжительность полета — до 5 часов, предельная высота — до 3500 метров, максимальная скорость — до 135 км/ч. Всего было построено около 50 кораблей.

Внемля веским аргументам и уступая личной настойчивости генерал-майора Шидловского, 23 декабря 1914 года император Николай II подписал указ о сведении всех «Муромцев» в единую Эскадру Воздушных Кораблей (все слова писались с заглавной буквы!) и назначении Шидловского командиром этого соединения.

Так 100 лет тому назад в России — впервые в мире — появилась дальняя авиация.

Говорить о далекой войне, да еще расцвечивать рассказ — дело малопочтенное. Обратимся к свидетельству участника (документ из Российского государственного военно-исторического архива).

Всего один полет

«Данные о боевом полете 19 марта 1916 г. воздушного корабля «Илья Муромец II». Экипаж: командир корабля штабс-капитан Панкратьев, помощник командира поручик Федоров, подпоручик Павлов, старший унтер-офицер из вольноопределяющихся Панкратьев, старший моторист — ст. унтер-офицер Ушаков.

Нагрузка: бомб 3-пудовых осколочных — 2 шт., 2-пудовых осколочных — 4 шт., 1-пудовых — 6 шт., 1-пудовых осколочных — 5 шт., 10-фунтовых — 10 шт. Ящик стрел (пояснение авиатора Никольского: «…подобрав несколько таких стрел, мы их рассмотрели. Это были железные стержни длиной пятнадцать сантиметров, на одну треть они были цилиндрические, а на две трети были выфрезерованны, что получалось вроде стабилизатора. На этих гранях было написано по-немецки: «Изобретение французское, а изготовление немецкое».

Про особую пробивную способность этих стрел рассказывали небылицы: будто такая стрела, попавшая во всадника, пробивает насквозь человека и лошадь, но никто этого не видел. У нас же одна стрела залетела в палатку и вонзилась в верстак, облицованный оцинкованным железом. Железо было пробито, но стрела торчала, углубившись на три-четыре сантиметра, в доску верстака.

Все же это оружие казалось нам весьма неприятным, и одну стрелу отвезли в Варшаву, заказав тысячу (без надписей), а вторую стрелу отправили в Петроград. Вскоре мы получили варшавский заказ, а позже — из Петрограда — несколько тысяч стрел разных образцов: были просто длинные гвозди, были свинцовые каплевидной формы с жестяным стабилизатором, были такие же, как немецкие…»)

Общий вес 27 пудов. Бензина и масла на 3,5 часа полета — 32 пуда. Всего 59 пудов.

Вооружение: 3 ружья-пулемета Мадсена (патронов 1000 шт.), 2 пистолета Маузера (патронов 100 шт.).

Задание: произвести бомбометание по складам, станционным постройкам, путям и составам в Монастыржиске. Маршрут:

Колодзиевка — Трембовля — Осовце — Езержаны — Вычулка — Дубенка — Бариш — Бучач — Тржебуховцы — Чертков — Колодзиевка.

Наибольшая высота — 2400 метров. Продолжительность полета 3 часа 17 минут. Взлет в 8 час. 30 мин. Спуск в 11 часов 47 мин.

Сброшено по складам и ст. Монастыржиск: две трехпудовых осколочных, три двухпудовых, пять пудовых и шесть десятифунтовых бомб. Результаты бомбометания: все бомбы попали в пристанционные постройки, пути, вагоны и строения около станции. Видно было, как загорелось большое станционное здание с красной крышей. На ст. Бариш сброшены: одна двухпудовая, одна пудовая, пять пудовых осколочных, 4 десятифунтовых и ящик стрел. Замечены попадания в постройки селения.

Бой с неприятельскими аэропланами: во время бомбометания в Монастыржиске, когда весь экипаж был занят выбрасыванием бомб, корабль был атакован одновременно двумя неприятельскими аэропланами типа «Фоккер». Первым с корабля немедленно открыл огонь в открытую дверь подпоручик Павлов — из пулемета Мадсена. Сейчас же вслед за ним был открыт огонь поручиком Федоровым — из Маузера, ст. ун.-оф. Панкратьевым из ружья-пулемета Мадсена с верхней площадки и ст. ун.-оф. Ушаковым из ружья-пулемета Мадсена в задний люк.

