Почему рухнул СССР и что ждет Россию

Корреспондент "Номер один" принял участие в презентации новой книги Егора Гайдара

Корреспондент "Номер один" имел возможность пообщаться с Егором Гайдаром в рамках конференции "100 лет революции", которая состоялась на днях в Москве. Главной темой разговора стала презентация книги "Гибель империи. Уроки для современной России". Книга несмотря на то, что написана языком политэкономиста, крайне интересна для каждого думающего человека и читается на одном дыхании. Ведь большинство из нас, хоть и были непосредственными участниками событий последних десятилетий, имеют весьма смутное представление об их истинных причинах. По большому счету то, что на самом деле происходило во время развала СССР, для нас белое пятно в истории. Итак, отец рыночных реформ, сын советского военного, внук детского писателя, правнук русского сказочника, экономист Егор Гайдар — об ошибках, иллюзиях и о месте России в мире. О том, чему посвятил новую книгу и что интересно всем без исключения.

Все началось с хлеба

— В России в последние годы очень сильны имперские настроения, — считает Егор Гайдар. — Как подавляющее большинство воспринимает то, что с нами произошло в 1985—1991 годы? Была, мол, мировая сверхдержава с устойчивой экономикой, потом пришли какие-то странные люди и по злому умыслу или недомыслию взяли и развалили ее. Власти играют на этих имперских настроениях, потому что это также беспроигрышно, как продавать пепси-колу. Моя книга призвана лишить наших граждан иллюзий в отношении Советского Союза.

Крах СССР в 80-х действительно никто из экономистов не предсказывал. Казалось, что советская экономика относительно независима. На самом деле она была крайне сильно интегрирована в мировую и очень от нее зависела. За рубежом мы покупали не то, что считали выгодным купить, а то, без чего страна не могла жить. В первую очередь это было продовольствие. Мы были крупнейшим экспортером зерна в мире.

Это стало результатом развала сельского хозяйства. Обычно в мире индустриализация шла на фоне аграрного роста и отнюдь не за счет того, что деревню грабили. У нас был уникальный случай, когда деревню ограбили так, что там умерли от голода миллионы людей. Годовая заработная плата в деревне была меньше, чем месячная в промышленности.

Мы создали ситуацию крепостного права: отсутствие паспортов, стимулов к работе, стремление любой ценой выбраться в город. Городское население стремительно росло. Прокормить его разоренное село было не в силах. С 50-х годов сельское хозяйство находилось в состоянии страшного кризиса.

Нефтяная удавка

Зерно мы покупали на "нефтяные" деньги. В брежневскую эпоху нам повезло. Мы открыли месторождения нефти в Западной Сибири. И плюс к этому наблюдался беспрецедентный рост цен на нефть.

Но нефть — товар очень необычный. Цены на нее подвержены непредсказуемым и огромным колебаниям.

То, что мы зависели от сырьевых рынков, не является какимто безумным пороком. Просто надо понимать, что это своеобразная экономика, которая подвержена огромным рискам. А эти риски надо сводить к минимуму, чего не происходило.

Норвегия — самая развитая страна мира — также зависит от сырьевых рынков. Как вы думаете, во сколько раз стабилизационный фонд Норвегии больше сегодняшнего российского? В 12 раз! Они не хотят распускать свою страну, когда вдруг цены на нефть опять упадут в восемь раз. В Советском Союзе стабилизационный фонд был мизерным.

Итак, мы покупали больше всех в мире зерна, продавая по беспрецедентно высоким ценам нефть. И нам почемуто казалось, что так будет всегда.

Мы использовали безумный поток нефтедолларов не для создания независимой экономики, а для того, чтобы наделать бесконечное количество глупостей: ввязаться в военные операции в Африке, в Анголе, в Эфиопии, в Мозамбике, потратить несколько сот миллиардов долларов на помощь вассальным режимам. Мы плюс к этому решили влезть в Афганистан. Вообще, роль афганской войны в истории краха Советского Союза очень сильно недооценена.

Дело в том, что Саудовская Аравия, наш главный конкурент на рынке нефтепродуктов, восприняла наше вторжение в Афганистан как прямую угрозу своим нефтяным месторождениям. И та же Саудовская Аравия, которая в 1973 году объявляла нефтяное эмбарго Соединенным Штатам, просит США защитить ее от Советского Союза. Американцы говорят саудитам: "Хорошо, но вы же понимаете, что мы заинтересованы в низких ценах на нефть". И цены рухнули. И именно падение цен на нефть повлекло за собой гибель - h%) империи.

