Татарстан развалит авиазавод, а вместе с ним и экономику Бурятии

Созданный с целью развития авиационной отрасли вертолетный холдинг пока привел только к явному ослаблению Улан-Удэнского авиазавода

Эту тему без преувеличения можно назвать самой болезненной для республики. Слишком болезненной даже для того, чтобы вскрыть этот нарыв, проанализировать ситуацию и поставить диагноз. "Номер один" решил предпринять такую попытку и выступить в роли врача, говорящего нелицеприятную правду. Чтобы не понадобился патологоанатом. Мы не претендуем на полноту фактов и безупречность выводов, мы только собрали всю информацию, какую было возможно добыть о закрытом и полусекретном военном объекте в рамках закона, и, проанализировав ее, выносим на суд публики. Речь пойдет о спорных итогах вступления авиазавода в вертолетный холдинг "Оборонпром".

Бурятия сделала самую серьезную ошибку в истории?

Тема эта покрыта такой завесой секретности, что очевидная правда скрывалась за ней, как за семью печатями, довольно долго. В то время как на словах провозглашалось объединение всех вертолетных заводов страны в пользу развития авиапрома, произошло поглощение, при котором республика оказалась не то что в проигрыше, но и вовсе в пролете. Пока говорилось о перспективах роста и выгодах для бурятской экономики от вступления нашего авиазавода в холдинг, произошло резкое сокращение прибыли предприятия и целых его структурных подразделений. Поговаривают, что это только начало. Что пока идут публичные разговоры о паритетном участии и равноправии в холдинге, на деле линия на ослабление Улан-Удэнского авиационного завода (крупнейшего предприятия республики, дающего треть доходов в бюджет) исключительно в пользу нашего основного конкурента — Казанского вертолетного завода — становится все очевидней. Что наш завод попросту пойдет на "съедение" Татарстану. Тенденция более чем серьезная. А потому стоит остановиться на ней подробнее.

Возможно, республика сделала одну из крупнейших ошибок в своей истории, войдя во всероссийский вертолетный холдинг "Оборонпром" при его создании в 2004 году.

Почему правительство Татарстана в 15 раз круче правительства Бурятии

Вся катастрофичность ситуации, на наш взгляд, на поверхности. В официальных, открытых и доступных всем без исключения фактах. Просто никто пока не акцентировал на них внимание.

Более выгодное положение казанского завода по сравнению с позициями УУАЗа в холдинге очевидно. Еще при создании "Оборонпрома" несмотря на сравнительную равнозначность предприятий (УУАЗ даже в некоторых позициях выигрывал — помимо вертолетов специализировался еще и на самолетах и имел более высокое место в рейтинге по экспортным контрактам). Казанский завод, по сути, был оценен значительно дороже — в 2,5 раза (согласно данным инвестиционной компании "Антанта Капитал"). Кроме того, власти республики Татарстан заняли в холдинге куда более выгодную позицию, чем наши, которые вообще никаких позиций не заняли.

От казанского завода "Оборонпрому" перепало всего 29,92% акций. При этом правительство Татарстана получило 15% акций самого холдинга и своих представителей в совете директоров. Таким образом, и сам завод остался большей частью в собственности Татарстана, и долю в холдинге Казань отхватила.

Куда больше "Оборонпрому" принадлежит на нашем УУАЗе, а именно — 88% акций. При том, что в "Оборонпром" ушел практически весь улан-удэнский завод, нашему правительству как это ни дико звучит, не перепало в холдинге ни одной акции и ни одного места в совете директоров. Что означает этот расклад, не нужно объяснять даже ребенку. Изначально предприятие поставлено в абсолютно неравное, несправедливое и заведомо губительное для нашей республики положение. Все старания президента РБ выправить ситуацию пока привели только к обещаниям ввести в совет директоров "УУАЗ" одного представителя от правительства РБ. И даже этого первое лицо нашей республики добился невероятным трудом, дойдя аж до президента России. Но повторяем: пока это остается только обещанием. Уже из этого можно сделать выводы о железобетонных позициях Татарстана в холдинге.

Прибыль уменьшилась в 5 раз, дивиденды — в 8

Распространено мнение, что наш авиазавод ушел в государственный холдинг. Хочется внести ясность в ситуацию. ОАО "ОПК Оборонпром" — коммерческое предприятие, которое преследует, прежде всего, коммерческие цели и интересы.

Плоды неравного диктата интересов во вновь созданной интегрированной структуре наш авиационный завод уже пожинает. Не смотря на все заверения о том, что участие в холдинге принесет пользу казне республики, а нашему заводу новые госзаказы, объемы производства и прибыль на УУАЗе падают, дивиденды по акциям стремятся к нулю, сокращаются цеха, ни одного полноценного госзаказа, насколько нам известно, завод тоже не получил.

Выручка предприятия упала с 226,7 млн. долларов в 2003 году (когда по объему продаж УУАЗ вошел в десятку крупнейших предприятий авиаотрасли) до 158,5 млн. долларов в 2004. Чистая прибыль — с 15,51 млн. до 3,296 млн. долларов: почти в 5 раз!

