«Нужно научиться шутить над собой»

Музыкант, поэт, актер, исполнитель собственных песен Василий Уриевский стал суперфиналистом проекта «Главная сцена» телеканала «Россия».

Что изменилось в его жизни после той победы? Об этом музыкант рассказал журналистам «Копейки» во время своего визита в Листвянку, для участия в арт-фестивале Baikal-live.

— В 2015 году вы стали суперфиналистом «Главной сцены». Почему решили участвовать в этом проекте?

— Летом проходили кастинги суперпроекта «Первого канала» «Голос», и мой продюсер Рустем Нуриев предложил в них поучаствовать. Но, как потом выяснилось, «Голос» — проект не совсем для меня: название шоу говорит само за себя. И тут вспомнили, что на российском телевидении есть телепроект «Главная сцена», где ищут талантливых артистов, и решили, что там у нас больше шансов. Кастинги по отбору участников тоже проходили летом, а осенью должен был начаться сезон. Мы подали заявку, прошли кастинг и попали в проект.

— Выбор песен оставался за вами?

— Мы могли выбирать сами — из тех ста песен, которые предлагались участникам. Поэтому выбор был ограничен. Разрешалось петь только русские песни и только те, с авторами которых была договоренность по авторским правам. Еще нужно было успеть выбрать из того, что не разобрали другие.

— Несмотря на ограничения, а может и благодаря им, вам удавалось не просто перепевать известные песни, но и необычно их интерпретировать . А песня А.Пахмутовой и Н.Добронравова «Нам не жить друг без друга» покорила многих зрителей.

— Да, наше исполнение понравилось, и даже авторам. Еще мне удалось сфотографироваться с Александрой Николаевной, при этом она мне что-то говорила про текст, его содержание, я соглашался с ней, однако говорил и о собственном восприятии этой песни. Но всего мы не успели обсудить, ведь там была такая суматоха. К композитору выстроилась большая очередь: людям хотелось постоять рядом с Пахмутовой, сфотографироваться.

— А музыкальные решения всегда были вашими?

— На первом этапе — моими. Я что-то придумывал, делал записи демо. Затем мы собирались с музыкантами, обсуждали детали, выбирали некое направление, которое можно было взять за ориентир — например, музыку Тома Уэйтса, и старались как-то все совместить. А еще то, что у меня поначалу получалось, я исполнял всем просто под гитару. Если слышал: «Вроде интересно», шел дальше. К тому же важно было придумать образ. К примеру, в песне «Помоги мне» мы стали шахтерами. Нам показалось, что это эффектный, неожиданный визуальный образ. И когда все сошлось — Том Уэйтс, песня «Помоги мне», желание сделать на сцене образы шахтеров, я решил, что в песню можно добавить куплет. Поэтому я написал его именно под шахтеров. Аранжировку с музыкальными партиями обычно тоже делал сам.

— Что-то изменилось после проекта кардинальным образом?

— Не так много, как хотелось бы. В соцсетях, конечно, стало больше слушателей, подписчиков. Наверное, в городах, где я ни разу не был, сейчас на концерт придет больше людей, чем пришло бы до него. Все-таки мы рассчитывали, что будет организован тур с участниками проекта, но этого не случилось — и мы немножко расстроились. Пока гастролируем по городам самостоятельно, как это было раньше.

— Перед кем выступать сложнее — перед взрослыми или детьми?