Вообще, и без этого цены бы упали — они были аномально высокими. Но то, что цены рухнули, мгновенно заслуга Саудовской Аравии и США. Идея ослабления Советского Союза с использованием того, что он подсел на нефтяную иглу, конечно у американцев, была.

Самое "мудрое" решение — ничего не делать

Итак, цены на нефть взяли и упали в шесть раз. Экономика полностью зависит от нефти. Снабжение продовольствием, комплектующими, стабильность — все зависит от этого. Что Советский Союз в принципе мог сделать?

Первое. Отказаться от аграрного импорта. Это значит сокращение объема потребления продовольствия в два раза. Представляете? Власти все время рассказывали, что скоро наступит коммунизм. А теперь надо сказать: "Ребята, хлеба и мяса будете есть в два раза меньше. Мы вам введем карточное снабжение с нормами Второй мировой войны. Или цены повысим в пять раз". Люди к этому были совершенно не готовы. Это было чревато повторением 17-го года, поэтому такой вариант даже не обсуждался.

Второй вариант. Можно было резко сократить военное производство. Остановить заводы, которые работают на импортных комплектующих. И использовать часть высвобождающихся ресурсов — никель, титан, сталь — для увеличения поставок на мировой рынок. И на эти деньги закупать зерно. Но к этому не была готова политическая элита. Выбрав этот путь, Горбачев не имел шансов пройти следующий пленум ЦК КПСС. Надо понять, что и народ, и элита тогда не понимали, что происходит. Что вообще произошла такая катастрофа.

Еще одно направление, по которому можно было бы попытаться двинуться, — это резкое сокращение поддержки вассальных режимов. Эта тема обсуждалась, но советское руководство пойти по этому пути толком не решилось. Шла афганская война. Власть не была готова открывать "второй фронт", применять силу. А если мы не готовы, то, значит, нам надо кормить вассальные режимы, иначе империя рухнет.

И тогда советское руководство принимает решение очень, я бы сказал, ответственное, сильное. Закрыть глаза и ничего не делать.

Кредиты в обмен на Восточноевропейскую империю

Закрыть глаза — это означало начать бурно брать кредиты, чтобы закупать продовольствие. Это, собственно, то, что Советский Союз и начал делать с 1985 года. Несколько лет мы брали коммерческие кредиты. А в конце 1988 года — начале 1989 года нам их перестали давать. Советским властям становится ясно, что теперь возможны только политические кредиты. А это значит, нужно играть по демократическим правилам. По чужим правилам. Что если мы хотим брать кредиты, то не можем себе позволить никакие интервенции в Восточной Европе для поддержки вассальных режимов.

И как только Польша и вся Восточная Европа понимают, что СССР больше не может применить силу, все эти режимы начинают рушиться, как карточные домики. В течение 11 месяцев все они перестали существовать. С этого момента судьба восточноевропейской империи полностью определена.

Но дело не ограничивается развалом восточноевропейской империи. Западные кредиторы начинают диктовать свои условия и в СССР. Еще раз подчеркну, суть стабильности режима — в том, что и народ, и политики всегда готовы к тому, что режим прольет столько крови, сколько надо, чтобы удержаться у власти. Как только общество понимает, что нет, режим уже не будет лить кровь, после этого тот начинает просто разваливаться.

К примеру, когда мы начинали использовать военную силу в Прибалтике, советское руководство получает совершенно однозначный сигнал о том, что если вы хотите войсками воспользоваться, пожалуйста, просьба не беспокоить нас по поводу 100 млрд. кредитов. Мы отказываемся от применения силы. Начинается парад суверенитетов.

Августовский переворот и развал СССР

Собственно, с этого времени судьба СССР решена. Денег в стране катастрофически не хватает — начинается прекращение поставок медикаментов, хлеба. Нет валюты, нет комплектующих для нефтедобычи, которая падает на 50 млн. тонн. К 1991 году ситуация уже была абсолютно и очевидно катастрофичная.

Инициаторы августовского переворота видели приближающийся крах. Им казалось, что это из-за слабости Горбачева. И они решились на этот самый ГКЧП. Но три дня переворота показали, что катастрофа неизбежна и не из-за нерешительности Горбачева, а из-за того, что страна полностью изменилась. Армия отказалась стрелять в народ.