От того, что прибыль тает, как весенний, снег, страдают помимо казны и простые держатели акций, которых осталось более тысячи и львиную часть которых составляют сами заводчане, жители нашей республики. Дивиденды, как следует из официальных данных, уменьшились после создания холдинга именно в 8 раз. С 0,2450 рубля в 2003 году (ДО ВСТУПЛЕНИЯ В ХОЛДИНГ) до 0,0356 рубля в 2004 году.

В Бурятию прибыл ЛИКВИДАТОР?

Но еще большие опасения вызывают перспективы свертывания производства и сокращения рабочих мест на заводе. Инициатором перемен на УУАЗе, в предчувствии которых заводчане хватаются кто за голову, кто за сердце, называется первый заместитель генерального директора завода, прикомандированный "Оборонпромом", по-видимому, в качестве проводника политики холдинга Владимир Егоркин. Говорят, что он, возможно, со временем займет место нынешнего генерального директора. "Оборонпром" назначил этого человека, насколько нам известно, сверх штатного расписания первым заместителем директора и выплачивает ему зарплату совершенно беспрецедентную по масштабам Бурятии. По-видимому, задачи нового менеджера настолько уникальны, что все эти расходы (которые ложатся в конечном счете на завод) должны с лихвой окупиться. Почему именно этому юному (Владимиру Егоркину двадцать с небольшим лет), никогда с авиационной техникой дела не имеющему человеку доверили столь ответственную, требующую знаний специфики производства и огромного опыта, должность на крупнейшем заводе республики, остается только догадываться. Возможно, его задачи лежат вовсе не в налаживании работы предприятия, а в чем-то другом, где знания специфики не требуются. Где некомпетентность даже приветствуется.

В современном русском языке недавно появилось и быстро прижилось понятие, порожденное новыми экономическими реалиями, ужесточением конкурентной борьбы — ЛИКВИДАТОР. Это специалист, в цели которого входит доведение какого-либо предприятия до развала, банкротства, либо существенного его ослабления. Мы не в коем случае не хотим повесить этот ярлык на Владимира Егоркина, который возможно напротив очень перспективный менеджер. Просто это предположение в числе прочих само собой приходит на ум. В любом случае мы еще надеемся на встречу и деловой разговор с новым менеджером. Пока нам этой встречи, несмотря на все наши старания, добиться не удалось.

Как рассказывают на заводе, начал свою деятельность новый менеджер со знакомства с неведомым ему до сих пор производством. Что логично, если учесть, что ранее руководитель высочайшего ранга, от которого во многом зависит авиационная отрасль целой республики, имел дело с тракторами, которые несколько отличаются от самолетов и вертолетов. Результатом этого знакомства стали предложения по улучшению деятельности завода, которые, насколько нам известно, сводились к сокращениям численности коллектива урезанию или ликвидации целых структурных подразделений.

О грядущих увольнениях на заводе говорят довольно много. Но никто — вслух и публично — даже профсоюзы, ведь кушать и кормить семьи нужно всем без исключения.

Кому помешали декольте и пенсионеры?

Определенная тенденция наблюдается уже сейчас. Уже можно констатировать, что после создания холдинга был ликвидирован из-за нерентабельности цех по производству болтов и винтов, приказало долго жить структурное подразделение по хозяйственным делам. Кроме того, планируется снять с баланса завода котельную, буквально на днях объявлено о продаже складов. Всего на заводе сократили порядка 150 человек. Требования к дисциплине ужесточили, увольняют за три опоздания в течение месяца и т. д. Чтобы проводить новую политику, на завод был принят и новый начальник отдела кадров, который за свою карьеру прославился в частности тем, что запретил женщинам выходить на работу в брюках и коротких юбках, а также в блузках с декольте. Но это так, к слову. Помимо декольте новому руководству мешают в основном пока пенсионеры, с которыми стараются распрощаться в первую очередь. Что будет дальше, остается только догадываться.

От камовских вертолетов нам достались обещания. И за это спасибо.

Руководство холдинга не раз заявляло о грандиозных перспективах улан-удэнского завода, о производстве на нем принципиально-нового камовского вертолета, а также возобновление выпуска самолетов. Все, чего удалось добиться на сегодня, по нашим данным, — это обещание заказа на производство флюзеляжа (корпуса) для вертолета К-62. На заводе радуются и этой "победе". Вот оно паритетное участие!

Что касается самолетов-штурмовиков, выпуск которых также якобы должен возобновиться на заводе, то на сегодняшний день до него также далеко, как, скажем, до запуска космического челнока нового поколения на Марс с нашего же УУАЗа. Оснастка, необходимое оборудование для производства утеряно, специалисты ушли на пенсию или на другую работу, навыки также утрачены, а потому на запуск нового производства требуется сумма, совершенно неподъемная для нашего завода. Судя по всему, сумму эту не собирается в ближайшее время вкладывать и холдинг. Если дело обстоит иначе, "Номер один" готов выслушать представителей "Оборонпрома": когда конкретно, сколько и из каких источников будут вкладываться средства в наш завод. Мы опубликуем эти данные и отследим, перейдут ли обещания в конкретные действия.