 Первыми выстрелами неприятельских аэропланов, подошедших к кораблю с хвоста, были ранены разрывными пулями в руку поручик Федоров и тяжело в ногу ст. ун.-оф. Ушаков, который упал на бомбы. Были пробиты радиатор мотора № 3, стойка около мотора, в двух местах стойка фюзеляжа (около пилотского сидения), нижнее стекло и в разных местах фюзеляж и крылья — всего более 40 попаданий.

Немедленным поворотом корабля неприятельские аэропланы были выведены из мертвого пространства в хвосте, сосредоточенным огнем экипажа один из них был поврежден, потому что вскоре, качаясь, круто пошел на снижение.

Поручик Федоров, несмотря на рану, продолжал стрелять, от перевязки на корабле отказался и был перевязан после спуска корабля, через час 40 минут после ранения. Ст. ун.-оф. Ушаков до ранения успел выпустить одну обойму и отказался от перевязки, сказав, что важнее стрелять по аэропланам. Вскоре ст. ун.-оф. Ушаков был перевязан старшим ун.-оф. Панкратьевым.

Второй неприятельский аэроплан сопровождал корабль от Вылучки до ст. Тржебуховцы, причем все время пытался подойти с хвоста. Однако своевременными поворотами корабль держал его в сфере обстрела пулеметов подпоручика Павлова (у дверей) и ст. ун.-оф. Панкратьева (на верхней площадке).

Каждый раз несколько выстрелов с корабля в моменты сближения принуждали неприятельский аэроплан, обладавший громадной скоростью, уходить; этот маневр повторялся несколько раз в течение около 40 минут. При подходе корабля к ст. Тржебуховцы неприятельский аэроплан улетел по направлению к Монастыржиску.

Ст. ун.-оф. Панкратьев, находясь на верхней площадке, замерз, и руки закоченели настолько, что к концу боя не мог сам заряжать пулемет. Обоймы в его пулемет вставлял раненый поручик Федоров, он же быстро исправил и задержку пулемета Мадсена. Во время боя поручик Федоров, будучи уже ранен, по моему приказанию сбросил оставшиеся бомбы в с. Барыш — настолько хорошо, что замечены были попадания в здания.

Вскоре из-за повреждения неприятельским огнем радиатора, во избежание порчи я был вынужден остановить мотор, вследствие чего управление кораблем во время боя было затруднено. При проходе позиций корабль попал под усиленный артиллерийский огонь противника. От многих близких разрывов на корабле ощущались толчки. На обратном пути высота была около 2000 метров. Корабль был благополучно доведен на аэродром.

Считаю своим долгом отметить доблестную и самоотверженную работу поручика Федорова, подпоручика Павлова, старших унтер-офицеров — вольноопределяющегося Панкратьева и старшего моториста Ушакова.

Подлинный подписал: командир корабля — военный летчик штабс-капитан Панкратьев».

Братья по крови и небу

Названные здесь Панкратьевы не однофамильцы, а братья. На фото они с отцом — подполковником Василием Александровичем: справа Алексей (его рапорт был приведен выше), слева младший, Александр. В 1914 г. вольноопределяющимся на фронте был ранен в сердце. Не долечившись, сбежал из госпиталя и летал в экипаже брата. В Гражданскую войну 28-летний поручик Панкратьев стал летчиком в армии Деникина. При отступлении отказался покидать Крым и был расстрелян красными…

Иначе сложилась судьба старшего брата, военная карьера которого оказалась связанной с Иркутском. После окончания Русско-японской войны в нашем городе был расквартирован 2-й Восточно-Сибирский воздухоплавательный батальон, куда и прибыл молодой подпоручик Алексей Панкратьев. Совершил над Иркутском 15 полетов на шаре и управляемом аэростате. После школы летчиков блестяще воевал на «Муромцах», в звании полковника стал командиром эскадры. На сторону большевиков перешел добровольно, сформировал дивизион тяжелых кораблей, был начальником оперативного отдела штаба Воздушного флота РСФСР.

16 июля 1923 года на «Юнкерсе-13», который пилотировал Панкратьев, забарахлил двигатель. При посадке самолет загорелся. Свидетели рассказывали, что Панкратьев, придавленный рамой, кричал: «Не меня — спасайте пассажиров!» Спасли всех, а 35-летний авиатор, успевший за короткую жизнь налетать более 3000 часов, сгорел…

baikalpress_id:  99 949