Исчезающее искусство

"В Бурятии не хватает мастеров, которые смогли бы научить традиционному искусству новое поколение", — считает Владимир Урищенко

Мастеров, не разменивающихся на ширпотреб, остались считанные единицы

Сегодня работы чеканщика-монументалиста Владимира Урищенко присутствуют практически во всех дацанах республики. Получив посвящение от священнослужителей, художник оформлял и главный буддийский храм России — Иволгинский дацан. Редкое умение изготовления культовых буддийских украшений для храмов в наши дни чрезвычайно востребованно. Один из последних объектов, где работает со своими помощниками Владимир Урищенко, строящийся дацан, расположенный рядом с культурно-спортивным комплексом на проспекте Строителей в Улан-Удэ.

Родившийся на родине писателя Николая Гоголя, в городе Миргород, художник Владимир Урищенко сегодня не представляет себе жизни вне пределов Бурятии. За 50 лет он прошел длинный путь от Львовского института декоративно-прикладного искусства, из которого молодого художника отчислили за увлечение модернистским искусством, до работы в буддийском храме.

— В пятидесятые годы я работал главным художником оперного театра во Львове, — вспоминает Владимир Урищенко, — затем руководил отделом рекламы проектно-конструкторского института, утверждал эскизы рисунков для упаковок товаров, которые потом продавались по всей стране. После работал с известным кинорежиссером Сергеем Параджановым на Киевской киностудии имени Довженко.

Годы, которые Владимир Павлович провел на киностудии, он вспоминает особенно. Работая над известными фильмами "Украинская рапсодия", "Первый парень", "Тени забытых предков" в качестве художника- консультанта, Владимир Урищенко стремился помочь автору фильмов Сергею Параджанову как можно глубже отразить жизнь закарпатских крестьян. Приехав в 1961 году в Улан-Удэ в качестве гостя, Урищенко остался здесь навсегда. Художника покорила красота бурятских женщин.

— Меня всегда интересовала восточная культура, я любил писать картины в японском стиле, но когда приехал сюда и увидел бурятских женщин, уже не смог оставить Бурятию, — рассказывает Владимир Урищенко.

В столице республики художнику сразу же предложили работать в Бурятском книжном издательстве. Здесь он делал иллюстрации, в основном для детских сказок, работал над журналом "Байкал", оформлял книги Дондока Улзытуева. Но вскорости художник оставил работу книжного иллюстратора и стал осваивать мастерство ювелира-чеканщика. Его учителем тогда стал удивительный мастер-чеканщик по серебру Дашинима Цыденов.

С этого периода в жизни украинского художника-живописца - g +ao новый период, когда он стал одним из главных инициаторов и участником начала советского периода возрождения старинного ювелирного искусства бурят. Согласно отдельному Постановлению ЦК КПССС о возрождении бурятских национальных промыслов, народные мастера в конце 1960-х получили значительное внимание от государства. Для художников закупалось серебро, другие дорогостоящие материалы, талантливые чеканщики постоянно были обеспечены заказами. В столице республики было даже решено создать специальный "Город ювелиров", расположенный в поселке Исток.

— Тогда я был дружен с Андреем Урипхеевичем Модогоевым, Александром Алесеевичем Бадиевым, которые очень уважительно относились к национальному ювелирному искусству, сами любили охотничьи ножи, чеканку, — вспоминает художник.

В те годы при поддержке партийных руководителей Владимир Павлович решил объединить всех ювелиров республики, дав им как можно больше возможности работать, не отвлекаясь на бытовые трудности. Для мастеров был отведен целый микрорайон в пригородном поселке Исток, были куплены дома. Предполагалось, что разбросанные по разным бурятским улусам чеканщики соберутся вместе и будут творить, передавая свои умения новому поколению.

— Я тогда лично отвечал за организацию "Города ювелиров". Но сложилась парадоксально трагическая ситуация: большинство ювелиров, приехав в город и получив, казалось бы, все условия для работы, стали один за одним умирать, — вспоминает Владимир Урищенко. — Объяснялось это просто, большинство бурятских ювелиров-классиков были людьми, прошедшими через "колесо репрессий". Не все знают, но многие мастера отбывали срок в лагерях за то, что когда-то применяли свой талант для работы в дацанах. Сами понимаете, какое после этих испытаний у них было здоровье.

Несмотря на то, что попытка возродить традиционное ювелирное искусство окончилась неудачей, то время положительно отличалось от нынешнего уже тем, что такие попытки все таки предпринимались. Сегодня же, когда в Бурятии осталось совсем немного мастеров, все пущено на самотек. Мастеров же, которые не размениваются на ширпотреб и работают согласно старинным национальным канонам, сейчас считанные единицы. Ведь даже определенные инновации необходимо применять в рамках традиций.

— Сейчас с традиционными искусством опять парадокс: чем серьезнее искусство, тем сложнее и неохотнее оно принимается. Мастера в основном предпочитают заниматься женскими ювелирными украшениями, потому что это более востребовано, чем, например, ритуальная серебряная посуда для дацанов. Самое страшное, что в республике не хватает мастеров. Несмотря на то, что вся культура республики сегодня сориентирована на национальное возрождение, все заканчивается одними разговорами, которые ни во что, в конце концов, не воплощаются.

Метки:
baikalpress_id:  66 167