Да и бог бы с ним, новым производством, если бы нашему УУАЗу дали спокойно зарабатывать на уже завоеванных направлениях, за счет производства МИ-171. Именно под выпуск этого вертолета отлажено производство завода и именно эта модель конкурентоспособна и хорошо продаваема — МИ-171 недорогой и надежный в эксплуатации, причем выпускает подобный класс машин во всем мире только наш завод и Казанский (вертолеты типа "камовского" куда более дорогие и производятся во многих странах).

Пока же на заводе упорно ходят слухи о том, что все заказы на МИ-171 со временем уйдут в Казань, что производство или закроют, или переведут на трехдневку. Только после Нового года народ несколько успокоили, что, мол, ситуация нормализовалась. По-видимому, когда вырвали "из зубов" Казани заказ на МИ-171 для Китая. Причем, как обмолвился на последнем заседании правительства директор завода Леонид Белых, "дело практически дошло до рукопашной с казанцами". Удастся ли победить Татарстан в другой раз — еще большой вопрос. То есть о стабильной жизни на заводе после его вступления в холдинг говорить не приходится. Предприятие лихорадит. Чем закончится неравное противостояние интересов в перспективе, прогнозировать никто не берется.

Холдинг играет на развал авиапрома Бурятии?

Тема острой конкуренции между Казанским и Улан-удэнским заводами вообще очень деликатная. Даже если мы оставим вопрос целесообразности создания холдинга в стороне, — как вопрос государственный — то стоит заострить внимание на другом. Изначально объединять под одной крышей остро конкурирующие предприятия двух республик, в одной из которых завод еще и является крупнейшим и градообразующим, надо было не просто осторожно, а сверхкорректно, оговаривая все возможные нюансы. Чтобы создание холдинга не в коем случае не навредило и так с большим трудом вставшему на ноги региональному авиапрому. Но о какой осторожности можно говорить, когда правительство одной республики в холдинге представлено, а другой — нет. Казанский завод даже геополитически находится в более выгодных условиях: он ближе к центру, а значит, требуются меньшие транспортные расходы, работает на более дешевой энергии и т. д. И, тем не менее, улан-удэнскому заводу удавалось выдерживать конкуренцию. Теперь с созданием холдинга, когда ситуация по идее должна стать более выигрышной, она напротив обострилась. Если Казань полностью заполучит в конечном итоге производство МИ-171, о чем много сейчас говорят и к чему все идет, то перспективы нашего завода очень печальны. Ведь именно за счет заказов на эти вертолеты и жил наш завод.

Необходимо иметь в виду, что стоит на кону. Речь идет о миллионах долларов выручки. Есть из-за чего ломать копья. Для нашей же республики это не просто вопрос больших денег. Повторяем, 30% доходов бюджета Бурятии дает именно авиазавод. И тысячи хорошо оплачиваемых рабочих мест. Вопрос успешной деятельности УУЗА — это вопрос экономической безопасности Бурятии. И действовать в этом случае, несмотря на коммерческие интересы, необходимо очень взвешенно. Пока этой взвешенности не наблюдается. Холдинг идет напролом. Диктуя свои интересы и преследуя свои цели.

По некоторым данным, аппетиты холдинга не ограничились самим авиазаводом. В "Оборонпром" в отличие от основного авиазавода не вошли ряд предприятий, которые эффективно и успешно работают на территории завода, такие как: ЗАО "Улан-Удэнский лопастной завод", ОАО "Улан-Удэнский авиаремонтный завод", ООО "Предприятие "Аэротех". По некоторым данным, у этих предприятий начались проблемы, трения с холдингом. Силы здесь явно неравны и очень не хочется, чтобы холдинг сработал на ослабление и этих предприятий. Пока нам хватает проблем и с УУАЗом.

Что касается самого УУАЗа , то в связи с его сегодняшним положением напрашивается резонный вопрос: если предприятие выстояло в годы реформ, сохранило основные кадры и довольно стабильно работало в годы своего самостоятельного существования, успешно выполняло контракты, оказалось конкурентоспособным на зарубежных рынках, зачем все это ломать? И если с созданием холдинга становится очевидным, что прибыль уменьшилась в разы, позиции у конкурента из Казани только укрепились и Rатарстан явно выигрывает от политики объединения, а наш завод выступает виде закуски, которую предстоит поглотить могущественному конкуренту, то опять-таки возникает закономерный вопрос: зачем вообще нужен этот холдинг? Понятно, что власти создавали интегрированную структуру с целью развития авиапрома, но если развитие нашего конкретного завода стоит под большим вопросом, то, очевидно, что цель не достигнута. Что кто-то или что-то мешает государственной политики. Что-то пошло не так, и чьи-то личные интересы взяли вверх над интересами государства.

Метки:
baikalpress_id:  65 858