Если вы помните историю ГКЧП, его участник Валентин Павлов, который в экономике понимал больше, чем другие, напился до такой степени, что впал в глубокий гипертонический криз. Я думаю, что он просто очень хорошо понимал, чем закончится переворот. Допустим, вы удержали положение. Допустим, вы передавили танками столько людей, сколько нужно для этого. А что, после этого валюта появится?

Собственно, с этого времени история Советского Союза была закончена. Дальше было беловежское соглашение и тяжелая адаптация к новым реалиям.

Роль ядерного оружия в беловежских соглашениях

Вопрос: почему при распаде СССР удалось избежать югославского развития событий? Ведь все считали, что в СССР гражданская война куда более вероятна, чем в Югославии. Первая гипотеза связана с субъективным фактором. На самом деле роль личности в истории куда значимей, чем это казалось классикам марксизма. Милошевич сыграл на национальной карте и потопил страну в крови. Ельцину было достаточно сыграть на ненависти к коммунистической власти. Ведь наш режим был куда более кровавым, чем в Югославии, и его ненавидели куда больше.

Был еще один, объективный фактор. Это ядерное оружие. Тема, закрытая для публики. Она никогда не обсуждалась впрямую. На самом деле, все ключевые участники переговоров в Беловежской пуще прекрасно понимали, о чем идет речь. Что если мы втянемся в территориальные разборки, когда на нашей территории четыре ядерных державы — Россия, Украина, Белоруссия и Казахстан, — то можно спрогнозировать, чем бы это закончилось. Тактическое ядерное оружие мог применить любой военный округ. Тогда мир действительно был на грани.

Ельцина много упрекают, что он безответственный человек. За беловежские соглашения, за границы. Но у Ельцина не было выбора. Ему нужно было расхлебывать безумную ситуацию с 31 500 ядерными зарядами, непонятно кем управляемыми. И очень мало кто знает даже из информированных людей, что ценой Беловежских соглашений 30 декабря 1991 года были подписаны соглашения о выводе стратегических и тактических ядерных вооружений из всех государств в Россию. Что и произошло.

Мы готовим себе новый капкан

Устоит ли наша экономика сегодня при падении цен на нефть? Если вы спросите у меня: "А какая сегодня доля нефти и газа в общем объеме нашего экспорта?", я должен буду с грустью сказать, что она точно такая же, как в Советском Союзе. Примерно те же 65—70%.

Но есть и плюсы. Сегодня экономика рыночная. В ней есть автоматические механизмы адаптации. По доле машиностроения в объеме экспорта мы выросли по сравнению с периодом СССР в четыре раза. И возможность продавать машины вместо нефти делает нашу экономику более независимой.

Далее. Стабилизационный фонд. Он по доле в ВВП меньше норвежского в 12 раз, тем не менее, он несопоставимо выше, чем когда бы то ни было в Советском Союзе. Сегодня многие говорят: зачем же мы вместо того, чтобы решать острейшие проблемы нашей экономики, вкладываем деньги в чужую валюту? Наше правительство хочет быть популярным и начинает тратить нефтяные деньги, наращивать социальные обязательства, которые при падении цен на нефть просто не сможет выполнить. Объявляет различные национальные проекты. Это по крайней мере неразумно. Я глубоко убежден, что есть сильная негативная корреляция между уровнем нефтяных цен и уровнем IQ руководства страны. Вспомните Брежнева и его окружение. Тогда при больших ценах на нефть голова тоже отключилась. Иначе мы не наделали бы столько глупостей.

В первый президентский срок Путина удалось провести важные позитивные структурные реформы, начиная от налоговой и заканчивая изменениями в земельном законодательстве. Финансовая и денежная политика стала достаточно ответственной и консервативной. Но надо понимать, что если экономика зависит от нефти, она должна быть предельно открытой, адаптированной к мировым катаклизмам, в стране должны работать рыночные, демократические институты. В последнее время, у нас, к сожалению, сформировалась закрытая, так называемая "управляемая" демократия. С уничтожением выборных должностей губернаторов и глав автономных республик, с исчезновением прямых выборов в Госдуму по округам, с купированием свободы слова, свертыванием общественных организаций, с введением монополии на власть одной партии, жесткой централизации уничтожается и система сдержек и противовесов. А это очень опасно: если руководство принимает неэффективные меры, его некому поправить. Вместе с тем усиливается государственный контроль в экономике. В таком случае сложно говорить об эффективной и интегрированной в мировую экономике, которая готова мгновенно реагировать на те или иные риски. Мы снова готовим себе тот же капкан, в который попали в 80-е годы.

Метки:
baikalpress_id:  66 667