— Не знаю… Наверное, одинаково. Мне всегда говорили, что между ними на концертах нет разницы. А вот когда я проводил корпоративы, свадьбы, праздники и тому подобное, мне было сложно, потому что со своим театральным образованием, обремененный актерской профессией, я очень много думал, а там не надо думать (улыбается), там другая специфика. Я напрягался, ведь приходилось проводить веселое мероприятие не для детей, а для взрослых. Долго не мог перестроиться. Все думал, как к ним подойти. Сейчас на своих выступлениях я нашел нужные ходы: понимаю, как построить программу, как правильно расставить акценты, как сделать, чтобы взрослые сбросили с себя взрослость и почувствовали себя детьми. Ну а с детьми мне по-прежнему просто, и на концертах у меня они бывают. Например, на концерт в маленьком детском театре Подмосковья пришли и дети, и родители. Я тогда составил соответствующий репертуар. Да и на обычные мои концерты почти всегда приходят с детьми, вот и на иркутском концерте было так же. Мне кажется, они с удовольствием слушали. Еще мне часто присылают видео с выступлениями ребят, которые поют мои песни, читают мои стихи, причем делают это серьезно.

— Однажды, характеризуя собственные песни, вы написали, что они «странные, непонятные…». Почему вы их так назвали?

— Это так и есть. Достаточно послушать «Штучку», «Я помню, вижу, знаю» и что-то подобное — странное. Или, например, у меня есть песня, где постоянно повторяется одна и та же фраза. Разве это не странно? Наверное, да — для нормальных людей.

— Все концерты состоят из таких странных песен?

— В основном. Конечно, есть серьезные, лирические, но я их редко пою. Если и вставляю парочку, то лишь для контраста.

— Вы обладаете удивительным чувством юмора. Самоирония вам свойственна?

— Только она и свойственна. Чтобы никого не обижать, нужно научиться шутить над собой. Самоирония — качество, необходимое творческим людям.

— Наверное, поэтому ваш «Стих про стих» популярен... Его слышали ваши театральные коллеги?

— Реакции своих коллег из театра не помню. Но помню один случай, который подтверждает, что артистам он интересен. В январе я стал участником концерта памяти Владимира Высоцкого в Театре на Таганке, где не только исполнил несколько песен, но и прочитал свой «Стих…». Прочитал по просьбе Евгения Моргулиса. Поначалу, когда согласился прочитать, не до конца осознавал, понял только потом, что буду читать перед артистами, которые играли на одной сцене с Высоцким, были его друзьями, перед корифеями сцены. Поначалу они молчали, не всё, наверное, понимали, но потом (видимо, как-то я их убедил) стали смеяться, реагировать на прочтение. После концерта ко мне многие подошли с благодарными словами, сказали, что «Стих…» их впечатлил. Мне было очень приятно, и я уже мог спокойно выдохнуть.

— Вам близко творчество Высоцкого?

— Я его люблю и уважаю его творчество, восхищаюсь им как личностью. Считаю его великим актером, большим явлением в культуре, большим поэтом. Но не так давно я близко познакомился с творчеством Высоцкого. Это не значит, что раньше ничего о нем не знал. С детства помню, как звучали в нашей квартире его песни, их слушали мои родители. Тогда я ничего в этом не понимал. И вот недавно я накачал из Интернета его песни. Стал внимательно слушать по годам. После такого погружения открыл многое для себя. Мне было интересно все: следить за его творческой эволюцией — о чем он пел вначале, о чем позднее; за сменой ориентиров, сменой стиля. Теперь могу с уверенностью сказать, что мне близок Высоцкий. У меня даже появился цикл песен, посвященный ему.

— Каждая ваша песня — это мини-спектакль: настоящий, живой, органичный. Вы не хотите создать свой театр песни?

— Такие мысли у нас есть. Уже года полтора думаем, как сделать моноспектакль. Возможно, это произойдет в Саратове — в театре, где я когда-то работал. Пока вопросов больше, чем ответов. К тому же нужен режиссер, которому можно «вывалить» мои мысли и который все разложит по полочкам.

— Каковы ваши ближайшие творческие планы?

— Все как обычно: запись песен, выпуск альбома, концерты, поездки по городам, фестивали.

— А Иркутск?

— Летом хотим приехать на фестиваль на Байкале. Возможно, я буду уже не один, а со всем составом. По крайней мере, мы все этого хотим.